Декан моего сердца - Екатерина Каблукова

— От любовного томления? — задумчиво протянула я, вспоминая, что же мне говорили на Основах зельеварения. Воспоминаниям мешал аромат кофе, расползающийся по кухне.

— Ага, — радостно подтвердила Эль, скидывая мантию преподавателя, под которой оказалось балахонистое платье. — От него самого.

— И в чем же оно выражается?

— Избавление от томления? — подруга подхватила джезву и разлила кофе по чашкам как раз в тот момент, когда пенка готова была переползти через край. — Разумеется, в очищении организма, в том числе мозгов!

— То есть? — я окончательно запуталась. Эль, видя мое замешательство, все-таки расхохоталась:

— Трикс, это — слабительное!!! И от прыщей хорошо помогает…

— О… — только и сказала я.

— Ага. Как скрутит, так обо всем забудешь! Кстати, моя собственная разработка! Тебе не надо?

— Слабительное? Или от томления?

— Зелья. Большинство из них можно купить лишь по рецепту от целителя, а это не всегда удобно.

— Верно, — я невольно вспомнила магистра Ройса. А ведь будь у меня обезболивающее зелье, оно, хоть и слабее, вполне могло заменить заклинание. — Знаешь, я бы не отказалась…

— Знаю, — эльфийка всучила мне чашки, а сама подошла к полке. — Дай посмотрю… так… от простуды, от ревматизма, обезболивающее, и вот!

Она гордо продемонстрировала мне непрозрачную бутылочку с мутным содержимым.

— Что это? — насторожилась я.

— От незапланированной беременности! Держи! — Эль сгрузила колбы на стол.

— Спасибо, — поблагодарила я, уже не зная: смеяться или плакать.

Как обычно, эльфийке удалось все перевести в сторону секса. Впрочем, я даже начала к этому привыкать. Поэтому, допив кофе, сердечно поблагодарила подругу, сгребла пузырьки и отправилась в свою квартиру — кормить Перчика.

Рыжее чудовище встретило меня презрительно-укоризненным взглядом.

— Знаешь, а я теперь очень опасна! — я помахала перед кошачьим носом пузырьком, тем самым, с мутной жидкостью. — Между прочим, от незапланированной беременности!

Кот оскорбленно фыркнул и, распушив хвост, прошел к холодильному шкафу, требовательно тронул лапой дверцу, всем своим видом демонстрируя, что он выше моих шуток.

Пришлось уступить. Получив свою пайку, Перчик все-таки сменил гнев на милость, и забрался ко мне на колени.

— Эх ты… — вздохнула я, гладя рыжую шерсть.

Удивительно, но камни в браслете-накопителе засветились ярче. Я моргнула, свечение не погасло. Все еще не веря, я вновь погладила кота. Камни вспыхнули еще ярче. Я ахнула: выходит, Перчик был накопителем. Вот почему тетя так тряслась над ним.

— Интересно, а раскармливала она тебя по принципу, что масса рано или поздно преобразуется в энергию? — я почесала кота за ухом.

Перчик заурчал. Камни на браслете вспыхнули и заискрились так ярко, что на какой-то момент мне показалось, моя магия вернулась. Выпустив кота, я радостно потянулась к ней, но вновь наткнулась на пустоту.

— Мори! — прокомментировал мои попытки черепушка.

Я стиснула зубы, стараясь не разрыдаться. Натыкаться на пустоту всегда было очень больно. Кусая губы, я торопливо подошла к зеркалу, взглянула на себя. Веки все-таки покраснели.

— Даже не смей! — пригрозила я отражению.

Девушка в зеркале зло прищурила глаза и вызывающе шмыгнула носом.

— Мяу! — Перчик соскочил с дивана, смахнув папку с злополучным учебным планом.

Листы вновь разлетелись. Я собрала их, решительно вытерла выступившие на глазах слезы и села за стол. Пожалеть себя можно было и позже, а сейчас мне необходимо было составить новый учебный план.

Из чувства вредности, на этот раз я делала его как можно более подробным, с указанием всех контрольных, самостоятельных, лабораторных работ и домашних заданий и даже расписала все домашние задания адептов.

Это заняло гораздо больше времени, чем я рассчитывала, и когда я захлопнула папку, за окном уже стемнело. Вернее было бы сказать, посерело еще больше. В отличие от южной тьмы, пронизанной светом ярких звезд, северная ночь была мутной и невыразительной.

Я присела на подоконник, лениво наблюдая, как в учебном корпусе медленно гаснет свет в окнах. Преподаватели торопились в кампусы. Их мантии зловеще переливались в белом свете магических шаров-фонарей, паривших над аллеями.

Бесцельно следя за ними взглядом, я вновь вспомнила Ройса. Интересно как он там, бедняга? Надо будет завтра отнести ему лекарство. Мелькнула шальная мысль смешать зелье “От любовного томления” с обезболивающим, но тут же устыдилась: подобные шалости были допустимы для адептов, а никак не для преподавателя, пусть и младшего.

Еще немного посмотрев в окно, чтобы оттянуть момент неизбежного, я вернулась за стол — необходимо было написать то, что произошло за день.

Дэр настаивал, что я должна обязательно описывать каждый день, и я не собиралась отлынивать. Тем более, что мой договор был подписан кровью.

Визит самого Дориана описывать не стала, скупо расписала лекции, после чего остановилась, задумчиво покусывая перо. Рассказывать о том, что произошло между мной и деканом не хотелось, но без этого мне невозможно было упомянуть о гьёрлуме и уж тем более выяснить, откуда вдруг он взялся. Пришлось листать учебник.

Гьёрлум нашелся в разделе “Фейри и прочие твари”. Сведения были очень скупы. Ограниченные, мстительные, они служат лишь одному хозяину и его потомкам, появляются лишь по зову и защищают хозяина и его род до последнего вздоха. На этом параграф заканчивался. Я со вздохом закрыла книгу. Для принятия решения, информации было слишком мало. Интересно, если гьёрлум служит лишь хозяину, то как он оказался в Академии, и, более того, как декан Ройс смог призвать его?

Допустим, раньше Академия была чьим-то замком. Об этом свидетельствовали и старые полуразвалившиеся здания, и аудитория, перестроенная из горгулятни, но это не объясняло, почему дух подчинился декану академии.

Конечно, можно было спросить завтра самого Ройса, но я опасалась, что плата за мое любопытство будет слишком велика, и потому решила после лекций посетить библиотеку.

Успокоенная этими мыслями, я отправилась спать. На удивление, ночь я спала хорошо, потому встала в необычайно благостном расположении духа, привела себя в порядок, позавтракала в компании Перчика и черепушки/. послала отражению воздушный поцелуй, получила в ответ фырканье всех троих и направилась в учебный корпус.

— Добрый день, мисс Флоу! — эльф в алой мантии распахнул передо мной дверь.

Я поблагодарила его улыбкой и подождала, пока зайдет сам. Высокий, красивый, длинные волосы цвета льна заплетены в косу, а огромные голубые глаза смотрели на меня так, словно я была самой желанной женщиной на свете.