Турнир - Тайга Ри

Чем ниже уровень — тем больше силы, тем легче получить доступ, тем ярче ощущается биение пульса родового источника. А мы спускались в подземелья на третий, в южном крыле. Там, где раньше были пыточные, и небольшая домашняя тюрьма, сделанная по всем правилам.

Люк молчал, погрузившись в свои мысли, осторожно придерживая меня за локоть на развилках. Не из осторожности, а видимо чтобы не сбежала сразу, но убегать я не собиралась.

Тема с Хэсау исчерпала мое терпение, если не поставить ясную точку, мы так и будем дописывать в этот манускрипт свиток за свитком. Это не моя проблема. Это проблема дяди и Хэсау, Аурелии и Юстиния, а вовсе не моя.

В копилке добавилось вопросов. Откуда они знают про эти подземелья? Почему ведут себя так, как будто полностью списали дядю Кастуса со счетов? Где Луций и Ликас? Алариец волновал меня больше, потому что Луций был спокойнее, мудрее, и явно понимал, когда стоит отойти в сторону и не лезть на рожон. Ликас отличался завидным упрямством, и в большинстве случаев я вообще не могла сказать, что творится у него в голове, и что он выкинет в следующее мгновение. Ликас был непредсказуем. А дядя Хоакин зол. И их больше, а Ликас один.

— Вайю. Ва-йю… — Люци окликнул меня несколько раз, тормоша. Он явно не знал, как сказать, взлохматил волосы пятерней, а потом досадливо махнул рукой. — Увидишь сама.

Мы спустились на третий уровень подземелий поместья, и сразу возле лестничной площадки, спиной ко мне застыла неподвижная фигура Наставника. Мудрый и рассудительный?

Я бросилась вперед, Луций стоял неподвижно, но явно был в сознании, стазис был качественным. Руки мастера замерли в начальном жесте узлов атакующих плетений.

Щелкнули кольца, замелькали пальцы, я выплела диагностическое и проявляющее остаточные эффекты. Четыре следа на ауре со спины ясно показывали, куда прилетели чары. Луция били в спину. Ровно четыре стазисных плетения. В остальном здоровье и источник мастера были в полном порядке.

— Вы сошли с ума, Люк, — я обернулась на дядю. — Вы просто совсем сошли с ума. Он вассал Блау, он правая рука дяди, он мой Наставник в конце концов. На вас по пути к Блау напали менталисты, повредив последние мозги, или что?

Люк вздохнул, виновато глядя на меня, но при этом упрямо сжав губы.

— Что за хрень здесь сегодня творится? — я собралась выплести чары снятия стазиса, как Люци одним плавным жестом схватил обе руки в кольцо, сжав железными пальцами.

И молча отрицательно мотнул головой. Снять стазис он мне не даст.

Скрипнула, приоткрываясь дверь, и Люк потянул меня внутрь первой камеры. Нам пришлось обойти замершего Луция по дуге.

Внутри было сумрачно. Несколько факелов и небольшая жаровня давали недостаточно света, и тени плясали на каменных стенах, покрытых влажной изморозью. В подземельях было очень холодно.

В камере нас ждали четверо. Хок и Бер, стояли недалеко от входа, а ещё двое были пристегнуты к стульям у дальней стены. Лиц двоих было не видно, головы были опущены на грудь. Растрепавшие в беспорядке волосы, пятна и грязь на форменной одежде наших гвардейцев. Двое без сознания были явно из охраны Блау.

Лавок и столов тут не было, как и циновок, чтобы присесть, только один ещё свободный пыточный стул. Я выдернула локоть у Люка, и скастовала очищающее. Разговор явно будет долгим, и стоять я не собиралась. Чары пришлось плести дважды, пока стул не стал достаточно чистым. В гробовом молчании я села, расправила юбки и подняла голову, первый раз за это время взглянув Хоакину прямо в глаза.

— Слушаю.

— Удобно? — Казалось, мы на званном вечере, и Хок с искренним любопытством спрашивает, комфортно ли мне за этим столиком.

— Вполне, благодарю за заботу.

— Ты уже бывала здесь, — Люк не спрашивал, он констатировал факт, подметив все детали.

Бер просто молчал, опять почти полностью уйдя в тень.

— Тем лучше, — Хок хлопнул в ладоши, выдыхая облачко пара. — Тем лучше.

— И? — я посмотрела на всех по очереди. Хок пристально смотрел на огонь в небольшой жаровне в центре комнаты, которая почти не давала тепла. Люк отводил глаза, а дядя Бер просто ковырял носком сапога пол. — Кто объяснит мне, что здесь происходит?

— Будет происходить, Вайю. Будет. Происходить, — Хок отошел к дальней стене и без тени брезгливости приподнял первого привязанного за волосы. Видно было плохо, половину лица скрывал большой оплывший синяк, нос опух, искривленный под неправильным углом, губы разбиты. Но даже так я смогла узнать Юстаса.

…Юнис и Юстас, госпожа… Мы давно хотели подать в отставку, но нам некуда идти… Слово Блау…

Хок поднял второго за волосы, и я поняла, что догадка была верной. Юнис и Юстас.

— Вот, каких тварей Кастус держит на своей территории. Даже собаки не кусают кормящую их руку, но эти смогли.

— Это они пронесли артефакт, — Люк опять переместился ко мне за спину, встав сзади, и шепнул в ухо. — Защита была взломана изнутри, Вайю.

— Люциан, — голос Хока хлестнул яростью, и Люк выпрямился, замерев рядом. — Я пока способен говорить самостоятельно. Взлом не совсем верное слово, скорее испорчена, подточена, — казалось, он наслаждался происходящим, — артефакт «червя» внедряется в защитные системы, меняя настройки, деформируя управляющие узлы и плетения. «Червь» надкусил защиту, оставив небольшую дырочку в системе для взлома. Что отсюда следует?

Сир Кастус, знаменитый гильдейский мастер-артефактор, мастер защитных и щитовых чар вовсе не так хорош, как казалось бы, — Хок с удовлетворением улыбнулся.

Похоже у них давние и серьезные счеты с дядей. Как я могла пропустить такое?

— Предположим. Просто предположим, что это «червь», дядя. И именно он был причиной проблем с защитой и…, — я похлопала себя по больному плечу. — С чего вы взяли, что это они?

— Ментальное сканирование охраны, — это уже пробасил мне в ответ Бер. — Стояли печати на конкретные ключевые слова. Печати сработали.

Я отодвинула в сторону загородившего мне проход Люка и пошла к бывшим легионерам.

Юстаса отделали сильнее. На нем можно сказать практически не было живого места. Юнис выглядел немного лучше. Неохотно щелкнули кольца, пока я выплетала диагностические чары, я и так знала, что увижу.