Зеркала судьбы. Изгнанники - Максим Удовиченко

Мне все же удалось уронить Атиуса, который против ожидания не разозлился и не стал швырять в меня новые заклятия, а, лежа на полу, весело хохотал. Поняв, что испытание окончено, я встала и протянула волшебнику руку.

– Великолепно! – отсмеявшись, проговорил он, дружески сжимая мою ладонь. – Какая реакция! И пониженная восприимчивость к магии! Это просто замечательно!

– Я же вам говорил, – непонятно отвечал Костолом.

– Да… что ж, спасибо всем. На этом, я думаю, закончим. Но я еще вернусь. Завтра. И мы возобновим тренировки.

Посмеиваясь, Атиус удалился. Я же обернулась к наставнику, но никаких пояснений не получила.

– Все свободны, – скомандовал Вельш.

На следующий вечер все повторилось в той же последовательности. Из пятерых учеников, которых по очереди атаковал маг, справились с нападением трое: Ал, я и Най – высокий, широкоплечий, бритый наголо парень, нахальная физиономия которого ясно говорила о его упрямстве и несговорчивости. Остальные отправились к лекарю с ушибами и вывихами.

– Я буду заниматься только с этой троицей, – сказал на прощание Атиус.

Так я и жила: с утра до вечера обучаясь ремеслу телохранителя, казалось бы нехитрому, но имеющему множество маленьких секретов. В пансион тетушки Хильды возвращалась затемно. Ужинала, падала на постель и мгновенно засыпала, чтобы утром начать все сначала. Физические нагрузки не очень меня выматывали, а вот сопротивление магии… Бедный мой Зверь совсем застоялся в конюшне, пришлось приплачивать конюху, чтобы тот ежедневно выезжал жеребца. У меня на это не было ни сил, ни времени.

У людей есть поговорка: счастливые часов не наблюдают. Не знаю, была ли я счастлива, но не считала даже дней. Они пролетали мимо, как стремительный осенний ветер Холодных степей. А напрасно я не замечала их быстрого бега.

– Завтра у тебя экзамен, – в одно прекрасное утро объявил мне Костолом, когда я усердно лупила подвешенный на веревке мешок с песком.

Вот это новость! Нет, я, конечно, понимала, что отведенное мне на обучение время подходит к концу, но Вельш мог бы предупредить об испытании заранее. Хотя… Ну что же, завтра так завтра.

– Кстати, у Ала тоже, – добавил наставник. – На сегодня я вас освобождаю от занятий. Ступайте по домам и как следует отдохните. Только один вопрос: бой с каким оружием ты выберешь, Мара?

– С фламбергом.

– Я не ошибся, – хмыкнул Костолом. – Ну считай, сама напросилась…

Не поняв, что он хотел этим сказать, я отправилась в пансион. Следовало подготовиться к испытанию. Но сначала, воспользовавшись нежданно подаренным свободным днем, вывела из конюшни Зверя, который очень обрадовался моему появлению. Совершила небольшую верховую прогулку по окраинным улочкам Мизара. Вернувшись обратно, сама расседлала и вычистила жеребца. Потом пообедала на кухне тетушки Хильды, которая после того, как я однажды вышвырнула на улицу парочку перепившихся и устроивших дебош постояльцев, прониклась ко мне искренним уважением.

– Кушайте, леди, кушайте, – приговаривала она, подкладывая мне на тарелку большие куски сочного полупрожаренного мяса. – Скоро срок вашей аренды заканчивается. Можно узнать: вы останетесь у нас или съедете?

– Сама еще не знаю, – промычала я с набитым ртом. – Завтра все будет известно.

– Конечно-конечно, леди Мара, я не тороплю, – закивала старуха. – Дай вам Лак’ха удачи во всех делах.

Да, удача мне нужна. Не то чтобы я переживала за бой – нет, уверена была, что экзамен сдам. Но хотелось еще и найти достойную работу – такую, чтобы хорошо платили. И не давали покоя загадочные высказывания Костолома. Вечно он что-то скрывал, недоговаривал.

– Спасибо, тетушка. – Я поблагодарила хозяйку и поднялась к себе в комнату.

Настало время подготовиться к экзамену. Правильно настроиться на битву, подумать о будущем и заручиться поддержкой… Я уселась на пол посреди комнаты, обратившись лицом к северу, туда, где осталась родная земля Холодных степей. Положила на колени фламберг, прикоснулась кончиками пальцев к его рукояти. Закрыла глаза. Правильно дышать… медленно, делая равномерные вдохи и выдохи… очистить разум… забыть обо всем, кроме победы… ты сдашь этот экзамен, Мара. Ты победишь в бою. Не просто выдержишь его, а победишь. Красиво, уверенно. Какого бы мастера против тебя ни выставили. Немногие люди способны справиться с оркой. Их единицы – тех, кто может сравняться со мной силами. А тех, кто превосходит в мастерстве, еще надо поискать. И все же, никогда нельзя недооценивать противника. Где они теперь, воины, непоколебимо уверенные в собственной непобедимости? «Уважай врага, – говорил отец, – тогда, и только тогда ты сможешь стать сильнее его». Отец… я ласково погладила рукоять Пламенеющего.

– Слышишь ли ты меня? Завтра нас ждет бой. От него зависит не смерть, но будущая жизнь…

Душа фламберга отвечала звенящим молчанием.

– Благослови меня…

Еще одно прикосновение, теперь уже к клинку. Меч имеет душу. Так учил отец. Взывая к оружию погибшего, можно говорить с духом воина. Так учил шаман. Я долго сидела, мысленно обращаясь к Пламенеющему. Может быть, мне показалось или я внушила себе желаемое, но наконец услышала: «Благословляю тебя, дочь…»

Я открыла глаза. За окном уже начинало темнеть. Я готова к бою. А теперь нужно отдохнуть… Улеглась на постель и крепко, без сновидений, уснула.

Поднялась бодрая, слегка перекусила – так, чтобы ощутить прилив сил, но не отяжелеть – и отправилась в школу. Перед закрытой дверью зала для тренировок маялся Ал.

– Они уже там, – сообщил он, увидев меня. – Сейчас позовут.

– Да не переживай так! – хлопнула я его по плечу. – Все будет хорошо.

– Я не за экзамен боюсь, чтоб его… – бледно улыбнулся он, – просто от того, насколько хорошо я его сдам, зависит работа, которую мне могут предложить. А мне очень нужен заработок, понимаешь? У меня сын недавно родился.

Дверь распахнулась, и на пороге замер помощник Вельша, как его там? Никогда не могла запомнить его имени. Физиономия у парня была самая торжественная.

– Ученик Аллевал Сарен и ученица Акхмара, дочь Вархарда, мастера ждут вас, – возвестил он.

– Ну благослови нас Белион и все его прихвостни, – выдохнул мой друг.

Мы вступили в зал, стены которого по случаю экзамена были украшены небольшими узкими флажками с изображениями мечей, щитов, диких зверей и витиеватыми надписями на арвалийском.

– Штандарты мастеров, – тихо шепнул мне Ал.

Сами мастера сидели на лавках у стены. Было их шестеро, не считая Костолома. Еще на испытании почему-то присутствовал Атиус. Мы вышли в центр зала и почтительно поклонились.

– Ученики Аллевал Сарен и Акхмара, дочь Вархарда, явились, чтобы пройти испытание, – громогласно сообщил помощник.

Из-за меня все разговоры на экзамене велись на всеобщем языке.