Хозяйка серебряного озера - Янина Веселова

— Именно что клюнул, — нервно вытер лысину Рэйли. — И как раз в зад.

— Не понял… — растерялся Барти. — Что случилось? Говори по-человечески.

— Бен решил жениться, — отвел глаза тот.

— На ком? — помолчав, осторожно спросил король, подозревая самое худшее. Ведь о пристрастиях среднего Брюса он знал.

— На девах Каррлайл, — пожаловался человек гора и поник, рухнул в кресло, словно из него все кости вытащили. — Кузинах лэри Карр.

Бартимеус облегченно выдохнул, помянул Пресветлую и, не торопясь, встал. Подошел к сейфу, вытащил из него дело Хозяйки Серебряного озера и так же неспешно вернулся на свое место.

— Так-так-так, — зашуршал страничками король. — Девы Эдме и Фиона… Мать, мать… Ага, красавица Нэлианна… Как же, помню-помню… Магия Земли… Эксцентричые… Ох, ты ж… Любовные романы пишут. Ты смотри! — восхищенно присвистнул он. — Подожди, я не понял. На ком именно хочет жениться Бен?

— На них — ткнул пальцем в папку лэрд Брюс. — На обеих.

— Шутишь? — голос монарха опасно дрогнул. — Издеваешься? Забыл с кем говоришь?

— Силой клянусь, — еле слышно ответил старый друг. — Прискакал вчера домой, в ноги кинулся… Представляешь?

— А девы что? — растерял воинственность Барти.

— Хрен его знает, — честно признался декан. — Я сначала к тебе за благословением, то есть за разрешением…

— Ко мне… — почесал в затылке король. — А знаешь, ты молодец, — оживился он.

— Правильно надумал. Я прямо сейчас разрешение и подпишу. А ты выгляни в приемную, позови Грира и не вздыхай как беременная корова. Все будет хорошо. Я тебе говорю.

***

— Хорошо-то хорошо, да ничего хорошего, — мрачный словно снеговая туча декан смотрел на спящую ведьмочку.

Та свернулась калачиком на шелковой травке под редчайшим экземпляром горной лиловой ели и бессовестно дрыхла, а под боком у нее сладко посапывала бесстыдница Таби.

— Воистину, когда боги желают наказать, они выполняют наши желания, — не иначе как золотым рыбкам, лениво шевелящим плавниками в маленьком водоеме, пожаловался лэрд Рэйли. — Взять хотя бы меня… Мечтал сыночка женить — получи двух невесток и ворох интриг, идиот старый, — вуалехвосты декана проигнорировали. Их не волновали проблемы человека-горы.

Да и не было никому до этих самых трудностей никакого дела: ни упертому засранцу Бену, ни Барти, ни Изабелле… Тут лэрд немного кривил душой. Бернарду он готов был хоть гарем организовать, лишь бы не раздумал жениться и не вернулся к своим завиральным идеям. Изабо тоже можно было понять. Она жила интересами своих детей. Вот Барти поступил как распоследний козел.

Он конечно же вошел в положение старого друга и подписал разрешение на брак. А ведь мог упереться, принимая во внимание неординарность ситуации. Все-таки Дагания не Парлам с его женскими гаремами и не Адан, в котором гаремы, наоборот, мужские. Благо Пресветлая в милости своей благословляла разные союзы.

— Мало я его лупил, — вспоминая детство золотое и сопливого в то время монарха, жалел Рэйли Брюс. — Надо было больше.

Дело в том, что его упертое и злопамятное величество от планов на Хозяйку Серебряного озера не отступилось. Взамен треклятого разрешения король попросил старого друга об ответной услуге. Нет-нет, зная щепетильность приятеля и помня его прошлый отказ, ушлый Барти не требовал ничего недостойного, просто предложил некий план…

— Дружище, — вещал он с умным видом, — подумай сам, разве сватовство, да еще такое… неординарное и масштабное… Эй, не злись, я не про габариты прекрасных дам, а про их количество. Одним днем такое не решишь. Да не вскакивай, придурок! Я на полном серьезе. Праздники на носу. Северные ведьмы к себе поедут, напросись с ними. На предмет ближайшего знакомства, — Бартимеус многозначительно пошевелил бровями. — Возьми с собой семью. И…

И умолк гад! С детства обожал мотать нервы окружающим. Молчал и преданный ему Грир, уткнулся в бумажки и слова не проронил. Ну и лэрл Рэйли тоже от коллектива отрываться не стал. Что он рыжий?

— Возьми семью и братьев Гриров, — наконец, разродился самодержец, дери его конем. — И не надо на меня так смотреть. Пусть молодые люди пообщаются в неформальной обстановке. Это сближает, знаешь ли.

— И как ты себе это представляешь? — не понял лэрд Брюс. — Мало того, что я сам к девочке в гости напрошусь, так еще и с прицеп в виде Гриров с собой тащить?

— Что такого? — махнул рукой на вскинувшегося обер-секретаря король. -

Гриры тебе мешать не будут. Или ты не хочешь стеснять лэри? Ну так остановись у Теодора Глейва. Они с лэри Карр соседи. И вообще, не дури, Рэйли. Подумай о сыне.

Деваться было некуда. Пришлось соглашаться.

— A что я, собственно, так казнюсь? — лэрд Брюс перестал бегать по кабинету, как бывало у него всегда в минуты волнения. — В конце-то концов нет ничего плохого в том, что девушки в кои-то веки проведут праздники в обществе достойных молодых людей. К тому же лэри может с ходу послать меня куда подальше вместе с семьей, Грирами и разрешением на брак.

Эта простая мысль, как ни странно, успокоила декана, зато повлекла за собой другую… еще более приземленную.

— С этими делами и пожрать было некогда, — вспомнил человек-гора. — А время уже к полудню. Непорядок.

***

Софи разбудил божественный аромат кофе. Все в нем было соразмерно: и горечь благородных зерен, и терпкая нотка кардамона, отзвук коричных нот и бутонов гвоздики. И мнилось, что сварен он понимающим человеком. Таким, который не будет портить божественный напиток сахаром, молоком или, упаси Пресветлая, сливками. Нет! Этот кофе черный, словно парламская ночь. И такой же горячий. И налит он не в фарфоровые наперстки на один глоток, а в могучие фаянсовые кружки. В холодную погоду об их бока так приятно греть руки. И подают к такому кофе не изящные пирожные, укутанные в пену салфеточного кружева, а здоровенные бутерброды с копченым мясом, сыром, салатом, помидорами и каким-нибудь острым соусом…

Сглотнув набежавшую слюну, Софи потянулась и открыла глаза.

— Доброе утро, лери Карр, — откуда-то слева послышался веселый голос декана, заставивший ее подпрыгнуть и вскочить на ноги. — Как прошла медитация? Единороги не снились ли?

— Простите, — Сонечка никогда еще не чувствовала себя так глупо. Она замерла, даже глаз стеснялась поднять.

— Чего уж там, — проявил великодушие лэрд Брюс. — Ваша вина не столь велика. Доля ее лежит и на мне… И гораздо большая, чем вы думаете. Дело тут не только в Таби, которая проспала все царствие небесное, но и в… Впрочем, об этом позже. А пока хватит смущаться, иди сюда, лэри, попей со мной кофейку по-свойски.

— Спасибо, — преодолела смущение она.

— Садись, откушай чем Пресветлая послала.

Софи подошла к накрытому столу и замерла. Он был сервирован точь-в-точь, как мечталось спросонок. Черный кофе в кружках, аппетитные бутерброды и никаких тортиков.