И жар-птица в подарок - Серина Гэлбрэйт

Вот же!

— Ваше сиятельство, — пробормотал Динеш и ретировался за ленту ограждения.

— Дэйм, — Юлисса с досадой проводила взглядом сбежавшего информатора и повернулась к столь не вовремя возникшему властному.

— Что ты здесь делаешь? — сурово вопросил Дэйм и, не убирая руки, повёл Юлиссу к воротам. — Твоё участие в отборе закончено и тебе больше не нужно приходить сюда.

— Гуляю, разве нельзя?

— Лучше воздержаться. По крайней мере, пока не закончится отбор.

— Почему?

Почти в обнимку они дошли до крепостной стены, миновали широкую сумрачную арку ворот, любезно распахнутых стражей перед хозяином замка, и остановились в первом внутреннем дворике. Лишь там властный отпустил Юлиссу и снизошёл-таки до ответа.

— Ты отвлекаешь участников.

— Пардон?

— Отвлекаешь, — терпеливо повторил Дэйм. — О чём ты беседовала с юным царевичем?

— Ни о чём. О ерунде всякой.

— Например?

— Какая разница?

— Большая.

— Это что, допрос? — с вызовом уточнила Юлисса.

— Нет, — невозмутимо парировал властный.

— Уверен? — Юлисса повесила очки на майку и руки на груди скрестила. — Ибо подозрительно похоже на допрос. А я, к слову сказать, не обязана перед тобой отчитываться, ни вообще, ни согласно контракту, и ты сам напомнил, что моё участие в отборе закончено. Значит, я могу ходить куда хочу, разговаривать с кем хочу… одеваться, кстати, тоже как хочу и не выслушивать при том твоих наездов на ровном месте.

— Мои требования относительно формы одежды тех, кто работает в Чайке и на отборе, не выходят за рамки стандартного трудового договора, не суть важно, заключённого на несколько лет, или на несколько недель, или даже на несколько дней, — отчеканил Дэйм знакомым занудным тоном, что уже начинал раздражать слегка. — На рабочем месте принят определённый дресс-код, как говорят в мире людей, и меня удивляет, что тебе до сих пор не даёт покоя этот вполне естественный нюанс.

— Вообще-то мне плевать на твой дресс-код, тем более что в моём контракте о нём не было ни слова…

— Потому что в краткосрочный контракт пункт о форме одежды не включён.

— …но вот наезды по всякой ерунде уже бесят, — замечание властного Юлисса проигнорировала. — Сначала предлагаешь задержаться, ёлку нарядить, бал этот ваш посетить, а потом ни с кем не разговаривай, туда не ходи, сюда не ходи, по головке бо-бо будет. Что это за ретроградные патриархальные нравы? Или мне надо в комнате запереться и выходить за дверь, только когда ты дозволишь? А лучше и вовсе сразу перебраться на женскую половину дома и носа оттуда не казать, особенно если на горизонте объявится особь мужского пола, не являющаяся дитём или евнухом?

Дэйм шагнул к Юлиссе вплотную, смерил взглядом строгим и сильно недовольным.

— Надеюсь, ты не станешь оспаривать факт, что внимание ты привлекаешь, мужское в частности…

— Привлекаю. И что с того?

— А то, Юлисса, что в этом мире хватает тех, кто был бы не против заполучить огненную птицу в своё распоряжение, — говорил властный негромко, вкрадчиво даже, но звучало веско, твёрдо и как-то угрожающе. — Далеко не все из них станут гоняться за представителями твоего вида по обеим сторонам или нанимать ловцов, однако многие не откажутся воспользоваться представившейся возможностью увезти тебя на свою родину в качестве утешительного приза, раз уж ты здесь. Это вопрос твоей безопасности, а не моих, как ты выразилась, наездов.

— Я могу себя защитить, — напомнила Юлисса.

— Если нападут, — поправил Дэйм. — Но в том-то и дело, что нападение на моих гостей и сотрудников, причинение им вреда карается строго. Зато никто не мешает им покинуть замок и тёмное княжество добровольно, по собственному желанию и решению.

— То есть, по-твоему, этот паренёк, нам с Ребеккой в младшие братишки годящийся, подошёл не просто парой слов перекинуться, а сманить меня в свою далёкую экзотическую страну? — Юлисса с максимальным скепсисом посмотрела на собеседника.

— Внешность обманчива, тебе ли не знать?

— А я такая уши развесила, на шею ему кинулась и немедля отправилась прямиком в какой-нибудь тамошний гарем, наложниц травить и в первые жёны пробиваться?

— Чужая душа — загадка, — изрёк мужчина со столь надменным, холодным выражением лика, что аж руки зачесались оплеуху отвесить.

И непременно с огоньком.

— Знаешь что, ты, пластилин недотёмный…

Сейчас она выскажется… честно, не стесняясь и без вежливых прикрас сообщит, что она думает о некоторых властных и собственно их властности… с занудством, высокомерием и двойными стандартами на пару… потом он может пойти на… к своей племяннице с её неведомым проклятием, а она, Юлисса, соберёт вещи и вернётся в мир людей, а он пусть дальше…

Дальше Дэйм сгрёб её в охапку и поцеловал.

Да так, что начавшая было формироваться речь с пылкими эпитетами разом куда-то испарилась.

На несколько секунд Юлисса застыла в объятиях, соображая мучительно, как реагировать на долгожданное и, надо признать, внезапное явление, затем обвила мужскую шею руками, прижалась теснее и приняла более активное участие в процессе.

Кажется, процесс затянулся…

И затянулся…

И лишь грустное хрупанье в районе грудной клетки вынудило обоих отстраниться друг от друга.

— Прости, — Дэйм разжал руки и осторожно, избегая касаться открытой кожи, снял с выреза майки треснувшие очки.

— Ничего страшного, — Юлисса забрала почивший аксессуар, повертела, оценивая ущерб.

Очки восстановлению явно не подлежали.

— Так о чём это мы? — Юлисса украдкой оглядела двор.

Не иначе как благодаря соседству с воротами, оный двор был много просторнее прочих, более людный и без декоративных элементов вроде вазонов и фонтанов. Впрочем, они с Дэймом стояли сбоку от ворот, в тени возвышающейся крепостной стены, и внимания не привлекали. И дело вовсе не в том, что Юлисса стеснялась целоваться публично, но целоваться с правителем и хозяином замка в одном лице на глазах его подчинённых и подданных… как-то не то, в общем.

— Увидимся за ужином, — с обворожительной улыбкой выдал Дэйм.

Махнул рукой и поблизости возник несколько позабытый сопровождающий. И где только был всё это время, спрашивается?

— Да-да, увидимся, — растерянно пробормотала Юлисса и последовала за проводником.

Ужин прошёл замечательно.

Без Ребекки, чья повышенная усталость принимала масштабы хронической.

И без занудного властного, которого Дэйм всё же выключил.

Признаться, Юлисса уже начала находить приятные стороны в этих совместных ужинах, несмотря на постоянное присутствие прислуги, пресловутый дресс-код и налёт официальной светской чопорности, от ощущения коего избавиться полностью не получалось. Правда, течение непринуждённой застольной беседы так и не свернуло на тайны тёмных князей и проклятых княжон. Да и, говоря откровенно, Юлисса настолько увлеклась ужином, собеседником и общей лёгкой атмосферой, что попросту позабыла о сказанном Динешом.