Весна в огне 2 - Юлия Меркурий

Страсти на сцене накалялись. Весь зал был в напряжении, все зрители ждали развязку. Наконец, героиня, пораженная предательством, воспламенилась, чтобы вознестись к богам на небо. Только после этого герой понял, как был он неправ, предпочтя другую женщину.

У Кэсси слёзы текли по щекам, так она расчувствовалась. Максимилиан смотрел на неё полными тревоги глазами и протянул платок.

— Если бы я знал, что это вас так расстроит, не за что бы не пригласил вас на это дурацкое представление.

— Нет, что вы! — воскликнула Кэсси, утирая слёзы. — Оно было прекрасно!

Тая тоже была растрогана. Кэсси чуть не забыла про цветы, которые собиралась вручить Вергинии, когда артисты вышли на поклон. Они вместе с Максимилианом отправились к сцене, а когда вернулись в ложу, Таи с Тимуром уже не было. Осталась только записка, что из-за духоты Тае стало дурно, и они вынуждены уйти не попрощавшись.

Глава 32

Кэсси и Максимилиан тоже не стали задерживаться и покинули зрительный зал, как только отгремели аплодисменты и опустился занавес.

У входа в театр Максимилиан попробовал поймать фиакр, но безуспешно. Оказалось, что все экипажи уже успели разобрать: слишком много публики было на сегодняшнем представлении.

— Может быть, пройдемся пешком? Если вы не слишком устали, — предложил он.

— С удовольствием! Я, наоборот, утомилась сидеть весь спектакль.

Кэсси взялась за его согнутую в локте руку, и они неторопливо пошли. Уже стемнело, небо стало совсем чёрным, и повсюду горели зачарованные фонари. Несмотря на поздний час, улицы были полны гуляющим народом.

— Если свернуть в парк на ту дорожку, — сказала Кэсси, — то можно выйти к аллеям, вдоль которых посажены светящиеся ночные цветы.

— Правда? — удивился Максимилиан. — Я думал, они только в Лесах растут. Давайте пройдемся там.

Кэсси повела его вглубь парка. Здесь уже вовсю шли приготовления к предстоящему празднику лета: поставили больше скамеек, между деревьями растянули гирлянды разноцветных фонариков и цветов, огородили площадки для развлечений и концертов.

— Вы уверены, что правильно идёте? — спросил Максимилиан.

— Конечно, я в нашем парке каждый уголок знаю, — пожала плечами Кэсси.

Покружив по прихотливо извивающимся дорожкам, они действительно оказались на аллее вдоль которой росли невысокие кустики ночных светящихся цветов. Малиновые, лиловые, оранжевые, солнечно-жёлтые, голубые, белые. Их свет был достаточно ярким, чтобы освещать землю, бросая на неё разноцветные блики. Цветы к тому же издавали довольно сильный и приятный аромат.

— Чудесное место, — сказал Максимилиан, осматриваясь.

— Только их нельзя рвать, — предупредила Кэсси, — они сразу же погаснут и станут просто белыми. Днём они закрываются и совсем невзрачны.

— Жаль, это был бы букет, достойный самой прекрасной девушки на свете, — сказал он. Потом, пристально глядя в глаза, взял её руку и поцеловал, задержав в своей ладони гораздо дольше, чем позволяли приличия. У Кэсси сердце забилось в два раза чаще, а щеки словно опалило огнём. Она могла только порадоваться, что в сумраке не должно было быть заметно, как она покраснела. А Максимилиан повёл её дальше по тропинке как ни в чём не бывало. Кэсси перевела дыхание.

— Я завтра целый день свободен, мог бы пригласить вас на прогулку, — немного погодя сказал он.

— Но я завтра работаю, — ограниченно сказала Кэсси.

— Это обязательно? Вы не можете отпроситься?

Кэсси задумалась. Она, конечно же, могла отпроситься, и госпожа Агнесс её бы отпустила — незримое покровительство папы-градоначальника позволяло надеяться на уступки. Но тем самым она показала бы своё желание работать мимолетным капризом. И тогда какой был смысл уговаривать чаровницу взять её в продавщицы, а потом спорить с отцом?

— Нет, не получится, — вздохнула Кэсси. — Я уже свои выходные на этой неделе отгуляла.

— Я оттого спрашиваю, что потом буду несколько дней на дежурстве.

— Нет, увы, завтра я точно не могу.

Они прошли немного молча.

— А если я приглашу вас завтра на обед, у вас получится выйти?

— Да, — обрадовалась Кэсси, — конечно.

— Тогда договорились, — сказал Максимилиан и улыбнулся. Он был очень красив в этот момент, и у Кэсси перехватило дыхание.

— А откуда вы знаете этих господ, Тимура и Таю? — спросил он несколько минут спустя. Кэсси даже не сразу поняла, о ком он спрашивает.

— Мы познакомились недавно в храме. Они попросили рассказать про скульптуры, и слово за слово мы разговорились.

— Вы слишком легко сходитесь с незнакомыми людьми, — заметил Максимилиан, нахмурившись. — Это может быть опасно.

— Что вы! — рассмеялась Кэсси.

— Вы очень добрая и наивная девушка и поэтому обо всех хорошо думаете. На самом деле вы о них ничего не знаете. Постарайтесь быть благоразумной, Кассандра. Избегайте незнакомцев и тем более никуда с ними не ходите.

— Не нужно меня принимать за маленькую! Ещё скажите, что конфеты нельзя брать у незнакомцев.

— Конечно, скажу! Конфеты я лучше сам вам подарю.

Они шли очень медленно, но дом Кэсси, а вместе с ним и момент расставания, неуклонно приближались. Максимилиан проводил её до порога апартаментов, где передал из рук в руки отцу.

Весна за первое действие спектакля выспалась и чувствовала себя гораздо бодрее, но совсем потеряла сюжетную нить. Росинка дулась и не хотела объяснять, кто все эти люди на сцене. И книжечку с пересказом не дала. Пришлось смотреть так, и, откровенно говоря, Весне было скучно. Она только поняла, что происходят какие-то любовные страдания. Героиня полюбила до смерти какого-то мужика, а он решил жениться на другой. И эта идиотка, вместо того, чтобы плюнуть на него и заниматься своими делами, целый час стенала и заламывала руки. А в самом конце она вообще сгорела, весь зал ахнул и вскочил со своих мест, а у Весны задёргался глаз. «Что это за спектакли такие, хоть с ведром воды ходи», — мрачно думала она.

Хороший момент был в том, что на возгорании всё и закончилось. Актёры застыли в неестественных позах, запел хор и опустился занавес. Весна мысленно поблагодарила богов за то,