По следам прошлого - Ольга Савченя

Я усмехнулась, приподнимая ладони к потолку, но съязвить не успела.

— Не нужно ехидства, — попросил он и сжал челюсти.

От его вида стало как-то не до смеха. Опущенная голова, синяки под глазами, а серая кожа казалась бледной. Белые пряди выбивались из длинной косы и падали на угрюмое лицо.

— Ладно, Роми, обойдемся без шуточек. Но и откровенничать с тобой я так просто не собираюсь.

— И что ты предлагаешь?

Он присел на краешке кровати, облокотился на колени и, сцепив руки в замок, поднес их к губам. На нас глаза не поднимал, смотрел в стену перед собой, будто видел в тонких трещинах деревянной стены настоящее искусство произведения.

Я под чувством вины сгорбилась, но ответила, как и планировала:

— Сначала ты. Выкладывай все, что успел узнать и надумать.

Роми понимающе закивал головой, а потом заговорил:

— Два рассвета я потратил на поиски иллюзии клятвы духов, но такой не отыскал. — Белая кисточка хвоста мазнула по голенищу начищенного сапога. — Потом решил, что вы меня одурманили. Долго злился. Узнавал о вас все, что только могли раздобыть мне наемники. Ничего нового по одной, — Покосился на Елрех, после — на меня, — ничего дельного по второй. Тогда последовал твоему совету. Многие артефакты и так на слуху, но Энраилл был способным архимагом и один трудился за нескольких.

Усмешку пришлось замаскировать легким кашлем. Роми на меня внимания не обратил, а вот Елрех вопросительный взгляд бросила.

— Полный перечень оказалось нелегко раздобыть, — продолжал Роми. — Мудрецы дали огромное количество легенд, а короткий перечень, как выяснилось, нельзя получить даже мне. Пришлось обратиться к знакомому правителю. Только у него разыскались свитки, где описывался каждый артефакт. И уже тогда я задался вопросом: кто же ты такая, если знала, что этот перечень существует вовсе? Наемница?

Я изумилась такому предположению:

— По твоей логике, выходит, что у высшего света Фадрагоса таких перечней нет, а у каких-то жалких наемников — есть?

— Есть разные фанатики, которые могли собрать и целый перечень по крупице найденной информации. — Он пожал плечами. Грубости или чванливости в его поведении совершенно не наблюдалось. Он такой приятный из-за зелья, притупляющее эмоции? — Человечка, в высшем свете о сокровищнице даже говорить не принято. Если только беседа не несет исследовательского интереса. Артефакты — это сила, а силу ищут только слабые и нуждающиеся.

Я развела руками.

— Ладно. Духи с тобой, Роми. Я признаюсь тебе, что между мной и наемниками нет ничего общего.

— Но ты интересовалась одним из них.

— Ого! — удивилась я. — Ты даже об этом узнал.

— Я узнавал все, что мог. И чем больше узнавал, тем больше путался. Ты интересовалась верховным Бесстрашных зверей, и не работает ли он с Вольными. Там же проболталась о беловолосом шан’ниэрде, который стал Вольным. Я искал его, но так никого не нашел.

Он тяжело вздохнул.

— Ты потратил много времени на ерунду, — укорила я. — В какой-то момент я даже подумала, что ты так и не свяжешься со мной.

— Я искал доказательства своим предположениям.

— А ты и их успевал строить?

— Много. Но многие отметал. Почти все. Скажем так, Асфи, я больше старался опровергнуть твои слова обо мне, чем подтвердить их. Ты искала Вольного моей расы, после чего полукровка искала меня, а потом вы заявились ко мне посреди ночи, и ты сообщила, что я был Вольным. Ты знала меня Вольным — так ты мне и сказала. Человечка, после своего визита ты оставила очень много вопросов. Слишком много. «Когда она могла знать меня, если я за всю жизнь из женщин видел только мать и сестру?» — этот вопрос имел только один ответ. В прошлой жизни.

— Я говорила тебе об этом.

— Говорила, — нахмурившись, кивнул он. — Да, ты бросила мне это невзначай. Именно поэтому появилась первая нестыковка. Мы не перерождаемся точными копиями себя самих. Внешность и характер — все отличается. И если ты знала меня в прошлой жизни, это совсем не означает, что ты узнала бы меня в этой. Мы все другие. Мы стараемся проводить дух умершего так, чтобы он возродился той же расы, но существо умирает. С этим ничего нельзя поделать. Оно умирает, и мы смиренно принимаем этот факт и отпускаем его. А ты в свою очередь знала меня так, будто в прошлой жизни я был в точь-точь таким же, какой есть сейчас. Я нашел артефакт, на который ты намекала. Я абсолютно уверен, что ты хочешь отыскать для меня Слезу Луны. И я готов рискнуть собственным рассудком и жизнью, но сначала ты ответишь мне хотя бы на один и самый главный вопрос.

Я улыбнулась ему, мысленно отдавая должное. Как бы плохо я о нем ни отзывалась, он и в той жизни не был идиотом. Но сейчас… Теперь даже интересно, какой Роми опаснее?

— Что ты хочешь узнать?

Он посмотрел мне прямо в глаза и сумел изумить еще сильнее:

— Почему ты использовала Сердце времени?