Эффект зеркала - Дарья Сойфер

 – Не суетитесь и не портите ситуацию враньем. Я все равно рано или поздно выясню ее имя через мобильного оператора, – солгал Горовой. – И меня не интересует мошенничество.

 – Ну… – Фельдман немного помялся, но все же выдохнул, и его плечи устало опустились. – Ее зовут Крюкова Айя Сергеевна. Да, мы были в одном детском доме в Рыбинске, там подружились. Собственно, она и вытащила меня в Москву, сам бы я, наверное, не решился.

 Разумеется! И как он сразу не понял? Вызывающее поведение, хамство, полная бескультурщина… Плюс склонность постоянно лгать и изворотливость. Полный багаж выходца из приюта.

 – Вы были подельниками? – холодно поинтересовался Олег.

 – Ну… Это громко сказано. Все-таки у нас была разная сфера деятельности. Я закончил курсы массажа, она – фантазерка… Да, мы помогали друг другу, как могли. Айя в основном подгоняла клиентов. Иногда я своим советовал обратиться к ней, иногда – наоборот.

 – Вам что-то известно о том, как были устроены ее трюки?

 – Кто ж станет раскрывать свои фокусы, – усмехнулся Фельдман. – Конечно, она не кололась. Да и мне, если честно, было не особо интересно, как она морочит людям голову. Мы и пересекались редко в последнее время. Но Айка – хороший психолог. Она… Не знаю как объяснить… Она чувствует, что надо сказать. Не знаю, может, это тоже такая… Сверхспособность или типа того. Но в плане заговаривать зубы ей нет равных. И она абсолютно органично чувствует себя в любой компании.

 – Вы живете вместе? – Олег насторожился.

 – Вы про отношения или вообще?

 – И то, и то.

 – Ни то, ни то, на самом деле, – Фельдман неопределенно повел плечом.

 – Но она вам нравится? – напирал Горовой.

 – Вообще, да. Ну, в смысле… Она не может не нравиться. Она как эта штука у гипнотизеров… Как ее…

 – Маятник?

 – Да. Именно. На нее невозможно не смотреть. И это даже не объяснить… – Фельдман перевел мечтательный взгляд на окно. – У нее особенная мимика, движения… Непосредственные, но притягательные…

Чем дольше парень пел дифирамбы, тем ярче становились очертания в памяти Олега. Он видел эту Амалию… Айю… Надо же, странное имя… Он снова видел ее так отчетливо, словно она в эту самую секунду сидела перед ним. Да, цвет ее волос был вульгарным. Да, голос с хрипотцой напоминал от пэтэушницах, которые с двенадцати лет не выпускали изо рта сигарету. И говорила она порой такие несусветные глупости, что хотелось почистить уши. Но Фельдман был прав. Она притягивала глаз, и невозможно было перестать наблюдать за ней.

 – Так в чем же проблема? – уже скорее ради любопытства спросил Олег. – Не сложилось?

  – Какое там! – парень горько улыбнулся. – Смеетесь, что ли? Я – и она… А потом ее никогда нельзя воспринимать всерьез: она врет, как дышит. И постоянно лезет в такие неприятности… В общем, я лучше буду смотреть на нее издалека.

 – А где она живет, вам известно?

 – Нет.

Собственно, другого ответа Олег и не ожидал. Если уж они такие друзья, да к тому же мальчишка в нее влюблен, будет выгораживать изо всех сил. И все же… Отчего-то это короткое слово показалось Горовому искренним.

 – И я должен в это поверить? – майор насмешливо поднял бровь. – Друзья, коллеги... И вы не знаете, где ее искать?

 – Именно так, – подтвердил Фельдман. – Сегодня с утра мы поссорились. Она предлагала снимать вместе комнату, но я нашел удачное место и не собираюсь срываться по первому ее требованию. Да и от ее хорька одни проблемы – он жутко воняет… Я помогал, как мог, но, в конце концов, моя квартирная хозяйка запретила его держать. Айка надулась, наорала на меня и ушла. А телефона у нее нет по вашей вине, насколько я понял. Так что я не в курсе, ни где она будет кантоваться, ни как ее искать.

 – У нее еще и хорек… – Олег тряхнул головой, чтобы проснуться, но реальность уделывала любой сон. – То есть ей негде жить?!

 – Ну… Вроде того. Но нечего так на меня смотреть! Она не пропадет. У нее такой стаж… Вписки, чердаки, кинотеатры…

 – Кинотеатры?

 – Ну да… Вы что, никогда не слышали про киноночи? Мы с ней так, наверное, целую неделю ночевали. А может, она нашла комнату…

 – Стоп, – Олег поднял руку. – Я правильно понимаю: вы подгоняли друг другу клиентов. Работали практически вместе. У нее один только прием стоит три тысячи. И ей негде жить, а ты снимаешь комнату в Москве?

 – Никто не виноват, что у нее горят карманы!

 – В смысле?

 – Финансовое планирование – вообще не про нее, – Фельдман закатил глаза и вздохнул. – Она иногда заработает кучу денег – и устроит себе праздник, вместо того, чтобы откладывать. То спустит все в ресторане, то в аквапарк… Детский сад, короче.

 – И у вас нет никакого способа с ней связаться?

 – Только электронная почта.

 – Отлично, – Горовой хлопнул себя по коленям. – Напишите ей письмо с извинениями, назначьте встречу. И перешлите мне ответ.

 – Но это как-то… – Фельдман брезгливо скривился. – Не очень…

 – Она нужна мне, как свидетель, – Олег подался вперед. – Речь идет о трех убийствах. И, возможно, будут еще. Поэтому если вы не хотите, чтобы нужные люди заинтересовались незаконной предпринимательской деятельностью, если не хотите препятствовать правосудию… Нет, дело ваше, конечно, – он развел руками. – Но я бы не рекомендовал сейчас играть в рыцаря.

 – Я напишу… – сдулся Фельдман.

 – Вот и ладненько. Сейчас мы тут с вами все заполним, подпишем, и можете быть свободны.

С момента ухода Фельдмана прошел час, а Горовой так и сидел за столом, уныло пялясь в одну точку. Как и любой человек, он терпеть не мог признавать свои ошибки. Особенно, если прав оказался олух вроде Савчука. Или не такой уж олух? В конце концов, лейтенант просто выполнял свою работу, пока Олег носился за химерами. Это ж надо! Дожить до без малого сорока лет, дослужиться до майора, – и пасть жертвой уличной шарлатанки.

А ведь он смеялся над ее клиентками! И все-таки сам повел себя не лучше бабульки с артритом. Заглотил такую глупую приманку! Слово «убийца» на крошечном листке бумаги! Немного антуража – и вот он уже целыми днями думать ни о чем не может, кроме как о том, откуда она узнала о его прошлом. А она и не узнавала! Теперь Олег готов был пожертвовать зубом, дорогим немецким имплантом, что фокус был в тысячу раз проще. Она от балды написала страшное слово и сбежала, потому что почувствовала чересчур пристальное внимание. И кто бы не испугался слова «убийца»? Простой человек увидел бы в нем предсказание, Олег решил, что девчонка взломала его личное дело… Ну и бред!

Да, он определенно заслужил выволочку от Калинина. Если бы не глупые проволочки, Алиева давно бы взяли и раскололи.

Закончив с формальностями, Олег собрался и двинул домой, решив для себя больше не делать никаких отступлений с маршрута. Спустился, сдал ключи и нагнулся, чтобы расписаться, но охранник огорошил известием.