Дар оборотня - Ярослава Лазарева

Эльза… Не могу без мучительной боли вспоминать ее милое личико! Я встретил ее случайно. Наступил новый 1927 год. Меня потянуло на родину в Гослар. Я редко бывал там, все родные, которых я знал при жизни, уже давно умерли, а их потомки меня отчего-то мало интересовали. Но вот, как только часы пробили полночь, странная тоска сжала сердце. Я буквально не находил себе места, хотя был на балу в одном помпезном замке Вены. И я решил наведаться в родной городок. Словно кто толкал меня туда.

Незаметно опустившись на заснеженной улочке, я привел в порядок свой бальный костюм и пошел на свет огней и веселую музыку. На площади царило веселье, и мне захотелось потолкаться среди горожан, ощутить их животворную энергию. Но когда до площади оставался квартал, я заметил девушку. Она поскользнулась и едва удержалась на ногах. Подхватив ее, я заглянул ей в лицо, тускло освещенное желтоватым мигающим фонарем. Девушка показалась мне прехорошенькой, нежная блондинка с голубыми ясными глазами, совсем юная на вид. Что-то шевельнулось во мне, словно память вынула из тайников когда-то любимый образ. Те же большие светлые глаза, воздушные кудри…

– Благодарю вас! – быстро сказала она и вцепилась мне в рукав. – Я чуть не упала! А все шампанское. От него так голова кружится!

И она засмеялась, окончательно обворожив меня серебристым тоном своего голоска.

– Новый год, – мягко проговорил я, – ничего удивительного!

– Вы так добры, – ответила она и сделала паузу.

– Зовите меня Берт, – предложил я и сжал ее локоть.

– А я Эльза, – сообщила она и снова засмеялась. – Не думайте, я не пьяница… просто у меня сегодня день рождения… Представляете, я родилась в новогоднюю ночь!

– Счастливое событие для ваших родителей! – вежливо заметил я. – И сколько же вам?

Эльза погрозила пальчиком, пробормотала, что невежливо выяснять у девушки ее возраст, потом улыбнулась и сказала, что ей восемнадцать.

– А вам, Берт? – поинтересовалась она.

– Ровесник, – коротко ответил я.

Мы стояли у какого-то дома и смотрели друг на друга. Эльза продолжала держаться за меня. Но вдруг сильно смутилась и отстранилась. И тут же потеряла равновесие. Я не успел ее подхватить и упал рядом. Мы глянули в глаза друг другу, Эльза начала смеяться. И столько задора было в этом веселом жизнерадостном существе, что я невольно ответил и тоже расхохотался.

– Фу, как неловко! – сказала она, когда первый приступ беспричинного веселья прошел. – Валяюсь тут… А вышла просто подышать свежим воздухом. Я живу в этом доме!

Я глянул на здание, видневшееся за каменным забором, затем помог ей подняться. Она уцепилась за мою руку, но испуганно на меня глянула и сказала, что, видно, я замерз, потому что моя рука как лед. И пригласила к ним в дом. Но я сразу насторожился и вежливо отказался. Эльза забавно надула губы, но настаивать не стала. Я попросил ее минутку подождать и помчался по улице. Что тогда на меня нашло, не знаю. Хотелось подарить ей живые цветы. Но где можно было купить их ночью в маленьком провинциальном Госларе? И в темном переулке я взмыл вверх и умчался в Париж. Уж там-то можно было достать все, что угодно, и в любое время суток. Мероприятие заняло у меня не «минутку», а целых пятнадцать. И вот я быстро иду с роскошным букетом алых роз к ее дому. Но Эльзы нет на улице. Я в растерянности остановился возле ее дома. Мне хотелось перемахнуть через забор одним прыжком, но я сдержал свой порыв. И правильно сделал. Калитка неподалеку приоткрылась, я быстро пошел к ней. Эльза выглядывала на улицу. Ее румяное личико выглядело смущенным.

– С днем рождения! – проговорил я официальным тоном и преподнес ей букет.

Она вспыхнула от удовольствия, но медлила принять подарок. Я легко читал ее мысли.

«Какой милый молодой человек! Но что я скажу отцу? – размышляла она, глядя мне в глаза. – И где он раздобыл такие чудесные розы?»

– Я живу тут… неподалеку, – на ходу сочинил я.

– Никогда не видела вас в нашем квартале, – тихо сказала Эльза.

– Я приехал совсем недавно, мне досталась кое-какая недвижимость от дальней родственницы, нужно оформить необходимые документы, – без запинки говорил я, прикидывая, как быстрее купить какой-нибудь подходящий дом. – Но так грустно сидеть одному в новогоднюю ночь, вот я и вышел прогуляться. И на мое счастье встретил такую прелестную девушку.

Ее мысли дали мне понять, насколько ей приятен комплимент и как ей жаль такого одинокого и загадочного красавца. Но Эльзу по-прежнему занимало, где я взял розы. Однако мой обычно острый ум уже был будто затуманен и ничего правдоподобного в голову не приходило. Поэтому я свернул разговор и поспешил откланяться. Эльза была удивлена и огорчена, но удерживать не стала. Она взяла розы, еще раз горячо поблагодарила и скрылась. А я остался на улице в странном для меня состоянии – полной растерянности, какого-то неприятного отупения и мучительного восторга от красоты этой девушки и чистоты ее существа. Давненько я не испытывал такой смеси эмоций. Видно, это кружило мне голову…

Мы начали встречаться, я был настойчив, Эльза – уступчива. Это было ее первое сильное чувство, и она, как это свойственно всем неопытным девушкам ее возраста, ушла в него с головой. Скоро и я поддался порывам своей натуры, потерял всякую бдительность и был наказан. Впервые за последние пару-тройку сотен лет я влюбился по-настоящему и не мог этому противостоять. Эльза отвечала мне взаимностью. Поздней весной я понял, что готов осуществить условия поверья. Эльза знала обо всем и была готова ко всему. Она жила только любовью.

Все случилось у них в саду. Густо цвела сирень, ее аромат кружил нам головы. Эльза была так нежна и податлива. Я с ума сходил от ее красоты и от любви, которая буквально жгла меня изнутри. Но я четко помнил, что должен держать себя в руках, чтобы ни случилось. И вот свершилось! Наши тела слились, но я не испытывал наслаждения, так как меня захлестнула невыносимая жажда от запаха ее крови. Этот запах, казалось, заполнил весь мир, он проникал мне прямо в мозг. Я ничего не понимал, не соображал, где я, кто со мной, клыки росли безудержно, я чувствовал, что если немедленно не выпью этой крови, то сгорю дотла, перестану существовать. Я зарычал и наклонился над ее распростертым телом. И вдруг Эльза раскрыла глаза. Она смотрела на меня, не отрываясь, ее взгляд словно гипнотизировал, проникал внутрь, и, как ни странно, охлаждал этот жар жажды. Я зацепился за ее взгляд, его прозрачная голубизна словно источала свет такой сильной любви, что он заполнил всю мою темную сущность.

– Я люблю тебя, – прошептали ее губы и лишь озвучили то, что говорили ее глаза.

Мой рот захлопнулся, клыки исчезли. Свет словно выжег изнутри всю ту тьму, которая вот уже столько веков наполняла меня.

Вампиры, не смотрите в глаза своих любимых! Иначе вы вновь станете людьми.

Это и произошло со мной. Ощущения были такие, словно глыба льда, постоянно существующая внутри меня, начала неуклонно таять. Процесс ускорялся. Это было болезненно. И когда весь этот многовековой лед растаял, я почувствовал, как обретаю обычную человеческую плоть. Я глубоко вздохнул, счастье обретения и узнавания распирало меня, хотелось кричать, петь, хохотать. Я раскрыл глаза, желая немедленно разделить это счастье с моей любимой Эльзой, и вздрогнул. Я стоял в полутемном амбаре, в моих руках была веревка со скользящей петлей на конце. Я отбросил ее в сторону и распахнул дверь. Да, это был наш убогий двор, я видел висящие на веревке холщовые, зашитые во многих местах рубахи, постиранные моей матерью, кучу досок в углу с лежащим рядом рубанком и молотком, ящичек с гвоздями.