Вернуться навсегда - Миранда Грин

— Могу я попросить? — лицо Оринэла смягчилось.

— Смотря о чем, — вышло на удивление синхронно.

— Попробуйте попасть в лабораторию. Мне действительно не нравится то, что происходит.

— Пойдем, — кивнула я, принимаясь одеваться и полностью игнорируя скрестившиеся на мне взгляды.

— Прямо сейчас?

Киваю, мол, а смысл время терять? Пока есть силы и время — лучше проверю, и так ощущаю себя какой-то матерью-кукушкой. С секундной заминкой отталкиваю кресло и подаю руку эльфу:

— Если что — возьмешь меня на руки?

— Да хоть сразу…

В подтверждение своих слов, Дженталь подхватывает меня. И раньше у него получалось без излишнего напряжения, а сейчас, когда у меня меньшее по размеру тело, еще и исхудавшее за время постоянных болезней, он, кажется, вообще не замечает вес. Оринэл с шутовским поклоном распахивает дверь, и мы сталкиваемся лицом к лицу с королевой Сэаше.

— А вы, — начала она она.

— К дочери.

— Я как раз хотела предложить пройтись до лаборатории. Отец уже отправился туда.

— Как он? — вырвалось сразу же.

— С ним все хорошо, — она улыбнулась, направляясь по коридору.

Оринэл молча пристроился за спиной брата, только мягко, слишком адекватно, улыбнувшись мне, когда я бросила на него взгляд. Кажется, я понимаю, почему Дженталь назвал его адекватность пугающей. Слишком по-разному подсознательно относишься к садист и мяснику неадекватному и к маньяку хладнокровному, с целью в голове. У Оринэла было Божество, на алтарь которого он был готов сложить весь мир и пару соседних.

Наги в лаборатории смотрели очень косо, особенно нам за спину. Дженталь опустил меня на кресло, Сэаше села на соседнее. Эльфы плавно отступили в сторону, растворяясь в помещении, хотя с моего места было видно, что старший не сводит глаз с колбы.

— Я все хотела у тебя спросить — кто ее отец? Такой потенциал у ребенка… Даже немного завидно.

— У тебя дар не слабее, — что уж таить, нага мне нравилась чисто по-человечески. — А отец… Она взяла лучшее ото всех.

Но вот вся обстановка напрягала. Что-то заставляло эльфов нервно подергивать пальцами, заставляло подрагивать кончик королевского хвоста. Успокоиться не помогала даже легкая некротическая пульсация плавающего в колбе маленького тела — смотреть на свою старую оболочку я даже не хотела, поэтому рассматривала будущую Королеву-Химеру. Сильно шагнула в развитии… всплеск на Рани… Ллахэ? Интересно, что подтолкнуло мерфолька на это.

— Со дня на день магическое созревание закончится и отток магии уменьшится, — раздалось шипение над ухом.

— Саахаши! — я обернулась, встречаясь взглядом с нагом.

Повиснуть на шее мне помешало только присутствие посторонних. Змей фонил остаточным фоном после ритуалов, чешуя сменила оттенок. Перелинял? Наг свился кольцами, устраиваясь на равном расстоянии от меня и дочери. Отток магии уменьшится? Прекрасно! Выздоровление пойдет быстрее. Надо бы как-нибудь аккуратно вывести разговор на предмет оплаты, ответной услуги, например, а потом мы тихо и вежливо покинем планету. То ли шлейф интриг меня душит, то ли мне тут в принципе не нравится. Может еще какая-то причина есть.

Потекла обычная светская болтовня, от которой я то и дело отвлекалась, цепляясь взглядом за химеру. Оринэл в отражении хмурился и оглядывался, то и дело встречаясь взглядом с Дженталем — это я понимала по тому, в какую сторону он скашивал глаза. Сэаше мягко улыбалась, глядя на химеру в колбе с какой-то тоской. Да и я сама испытывала что-то похожее — все-таки ожидание ребенка-химеры явно отличается от того, что подразумевают под произносимым «жду пополнения».

Бр, Вальц, возьми себя в руки. Ты становишься слишком эмоциональной, а в твоей жизни излишек эмоций грозит быстрой смертью. Или долгой и болезненной. Саахаши мягко прикасается к руке кончиками пальцев, привлекая внимание.

— Я думаю, он уже достаточно стабилен, чтобы выпустить его погулять на пару часов, — змей улыбнулся.

— Да, твой «брат», — мне показалось, или она умудрилась произнести кавычки? Вот это владение голосом! — доставил нам некоторые сложности, но вроде бы с ним все хорошо, и, если ты хочешь, вы можете встретиться.

Ответа не понадобилось — я просияла так, что показавшегося из тени Дженталя перекосило. Извиняющийся взгляд его, кажется, смягчил, но что-то мне подсказывает, что эта парочка еще задаст мне жару. Эльф подхватил меня на руки, шепнув:

— Все равно ему ничего не светит.

Вновь идущий позади Оринэл только оскалился, заставив нервно дернуть плечами — с этого станется подстроить что-нибудь просто от врожденной вредности характера.

Палата Эриха оказалась недалеко. Сэаше кивнула вышедшей из-за двери целительнице и пропустила нас вперед, сказав, что за нами придут через пару часов. Старший эльф пожал плечами, устраиваясь прямо на полу под дверью, Саахаши устроился в нише напротив, а Дженталь занес меня внутрь, устроил на стуле и буквально растворился.

— Ты бы знала, как я скучал, — руки обвились вокруг талии, а дыхание обожгло тонкую кожу за ухом.

Вальц, резко развернув — до черноты в глазах — вжал меня в стену. Горячие ладони скользнули по плечам, спине, бедрам. По связующей нити неожиданно полыхнуло раздражением — Дженталь вышел из тени, сжимая плечо парня. Эрих мне мимолетно подмигнул и заговорил тоном, совершенно не стыкующимся с хулиганским выражением лица:

— Ты ведь мне ничего не сделаешь, эльф. Ты связан по рукам и ногам собственным выбором.

Очередной рывок и я оказываюсь зажата между привалившимся к стене Эрихом и разве что не рычащим Дженталем. Блондин сжимает его плечо с такой силой, что, кажется, может сломать ключицу. Нить заклинания предупреждающе вибрирует, заставляя ослабить хватку. Через мое плечо он буквально рычит в лицо:

— Это не значит, что я отступлюсь от моей женщины.

Они застывают, глядя друг на друга в упор, а я хочу и находиться в таком положении вечно, и исчезнуть с пути двух озверевших хищников. Почему ни Кей, ни Канто у них такой реакции не вызывают. Не видят конкуренции? Нет, я могу понять такое отношение к рыжему, но сбросить со счетов дракона? Надо как-то разрядить ситуацию, ляпнуть что-нибудь глупое…

— Мальчики, вам линейку найти? — Богиня, ты не могла вытащить из недр моей памяти что-то более оригинальное?

— У меня больше, — раздается над головой, два взгляда сначала давят на меня, потом снова скрещиваются.

— Я вообще про аккуратное вычерчивание схем магического тела думала, а про то, что у вас на уме, мои маленькие извращенцы.

— Дразнишься?