Выбери меня - Ольга Князева

Кристина

– Бли-и-и, так жалко, – расстроенно протянула я, узнав, что сегодня мне придется возвращаться домой одной.

– Прости, пораньше вырваться никак не получается, – не менее расстроено ответил Дима и одного его уставшего и удрученного голоса хватило, чтобы я снова, с новой силой воспылала негодованием к его руководству.

Он и так в последнее время весь на стрессе из-за навалившейся на него нагрузки, так они его еще пораньше отпустить не могут, при том, что у него вообще сегодня должен был быть выходной. И как он до сих пор это терпит? Эта тирания конечно недолго длится, но ее результат уже на лицо – на его лице, на бледном фоне которого выделяются лишь черные круги под глазами.

– Я понимаю, – смиренно ответила, медленно шагая по бордюру, старательно пытаясь сохранить равновесие. – Ну я тогда домой иду. Тебе купить что-нибудь вкусненькое?

– Нет малышка, не надо. Я здесь поем. – Меня так и передернуло от его «малышки», и я вновь увидела горящие сверхъестественным светом, зеленые глаза. И откуда он только его подцепил? Я уверена, он раньше меня так не называл.

– Я все равно возьму чего-нибудь сладкого. Зная тебя, я уверена, что ты от него не откажешься.

– А я буду тренировать силу воли, – весело ответил Дима и я представила, как его губ коснулась милая, сладкая улыбка, а карие глаза радостно и хитро заблестели, полностью его выдавая. В этой войне со сладким победы ему не одержать.

И так тепло стало в груди, что я тоже улыбнулась, но моя улыбка долго не продержалась. Вновь возникшее ощущение, что за мной следят. Оно с силой потянуло на себя колокольчики интуиции, заставив их предостерегающе зазвенеть.

Хорошо, что я такси вызвала, жаль только, что оно не может подъехать прямо к зданию моей работы. Хотя улица хорошо освещена, да и идти мне считай ничего. Трубку бросать не хотелось, это еще больше бы усилило страх, подпитывавшийся моим одиночеством. Так что я взяла телефон в другую руку, решив поболтать с Димой, пока не спрячусь в теплом салоне такси.

– Ну-ну, я с удовольствием посмотрю, как это у тебя получится, – недоверчиво сказала я и остановившись, осмотрела улицу. Ага, а вон и моя машинка. Я ускорилась, чуть ли не перейдя на бег, ведь ощущение чужого, враждебного взгляда стало еще сильнее.

– Кошмар, она во мне еще и сомневается.

– Вы не оправдали моего доверия, еще когда нагло уничтожили мой пирог.

– Так ты его для меня приготовила! – возмутился Дима.

– Я его нам приготовила, а в результате так и не попробовала.

– Постой, ты ведь тогда на очередной диете сидела.

– Ну и что? Хоть кусочек мог бы мне оставить, не зря же я целый час с этим пирогом мучилась.

– А я и не говорю, что зря. Лично я остался доволен, а ты сама всегда говоришь, что тебе нравится меня радовать.

– Жадина ты, и мы с тобой еще вернемся к этому разговору, когда ты домой придешь. – Я подошла к машине и открыла дверь, намереваясь сесть рядом с водителем и наконец-то избавиться от преследовавшей меня паранойи. Паранойя – это потому что я раз десять оглядывалась, но никого рядом с собой не увидела, хотя фонари позволяли разглядеть всю улочку.

– А ты злопамятная вредина, вспомнившая о пироге почти месячной давности.

Таксист нетерпеливо барабанил пальцами по кожаному рулю и хмурил густые темные брови, ясно показывая, что его терпение из-за ожидания уже на исходе. Странный он, я ведь вроде бы не так уж и задержалась.

– Все, пока, я уже в такси села.

– Тогда скоро увидимся, моя вредина, – мягко произнес Дима и улыбнувшись, я нажала на отбой.

Не так уж и скоро. Придется провести несколько часов в скучном одиночестве, пока он приедет домой. Хотя за это время я успею ему что-то вкусненькое приготовить, ну и себе заодно.

Откинувшись на спинку немного потертого сидения, я повернулась к окну, смотря как ярким потоком проносятся огни ночного города. Страх быстро улетучился и мои бедные, натянутые до предела нервы, смогли наконец-то расслабиться. Из-за Антона, а точнее из-за неприятностей, которыми он меня наградил, я уже не впервые задумываюсь о том, чтобы пропить курс антидепрессантов.

Мы свернули на жилую улицу и буйство красок тут же пропало. Теперь лишь тусклые фонари освещали дорогу своим грязно-желтым светом, а разбавлять ночную тьму им помогали более яркие, хоть и слабые, огоньки квартир.

Быстрая, гибкая тень молниеносно проскользнула рядом с машиной, показавшись всего на мгновение, чтобы сверкнуть желтыми глазами, и тут же скрывшись в густой темноте. Зверь? Игра света? Вздрогнув, я резко выпрямилась, жадно вглядываясь в окно, но было уже поздно. Машина стремительно неслась вперед, а закрытое окно помешало тут же выглянуть на улицу.

Может это всего лишь тень отброшенная машиной? Но те два желтых огонька, ярких, но таких жутких, словно глаза оголодавшего зверя… А еще такие знакомые. Не помню где и когда, но я точно уже смотрела в них. У Антона глаза желтели, когда он злился. Но это не он, кто-то другой, куда опаснее. Да и это явно был не человек.

С силой сжав ладони, надавив ногтями на нежную кожу, я заставила себя вынырнуть из неприятного омута воспоминаний. Сердце учащенно забилось в груди, с силой стуча о ребра. Больно. А вот страшно уже даже не было, была лишь усталость, следом за которой появилось еще и раздражение. Надоело все это! Я уже сама на себя не похожа, какая-то зашуганная, трусливая истеричка, шарахающаяся от каждой тени!

Такси остановилось у моего дома и расплатившись с водителем, я выскользнула из салона. Пользуясь моментом пока машина не выехала со двора, освещая мне фарами дорогу, я поспешила к своему подъезду. Двор у нас в принципе освещается хорошо, но так мне было еще спокойнее.

Телефон завибрировал, сообщая о полученном сообщение. Похоже Ксюша уже перестала обижаться на меня за прошлый раз, когда до ее «Шоколада» я так и не доехала.