После - Анна Шнайдер

— Нет. Раз она проснулась, узнала вас и ощутила боль — не уйдет. Чуть-чуть осталось, еще пара минут, ваше величество.

— Я держу, держу.

Арен следил за тем, как Эн и Валлиус растягивают контур по телу Софии — сначала по ногам, а затем, взяв две большие иглы с длинными сияющими нитями, пришивают к ступням. Причем не только к ее, но и к его тоже. Закончив, они оставили связные иглы в теле Софии.

То же самое Брайон и Эн сделали с руками. Пришитый контур быстро впитывался в тело, уходил внутрь, как ему и полагалось, становясь частью тела девушки. Валлиус после этого отошел в сторону, а Эн, достав из медицинского чемоданчика последнюю и самую большую иглу, попросила императора наклониться и начала пришивать контур к голове Софии. Закончив, она сделала несколько стежков и на голове Арена, прошептав:

— Терпите, сейчас опять будет больно. Не так, конечно. И старайтесь не морщить лоб.

Не морщить получалось с трудом, потому что Эн царапала что-то резкими движениями иглы — полилась кровь, намочив брови и ресницы, и Арен услышал удивленный возглас Валлиуса:

— Эн, ты что делаешь?

— Это формула отдающего. — Она прекратила выводить узоры на лбу императора и переключилась на лоб Софии. — А это — формула принимающего. Константа — жизнь. Брайон, иначе никак, иначе она умрет, как только Арен ее отпустит.

— И вы, естественно, согласны, ваше величество, — вздохнул главный врач устало и повторил: — Мы все здесь сумасшедшие.

— Согласен, — подтвердил император обе мысли и охнул, ощутив резкую, но короткую боль от вошедшей в лоб иглы.

— Все. Можете отпускать Софию. И вставайте.

— Ты уверена?

— Я ни в чем не уверена. Но мы сделали все, что могли, и если даже после этого не получится…

— Ваше величество, отпускайте, — вмешался Валлиус. — Софии надо поставить капельницу. И под «колпак».

Арен медленно разжал одну руку. Ничего не произошло — София осталась лежать на месте, и ее контур на прежние пятнадцать магоктав тоже был здесь, внутри ее тела.

Сглотнув, император разжал вторую ладонь. И вновь все осталось по-прежнему.

Арен улыбнулся и облегченно выдохнул, услышав, как Эн и Брайон сделали то же самое. Ласково погладив Софию по щеке, он встал и, выпрямившись, еще раз внимательно на нее посмотрел.

Цела. Не исчезает.

Не исчезает!

— Получилось… — прошептала Эн, и ее эмоции, полные облегчения, вдруг погасли. Арен, понимая, что это может значить, резко развернулся — и успел прижать к себе потерявшую сознание девушку.

— Демоны! — рявкнул Брайон. — Ее надо отнести в соседнюю палату, я сейчас вызову…

— Я сам отнесу, — покачал головой император. — Вы пока займитесь Софией, а потом уже вызовите нам обоим кого надо.

— Да вы же…

— Я отнесу.

Кажется, главный врач вновь хотел возразить, но в итоге только рукой махнул.

— Идите. Только, Защитника ради, не упадите, ваше величество.

— Не упаду.

Валлиус поспешил к выходу, и через пару секунд Арен, опуская Эн на одну из застеленных коек в соседней палате, услышал, как Брайон громко и четко раздает указания врачам и медсестрам.

— Арен… — пробормотала Эн, не открывая глаз. — Получилось… Да?

— Получилось, — подтвердил он, почти рухнув на пол рядом с койкой, и прижался щекой к ладони девушки. Идти до соседней кровати не хватало сил. — Спасибо.

Ее пальцы дрогнули, словно погладив его, и Арен, внезапно до крайности разозлившись на себя, поднял голову — и снес с Эн одну из печатей молчания.

И только потом он, так и не встав, дополз до второй койки и забрался туда, ощущая дрожь и ломоту во всем теле.

И отключился.