Крестовый поход - Дебби Виге

— И превратил Испанию в страну с жестоким диктаторским режимом, — пробормотал Антонио. — Кому нужна такая жизнь…

Мрачное выражение лица отца Хуана смягчилось.

— Но ты все-таки жил, Антонио. Ты воевал против Гитлера под знаменами генерала де Голля.

— И в награду был «обращен», — напомнила священнику Скай.

Это, в общем-то, все, что они знали про Антонио: он дрался на стороне союзников и однажды, когда убегал от немцев, на него напал вампир.

— Лучше б погиб, это спасло бы его от необходимости постоянно пускать кому-нибудь кровь, — проворчал Джеми, словно это заявление дорого ему стоило.

Не было сомнения, он бы очень хотел, чтобы Антонио не встретился тогда со своим «крестным отцом».

— Сейчас снова мировая война, — пробормотал Антонио. — Вожди народов склоняются перед завоевателем, чтобы спасти своих людей. Наше правительство желает прекратить борьбу со своим злейшим врагом. Но из этого и тогда ничего не получилось, и сейчас не выйдет.

— То же самое Англия сделала с моим народом, — сказал Джеми. — Швырнула нас, ирландцев… в пасть к волкам.

Он сложил руки и покачал головой.

— Нет, отец Хуан. Мы им не нравимся, ну, так пусть сами ищут свой вирус. Мы им не мальчики на побегушках. Пошли они все…

— Согласен, Джеми, но я что-то не вижу, что у нас есть выбор, — возразил отец Хуан. — Нам нужна поддержка военных. А с помощью этого оружия мы можем победить в войне. Если, конечно, оно окажется эффективным.

— А если не окажется? — спросила Эрико.

— Тогда уже будет все равно, мы долго не протянем.

— Да при чем здесь оружие? — сказал Антонио. — Надо как можно дольше оттягивать наше расформирование, а это связано с военными, так?

— Это оружие действительно очень важная вещь, — сказал отец Хуан. — Даже если оно будет убивать вампиров по одному.

— Думаю, вы правы, — проговорил Джеми. — Когда еще сконструируют автомат, стреляющий деревянными пулями… Другого высокотехнологичного оружия пока у нас нет.

Он посмотрел на Антонио и кисло улыбнулся.

— Чушь собачья, — медленно проговорил Холгар.

— А тебе что не нравится? — спросил Джеми. — Боишься опасности для других нелюдей, как ты?

— Это невозможно узнать, пока не протестируешь, — сказал отец Хуан, откинувшись на спинку стула. — Вирус этот — не такая простая штука, как кажется на первый взгляд. И наши хотят во что бы то ни стало заполучить его обратно.

— Они не наши, — сказал Джеми. — И если уж говорить начистоту, среди нас есть предатель, и вы, отец Хуан, это знаете.

Он перевел взгляд на Антонио.

— А сам он, вероятно, уже собирается поскорей смотаться отсюда, послать донесение по имейлу своему «крестному отцу», и…

Как молния, Антонио метнулся через всю комнату к Джеми и схватил ирландца за горло. Глаза испустившего злобный рык вампира загорелись красным, как раскаленный уголь, светом, видно было, что рассвирепел он не на шутку.

— No soy el traidor,[22]— сжав челюсти, проговорил Антонио, и все увидели его растущие клыки.

— Уберите от меня этого придурка! — сдавленно прохрипел Джеми и сделал движение, чтобы упереться коленом в грудь Антонио, но тот уже отскочил от него, и Джеми вместе со стулом с грохотом рухнул на пол.

— Хватит! — закричал отец Хуан, вскакивая из-за стола.

Он сделал руками пассы, и Холгар почувствовал, как в комнату льется, заполняя все ее углы, свежий поток покоя. Учитель и раньше производил магические действия, чтобы утихомирить страсти. И иногда они действовали на буйных саламанкийцев.

Но, увы, не всегда.

— Не будем тратить время попусту, и так уже два дня потеряли, — сказал отец Хуан. — В общем, считайте, что это приказ. И… есть еще кое-что.

— Еще?! — вскричал Джеми, вставая.

По лицу отца Хуана видно было, что ему в высшей степени неловко. Холгар напрягся. Он подумал про Дженн, и пальцы его вцепились в ручки кресла.

— Среди спасшихся оказался ученый, возглавлявший проект. Он спрятался в лабораторном морозильнике, и они его не заметили.

— Вы уверены, что его тоже не превратили в вампира? — спросил Джеми, многозначительно глядя на Антонио.

— Его проверяли. Если найдете вирус, только он сможет подтвердить, что это тот самый. Поэтому… возьмете его с собой.

— Вы хотите, чтобы мы взяли на охоту этого шпака? — вырвалось у Холгара.

Эрико побледнела.

— Anno, sensei… — снова сказала она.

— Что значит шпака? Ради таких, как он, вы ведете борьбу, — ответил отец Хуан. — Да, я хочу именно этого.

Отец Хуан посмотрел на часы.

— Я договорился с этим ученым о встрече. Его зовут доктор Майкл Шерман. Антонио придется остаться, там слишком яркое солнце. Он присоединится к вам позже.

Антонио кивнул.

Отец Хуан снова сел за стол.

— Захватите еду и полный боекомплект.

— Gomenasai…[23]— пробормотала Эрико, встала и низко поклонилась. — Hai, hai, sensei, — сказала она. — Да, отец Хуан.

— Ты сказала «да»? — сощурился на нее Джеми. — Эри, ведь это безумие. Это не наша работа.

— Джеми-кан, — тихо ответила она. — Я должна повиноваться желаниям моего учителя, и это мой собственный выбор. Я как-никак Великий Охотник.

И этим все решилось.

Все, как один, встали, но, выйдя из кабинета отца Хуана, рассыпались в разные стороны. Холгар знал, куда направляются все остальные. Антонио пойдет в часовню молиться и медитировать. Скай отправится на свежий воздух чертить магический круг и совершать оградительный ритуал. Эрико побежит в спортзал разминаться. Джеми помчится в свою комнату и в ярости начнет ломать все, что попадется под руку, потом соберет все необходимое и три раза проверит свой арсенал.

Сам Холгар направился прямо на кухню.

Однажды он познакомился там с одним странным, чудаковатым монахом по имени Мануэль. Он был уже далеко не молод и толст, как говорят, щеки со спины видны, впрочем, как и положено быть повару.

— Отец Хуан никогда меня не слушает. Будит и приказывает, чтобы я приготовил еды на всех, кто отправляется на операцию. Всякий раз я говорю ему: «Ведь мою стряпню станешь есть один только ты». Но он все равно всякий раз приказывает готовить на всех.

— Ja, tak. Извини за беспокойство, — сказал Холгар.

Мануэль пожал плечами.