Ядерные ангелы - Александр Шакилов

О том, что ликвидаторы не восприимчивы к ментальным ударам, не поддаются внушениям, обладают огромной силой, способны мгновенно адаптироваться к изменяющимся условиям, неимоверно живучи и потому опасны для сородичей, я предпочел не упоминать. Ликвидаторам нет места среди братьев по расе, поэтому они всегда впереди, в иных мирах, подальше от соплеменников.

Не элита они, а изгои.

Только я понял это, прочувствовал, так сразу в памяти у меня вскрылся нарыв. Нахлынуло тошнотворное разное, заставило вспомнить, как ликвидатор захватил сына Бабуина, того бандюги с разорванной щекой, из-за которого Заур охотился на меня в Вавилоне. О том, что случилось с настоящим мальчиком, лучше бы не знать, иначе дальше никак будет без снотворного. Скажу одно: ликвидатор успешно – иначе быть не могло – скопировал его психоматрицу, загрузил в себя и перестроил свое тело так, что мать родная приняла бы за своего то, что получилось в итоге.

Почему именно пацан, а не депутат или домохозяйка? К странностям ребенка отнесутся снисходительнее. Ребенок кажется менее опасным.

Ликвидатор организовал переброску разведчиков, и ему поставили следующую задачу: внедриться в криминальное сообщество Киева. Согласно дальнейшим планам путников он должен был устроить массовые волнения с многочисленными жертвами не только среди палачей, но и среди преступников. Эти волнения, конечно, были бы подавлены правительственными войсками, подтянутыми к Киеву со всей Украины и даже отозванными из-за рубежа.

– Ты жив еще только потому, что я этого хочу. – Мальчику надоела личина несерьезного противника. Я почувствовал скрытую в нем мощь, потому что он сам этого захотел. – Мне тоскливо, человек. Ты будешь моим развлечением. Моей игрушкой, которую я обязательно сломаю.

Я ненавижу его. Я – мужчина в полном расцвете сил, в отличной физической форме – ненавижу какого-то сопляка! Именно его личину, а не самого ликвидатора!.. Это все из-за одежды, пытаюсь свести все в шутку, оправдаться перед собой. Брюки клеш на меня плохо влияют. Из-за лилового пиджака я бешусь. Не нацепи я галстук в горошек, был бы полный порядок.

– Игрушка. Всего лишь.

А ведь он пытается сбить меня с мысли, вдруг понял я. Он отвлекает меня от расшифровки своих воспоминаний, оставшихся в моем мозге.

– Я сожгу тебя, игрушка. Ты превратишься в пепел.

Не надо слушать его.

Надо вернуться в тот уголок мозга, где спрятано главное. На чем я остановился? К Киеву подтянут войска, потому что массовые волнения… Вот оно! Очередной кусочек пазла встал на лишь ему отведенное место. Ликвидатор должен задействовать особого бионоида, с которым он переместился в наш мир. Мне тяжело судить о принципе действия биомеханического устройства путников, я не физик и не биолог, но эффект от его активации будет сопоставим со взрывом ядерного фугаса – пол-Киева сотрет с лица планеты, а уцелевшие районы из-за радиации станут непригодны для жизни.

Зачем все это? Я прислушался к своим ощущениям, игнорируя бормотание из динамиков телевизора. Ага, понял. Инцидент даст Президенту основание заявить, что ядерный взрыв – дело рук террористов-шахидов с Ближнего Востока. Ответный удар не заставит себя ждать, мы никому не позволим, и так далее, и тому подобное. Речь уже готова, воззвание к украинскому народу записано заранее.

А потом Президент отдаст приказ ударить по Ирану и Сирии – для начала.

И приказ его уже будет понятен и очень верен в глазах общественности и военных. И мысли ни у кого не возникнет о неподчинении.

Разведчиков слишком мало, они не могут заменить собой всех аборигенов на ответственных постах. Так пусть люди, сами о том не подозревая, послужат Великому Единению.

– Надо по максимуму использовать сапиенсов, пусть сами сделают свой мир комфортным для путников, да, дружище? – подмигнул я ликвидатору, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не запустить в телевизор чайником.

Экранный мальчик слишком спокойно принял то, что я раскрыл его планы. Он что, изначально сбросил меня со счетов, специально позволив узнать запретное? И при этом внимательно изучал мою реакцию на новость и вообще скорость моего восприятия. Не удивлюсь, если его сенсоры нынче вовсю фиксируют температуру моего тела, артериальное давление, частоту дыхания и прочее в том же духе.

Эта сволочь проводит надо мной свои эксперименты.

– Чтобы наиболее эффективно уничтожать таких, как ты, – новый вброс инфы для размышления от мальчика. – Тех, кто способен оказать хоть какое-то сопротивление путникам.

Склонив голову к плечу, он замолчал в ожидании моей реакции.

Я скрестил руки на груди. Больше не поддамся на провокации этой сволочи. Не буду пособником путников даже помимо воли. Черт, но ведь и этот мой жест добавляет чуток инфы в базу данных чужаков! Что бы я ни сделал, все будет во вред человечеству!..

А раз так, прилягу. Закрыв глаза, исполню арию уставшего Края с басовым соло храпа. Я вообще-то не храплю, – никогда не слышал – но ради такого случая постараюсь. Пусть знает ликвидатор: ему не запугать людей! Да и после сытной трапезы – кашка с мяском была выше всяческих похвал – меня разморило и убаюкал голосок придурковатого мальца, забравшегося в телевизор. Ему бы петь колыбельные за пару центов в час, стал бы миллионером, выкинул бы тряпку с Микки Маусом и купил себе что-нибудь приличное. К примеру, майку с Машей и Медведем…

Я взбил подушку.

– Сосредоточься, Край. Наше общение подходит к концу.

Сделав вид, что меня это сообщение ничуть не заинтересовало, я разлегся на полке, закинув руки за голову. На самом же деле я встревожился. Что значит – подходит к концу? Я что, выдал все секреты землян и больше не нужен ликвидатору? А раз так, то…

Или это очередной этап эксперимента? Новая проверка?

Я закрыл глаза. Типа, намерен спать, общаться не хочу.

После небольшой паузы голос мальчишки зазвучал вновь:

– Ты ведь не знаешь, где находишься и что такое Тюрьма? Не ищи в своей памяти, все равно не найдешь. Я расскажу. Это некая безразмерная капсула, оказавшаяся вне времени и вне миров. В нее можно попасть из любого мира без каких-либо затрат энергии. Если у тебя есть Лоно, конечно. Одни считают, что Тюрьма создана Прародителями, другие – кем-то чуждым путникам и прочим обитателям нашей планеты, кем-то вовсе не из нашего кольца миров. Кем-то извне. И ты, Край, никогда не сможешь выбраться из Тюрьмы.

– Почему это? – непроизвольно вырвалось.

– Потому что в Тюрьму попадает не только тело, но и разум. Главное – разум. Прощай, Край!

– Что… – начал я и не смог закончить. У меня отнялся язык.

Только что в камере пахло кашей с мясом, а тут – ароматы пропали, будто кто-то нащупал во мне ответственный за обоняние тумблер и щелкнул им. Я открыл глаза – и ничего не увидел. Всю камеру, а не только коридор, поглотила мгла. Я ослеп! Надо встать с кровати, надо что-то сделать. Но я не чувствовал опоры, нервные окончания на поверхности кожи не получали информации извне. Я больше никак не ориентировался в пространстве, оно перестало для меня существовать.