Поцелованная Тьмой - Полина Корн

Руки Эйнара путешествуют по моему телу, опускаются на бедра, слегка дразнят между ног, словно проверяя, достаточно ли я влажная. Мне остается только беспомощно постанывать, откидывая голову назад, на сильное плечо.

– Ты невероятно красивая, Ками, – он ловит губами мое ухо и начинает шептать бессмыслицу. Что-то о том, как бы он хотел сейчас оказаться рядом со мной, о моих великолепных волосах, что сводят с ума сильнее опиоидных зелий, о запахе шиповника…

Пальцы мужчина замирают нерешительно рядом с разгоряченным центром, я что-то нетерпеливо скулю, и он резким движением руки ныряет за мою спину, и я ощущаю раскаленной кожей его возбужденное тело. Он расположился между моих ягодиц, слегка надавливая, и раздвигая полушария.

– Ммм, – я совсем теряю разум в этой чувственно пытки, когда чувствую как его напряженная плоть скользнула, потерлась об меня, а после повторила движение. Становится жарко и нечем дышать, я ловлю ртом воздух, но демон словно именно этого и ждал. Он сильнее прижимается ко мне, хотя кажется, что уже некуда, а потом накрывает мои губы жарким страстным поцелуем.

Мужчина вдруг отстраняется, и я готова вопить от чувства потери, когда он садится на пол, согнув мускулистые ноги, а меня усаживает сверху. Его оливковая кожа отливает серым в свете звезд, а смоляные волосы кажутся еще темнее, я зарываюсь ладонью в густые пряди, притягиваю его лицо к себе, сама целую. Сама двигаю бедрами, как наездница, но оседлываю я отнюдь не ретивого жеребца, а целого настоящего лорда-ректора. Демон впивается пальцами в мою ягодицу, поддерживая мой темп, а его язык ритмично ласкает мой рот в такт движениям наших тел.

Я больше не могу.

Рука пытается обхватить распаленную плоть мужчины, но пальцы едва ли могут сомкнуться, я направляю его в себя.

– Стой, мышка. Нельзя, – он перехватывает мое движение.

– Это же сон… Почему нельзя? Я так хочу… – я чуть ли не хнычу, и он ласково целует, перекатывается. Теперь я распластана под сильным телом демона. Нагая и беззащитная я так жажду его вторжения, прямо сейчас…

И он выполняет мою просьбу, но проникает лишь одним средним пальцем, а большим массирует чувствительный холмик выше.

– Нет, я хочу тебя… – в моей голосе столько мольбы, несказанных слов и невысказанных чувств.

Я ощущаю второй палец, а демон спускается вниз и касается моего центра влажным шершавым языком. Обводит вокруг возбужденной горошинки, сначала неторопливо, потом быстрее. Я прогибаюсь, желая сильнее прижаться к его рту, и пальцам, что двигаются во мне в каком-то безумном танце.

Язык выписывает странные завитушки, и я вспоминаю уроки начального эльфийского. Кажется, это Лаурендэйльский алфавит. Слегка измененный, но по-прежнему узнаваемый. На десятой букве меня начинают бить конвульсии, тогда в меня входит третий палец, он едва протискивается, и мне немного больно, но в то же время безумно приятно. Я хочу, чтобы он позабыл чертовы буквы, просто быстро касался языком, доводя меня до исступления.

Эйнар опытный любовник, и доказывает это, ловя мои желания. Проворно толкается внутри, поддерживая темп языком. Внизу живота скручивается невидимая пружина, готовая вот-вот лопнуть. Он втягивает напряженный холмик, и несколько раз невесомо проходится по нему, едва касаясь. Мир взрывается, я бьюсь в конвульсиях, но он лишь сильнее давит на живот, не, позволяя выбраться, и продолжает облизывать меня, сильно двигаясь внутри. Я снова вздрагиваю, кричу от удовольствия, отталкиваю демона, прошу перестать…

– Проснись! – меня бьют по щекам, а потом брызги холодной воды ложатся на горячую кожу. Что?..

– Камилла Флар, с тобой все в порядке? – голос отца вырывает меня из сна.

– Папа! Ты вернулся, – кидаюсь к нему на шею, радостно обнимаю, – как прошла твоя дипломатическая миссия?

– Солнышко, ты же знаешь, мне запрещено рассказывать, – он гладит меня по голове, изумленно перебирая пряди, – ритуал пошел тебе на пользу. Моя девочка стала еще красивее, чем раньше. Кстати, давно ты так крепко спишь, что Варт не может тебя добудиться?

Я краснею. Если бы я могла ответить, рассказать родителям, что со мной происходит. Но это будет большой позор для нашей семьи, мои мысли должен занимать Кэлмир – Наследник Саланской Империи. Они не поймут.

– Иногда случается. Переходный возраст, наверное, – бормочу под нос, смотря на папу. Он выглядит уставшим. Словно только что приехал, и зашел в мою спальню, поздороваться. Каштановые пряди запылились, уголки рта напряжены, руки нерешительно касаются моих плеч.

– Поздновато для этого, милая, – улыбается, поглаживая мои волосы, – так похожа на мою бабушку. Рокасану. Мама тебе рассказывала?

– И вовсе не похожа. Я нескладная, угловатая, как гадкий утенок среди лебедей, – уверенно отвечаю, смеясь. Потом вскакиваю, стараясь не вспоминать сон. Подумаю о нем позже, когда буду одна.

– А ты посмотри в зеркало, Ками, – смеется в ответ отец, но улыбка застывает на его губах, не касаясь глаз.

Что так сильно могло измениться? Я в недоумении подхожу к туалетному столику.

Иная. Новая я взирала из отражения необыкновенными темно-серыми глазами, те слегка светились – признак избранницы крови. Радужка напоминала по цвету густой дым с частичками черного пепла. Фигура тоже неуловимо изменилась. Острые углы сгладились, грудь приподнялась, став на полразмера больше, бедра немного раздвинулись, усиливая впечатление от приятных изгибов и округлостей. Действительно, сейчас на меня словно смотрела моя прабабка. Разве что оттенок глаз… у нее были яркие лазурные зрачки, напоминающие безоблачное небо душного летнего дня. Свободная раньше пижама натянулась, обтянув кожу как перчатка. А на сгибе шеи ярким пятном сиял красноватый засос. Вот Тьма! Быстро замаскировала его волосами.

– Придется заказывать новую одежду, – вздохнула, продолжая придирчиво себя рассматривать.

Из угла комнаты появился домовой дух, переваливаясь пушистым тельцем с ноги на ногу.

– Ну и горазда же ты спать, Камилла, – ворчал старикашка, – похожа на прабабку, это точно. Жаль только, что хозяйка оставила меня в этом доме, когда уехала в экспедицию.

– Ты ее знал? – я удивленно моргнула.

– Конечно, и у меня в пространственном кармане до сих пор хранятся ее платья. Могу достать несколько, если захочешь, – потупился дух, рассматривая пол. Он явно грустил по былым временам. Пространственная магия – это особая разновидность волшебства, доступная только домовым и охранным духам.

– Не стоит, – обрубил Кристоф Флар, – сегодня же вызовем модисток и снимем мерки.

– Ками, к тебе гости, – послышался крик мамы снизу.

– Ну, я пойду, приведу себя в порядок после дороги, – сказал папа и поцеловал меня в лоб. Варт ушел в подпространство и закопошился в ванной комнате.

Гостями могли быть только два человека. Моя подруга Миралинда Онтер, и Лорг Прис – собрат по несчастью, с которым мы неплохо общались. Кстати, Лорг должен через неделю пройти инициацию. Может, Семь Стихий улыбнуться нам и мы будем учиться вместе?