Строитель руин - Владимир Мясоедов

– Кто? – уточнил я, уже начиная уставать от всей этой трагикомедии.

– Демоны.

Теперь уже в помещении побледнели все. Кроме меня. В голове роились странные мысли и чувства, причем над всеми ими довлело раздражение. Спрашивается, как мелкий гробокопатель умудрился поддержать ту чудовищную ложь, которую навоображали себе аристократы? Он что, со времен последней встречи с Мальграмом ухитрился развиться в прекрасного мага-телепата или даже оракула, а потом решил поддержать надуманный образ из чувства солидарности?

Щупальца, выметнувшиеся сквозь доспех, приподняли человека над полом, преимущественно за подмышки. Но и горло ему одно из них обвило для улучшения навыков коммуникативности. Еще одна хищная конечность занялась лежащей на тарелке ножкой птицы, к счастью, еще даже не надкусанной. Впрочем, живой артефакт был не брезглив, да и его хозяин, откровенно говоря, тоже.

– Кратко, четко, по существу, – потребовал от него я. – А иначе разделишь судьбу этого несчастного жаркого!

Плотоядный отросток как раз со звучным хлюпом втянул хорошо прожаренный и покрытый аппетитной румяной корочкой окорочок в себя целиком. Эй, а куда потом кость денется? Мой волшебный нахлебник ведь не умеет их переваривать! Магический симбионт что, намеревается плюнуть ею в какого-нибудь противника, как снарядом? Хм, а неплохая идея, если подумать. Может, мне попытаться приспособить свои странные конечности для чего-нибудь большего, чем просто кусание и поедание врагов? Лезвия там на них какие-нибудь нацепить на манер кастетов. Или еще лучше, аналог наручных самострелов приспособить, а то с дальним боем ситуация катастрофически неудовлетворительная, а на магию неофиту, даже года не потратившему на освоение своих способностей, полагаться просто глупо.

– Они приходили давно, сразу же, как тот мошенник впервые оказался в камере, – начал быстро хрипеть полупридушенный человек. – Двое, мужчина и женщина, их безглазые лица были покрыты темной чешуей, а клыки торчали изо рта. Никто из охраны не видел посторонних и не поднимал тревоги, но эти чудовища все равно оказались в моем кабинете! Я не мог им сопротивляться! И деньги не взять тоже не мог, кошелек впихнули в руку, сломав два пальца! Никто не должен был узнать о Филариме! Никто! И теперь… теперь…

– Узнать о чем? – подозрительно осведомилась ведьма, стискивая пальцами спинку стула, на который оперлась. Деревяшка с печальным звоном отломилась, упала на пол и разбилась, будто льдинка. – Ну же! Говори!

– Каждый раз, когда этого мошенника и афериста на чем-то ловят, я по возможности заминаю дело, – признался начальник тюрьмы. – А если скрыть нет никакой возможности, то его место в камере или под плетью палача занимают совсем другие люди! Вот и сегодня, его привезли, а потом… потом он исчез! Прямо из камеры, ну как обычно! Его нет в моей тюрьме! А на столе появился кошель с пятью золотыми, напоминание о том, что наша сделка все так же действительна.

– И ты молчал?! – Граф покраснел и надулся так, что даже среди коренных индейцев заслужил бы единодушное прозвище «Синьор Помидор».

– Я боялся! – взвыл начальник тюрьмы, которому теперь, похоже, из своей же собственной конторы было живым не выйти. – Они обещали меня съесть, если хоть кто-то узнает!

– Часто Филарим у вас бывал-то? – уточнил я, опуская несчастного на пол.

– Раз в два-три месяца обязательно на чем-то попадался, но до суда доходил лишь в одном разе из пяти, – прохныкал основательно запуганный кем-то бедолага. – Он ведь ничего серьезного не совершал, так, по мелочи попадался! Подсовывал среди настоящих, но слабеньких лечебных зелий пузырьки с крашеной водой, вместе с целебными амулетами продавал простые камни, не снимал сглаз, хотя говорил, будто спас от проклятия!

– Увести! – зарычал граф Айрон Принмут не хуже оборотня и сверкая глазами, будто настоящий василиск. Во всяком случае начальник тюрьмы оцепенел так надежно, словно его уже превратили в камень. – В карцер! Навечно в карцер! Пока не сгинет там! А вы все вон! Вон, я сказал! Вилия! А ты куда собралась?!

Стражу как ветром сдуло, а кузина местного владельца заводов, газет, пароходов, вернее, их средневековых аналогов, надеявшаяся улизнуть под шумок, была вынуждена задержаться.

– Мало мне было проблем, – обессиленно упал на лишившийся хозяина стул аристократ, стоило лишь последнему лишнему зрителю покинуть комнату. – Теперь еще и темного мага ловить придется!

– А зачем? – уточнил у него я, отчаянно пытаясь понять, что вообще кругом происходит и как выпутаться из этой ситуации.

– В каком смысле «зачем»? – не понял меня граф.

– Ну, живет здесь большой знаток древней истории и забытых ныне богов и демонов по имени Филарим, – надеюсь, пожатие плечами с как можно более беззаботным видом удалось. – И кому-нибудь он мешает? Нет! Ну не считать же, право слово, легкое запугивание трусливого чиновника от стражи, вкупе с дачей ему взятки, великим преступлением? Не говоря уж о том поступке, за который его в эту тюрьму пытались засунуть. Надо вам из-за такой мелочи связываться с одним из наиболее известных в достаточно узком кругу, куда входит, между прочим, придворный маг и начальник королевской охраны, специалистов? Или желаете добавить к фамильному замку еще и фамильное проклятие?

– Вы хотите, чтобы мы просто игнорировали присутствие чернокнижника?! – вспыхнула вдруг ведьма, словно порох. – Закрыли глаза на угрозу простым людям? Ну конечно, другим малефикам ведь бояться нечего! Ворон ворону глаз не выклюет! Сколько было убито, чтобы овладеть школой плоти, а? Сотня? Две? Больше? Менталисты в среднем калечат сознание трех десятков подопытных раньше, чем научатся не причинять непоправимый вред своим вмешательством, а маги крови не перестают нуждаться в живом материале вообще никогда. В любом случае вы убили достаточно, чтобы не особо беспокоиться из-за еще пары-тройки десятков невинных, пожертвованных демонологом силам Бездны!

– Вилия, замолчи! – одернул ее граф. – Немедленно! В конце концов, ты ему должна за свою выходку на воротах и исцеление после нее!

– Пускай, – отмахнулась от него женщина. – Я своих взглядов на темную магию не скрывала и скрывать не буду! Ни перед Директором, ни перед кем-то еще! Те, кто занимается ею, омерзительные чудовища, которым никогда не отмыться от пролитой ими крови, а место их на костре! И все равно, что они сильнее и могут убить меня мимоходом или пользуются поддержкой короны. Здесь их не потерплю!

Фанатичка, причем умная фанатичка, что вдвойне опасно. И ведь не докажешь ей, что сам если и не белый и пушистый, так уж и не такой злодей. Не поверит, так как доказательство обратного – плотоядные щупальца – налицо. Вернее, по всему телу вырастают по мере надобности.

– Предыдущие годы, когда Филарим здесь жил, а также, если не ошибаюсь, учился и рос, у вас прекрасно получалось не замечать его существование, – посмотрел на нее я тяжелым взглядом, против воли несколько задетый таким пассажем женщины. Кстати, а ведь она подала неплохую идею, чем можно заняться в ближайшее время, не подвергая себя особому риску. Буду искать хронического беглеца из-под стражи. Не знаю, чем он накурил начальника тюрьмы, что тот до трясучки боится каких-то типов в чешуе, но Мальграм утверждал, будто его коллега, такой же прохвост и шарлатан, будет опаснее для окружающих, если возьмет в руки нож, а не волшебный посох. – Видите ли, тем, кто по-настоящему намерен изучать тайны мироздания и работать над собой ради обретения могущества, а не тупо гоняться за властью и дорогими побрякушками, не стесняясь в средствах, нет нужды в реках крови и горах трупов. Они просто будут делать то, что нам действительно нужно. Если же вас так волнует Филарим, я попробую найти его. Посидим, поговорим, может, мне даже удастся сманить по-настоящему одаренного и талантливого чародея в столицу. Уверен, короне пригодятся его услуги. Да и проблемы ваших земель вдвоем нам будет решить несколько проще.