Девять граммов на удачу - Вадим Филоненко

Потапу выбор Тарана не понравился категорически. Алексей настоял, чтобы каждый из группы имел при себе бесшумные средства стрельбы. Поэтому Боре после короткой перепалки пришлось дополнительно обзавестись пистолетом ПСС «Вул» с соответствующими, и весьма недешевыми, патронами.

Механик поступил мудрее. В качестве основного оружия он выбрал малошумный АС «Вал» — довольно распространенный автомат в АТРИ. Его основным недостатком являются тяжелые боеприпасы — шестнадцатиграммовые дозвуковые девятимиллиметровые пули. Таких много на себе не утащишь, пупок развяжется. Но это на Большой земле. А здесь, в АТРИ, вопрос легко решается за счет все того же перышка. Одной такой цацки достаточно, чтобы семидесятикилограммовый рюкзак «похудел» ровно вполовину. Очень удобно. Пожалуй, не найти такого егеря или бродяги, у кого при себе не имелось бы этой чрезвычайно полезной штуковины.

Ерш отягощать себя автоматом не стал, ограничившись двумя пистолетами — «Ярыгиным» и ПБ. Оно и понятно — парень сам по себе электрическое ружье с радиусом поражения до сотни метров как минимум.

А вот Могильщик меня удивил. Из всего множества оружия, что имело хождение в АТРИ, он предпочел ПБ и вертикалку ИЖ-27. Такое ружье — отличный выбор для охоты на Большой земле, но не слишком удачный для боя: пока перезарядишься, тебя уже раз десять подстрелят. Или съедят. Впрочем, может, у Могильщика есть какие-то скрытые способности. Огнем плюется или еще что.

Что касается меня, я традиционно предпочел старый добрый АКМ, правда с существенными доработками.

Потапу, как и остальным егерям, полагалась не очень удобная «Гроза». Но Леха воспользовался особой важностью задания и перевооружил своих парней «калашами» с комплектами для бесшумной стрельбы «Тишина».

Следопыты ждали нас у подножия царь-дерева — столетнего могучего лиственя. Расположились со всем комфортом, словно на пикнике. Один дремал, вытянувшись на мягком мху и нежась на редком для АТРИ теплом солнышке. Второй сидел, привалившись спиной к лиственю, и набивал магазины «Вала» патронами, причем, судя по количеству лежащих перед ним рожков, не только себе, но и напарнику.

Облачение у следопытов было под стать егерскому: «Скаты» и накомарники на лицах, так что узнать, кто они такие, было решительно невозможно.

При нашем появлении дремавший следопыт вскочил на ноги гибким кошачьим движением, подошел к нам, откинул накомарник, открывая лицо. Мы с Лешей сделали то же самое.

— Здорово, Глеб.

— И вам не хворать. — Шебай пожал нам с Потапом руки, кивнул на своего напарника, который снимать накомарник не спешил: — Это Юрун. А с вашими парнями познакомимся чуть позже. Сперва введу вас в курс дела.

Мы разместились на мху возле лиственя.

— Объект преследования в данный момент находится примерно в тридцати километрах к западу, — начал Глеб.

— Не великовата ли дистанция? — удивился Потап.

— Великовата. Обычно мы не так сильно от них отстаем. Но надо же было встретить вертолет. Да вы не волнуйтесь, нагоним. Они по-любому на ночь встанут лагерем, а мы, на крайний случай, и в темноте пойдем.

— И как же это вы ночью след разглядите? — засомневался я.

— Разглядим. — Шебай широко ухмыльнулся. — Нам темнота не помеха. Да, Юрун?

Вопрос остался без ответа. Напарник Глеба по-прежнему сидел чуть в стороне и в разговор не вступал. Я почувствовал на себе его пристальный изучающий взгляд и попытался ответить тем же, но безуспешно — накомарник надежно прятал лицо следопыта.

— Что еще известно об объекте? — спросил Потап.

— Почти ничего. Мы не вступали с «дичью» в визуальный контакт, держались на расстоянии в километр. Но есть непроверенное предположение, что с ними идут несколько пленных. Вероятно, рабочие с завода.

— Ясно. Это все? — Потап вопросительно посмотрел на Глеба. Тот кивнул. — Тогда двинули.

По настоянию следопытов отказались от головного дозора, двигались одиночной цепью. Темп движения также задавали следопыты, а они явно предпочитали бег. По тайге с полной выкладкой — оружием и рюкзаками — такой марш-бросок становился нелегким делом даже для тренированных, выносливых егерей. Как следопыты на бегу умудрялись считывать следы и обходить аномалии, оставалось для меня полнейшей загадкой. Я, к примеру, так бы не смог.

Видно, те же опасения охватили и Потапа, потому что он попытался притормозить следопытов:

— Шебай, не гони лошадей. А то аномалию не заметим и влетим.

— Расслабься, Потап. Доверься профессионалам, — отмахнулся следопыт. — Мы идем точнехонько по следу «дичи». Ступаем буквально по отпечаткам их подошв. Так что аномалий пока можно не опасаться: раз «дичь» прошла, и мы пройдем.

— Убедил, — кивнул Потап.

Следопыты вновь перешли на бег. Снизили мы скорость лишь однажды, когда переходили вброд мелкую, но широкую речушку. Ерш остановился посреди переправы, поспешно умылся и даже попил воды. Хорошо ему, мутанту, может пить из любой лужи. Людям так нельзя. Большинство водоемов в АТРИ фонят со страшной силой. Без обеззараживающих таблеток к местной воде лучше не прикасаться.

Выбравшись на берег, снова перешли на бег. Через семь километров балласт взвыл и попросил привал. Заводилой стал все тот же Ерш. Дыхалка у него оказалась никудышная. Массивному Тарану с ПКМ на плече тоже пришлось несладко. Механик, как мне показалось, устал больше за компанию. А вот угрюмому Могильщику было абсолютно все равно — бежать, стоять или сидеть. Этот странный, заросший с ног до головы мехом мутант был полностью погружен в себя и, казалось, не замечал, что происходит вокруг.

Удивил меня рядовой Кочкин — после семи километров бега он даже не запыхался. Хилый на вид парнишка оказался неожиданно вынослив.

— Привал двадцать минут, — объявил Потап.

Уставший балласт повалился на землю. Егеря тоже решили, что в ногах правды нет. Большинство сняло накомарники — основная масса гнуса осталась далеко позади, теперь спасал и репеллент.

Следопыты пошептались между собой, а потом Шебай окликнул Потапа:

— Командир, нужно как можно быстрее нагнать наших подопечных, а то есть риск потерять их след. Пусть Юрун пойдет вперед, а я останусь с группой. Тогда можно будет перейти на шаг и вообще не торопиться. А то не все твои… хм… бойцы выдерживают нужный темп.

— Могу составить компанию следопыту по имени Юрун, — предложил я.

— Идите вдвоем, — разрешил Потап.

— Я с ними. — Механик резво вскочил на ноги.

— Отставить! Пойдут Бедуин и Юрун, — отрезал Потап.

Механик презрительно скривил губы и процедил:

— Ты лучше своими егерями командуй. А я и сам знаю, с кем и куда мне идти!

Мы с Лешей обменялись быстрыми понимающими взглядами. Несмотря на личную просьбу Петровича, бунт следовало подавить в зародыше. Если балласт не признает Потапа командиром и не научится выполнять его приказы беспрекословно, в дальнейшем такая анархия поставит на грань срыва всю операцию.