Царьград. Битва за империю - Андрей Посняков

Отвяжись, тоска,

Пылью поразвейся!

Что за грусть, коли жив, —

И сквозь слезы смейся!

Иван Никитин

…Пистолета!

Табельный ПМ – пистолет Макарова – вооружение милиции и армейских офицеров.

Державший его в руках участковый целился беглецу прямо в лоб, с обеих сторон капитана прикрывали сержанты – тоже с пистолетами наголо.

– Ручки верх поднимите! Так… Иваныч, обыщи!

Пожилой сержант умело похлопал задержанного и, разочарованно обернувшись, пожал плечами:

– Ничего.

– Что, совсем ничего? – капитан шмыгнул носом и быстро приказал: – Ладно, оденьте наручники – и в мотоцикл.

– Что-то я никак не возьму в толк, что происходит? – ухмыльнулся Алексей. – Хватаете на улице людей, наручники надеваете, и, между прочим, никакой санкции прокурора не показываете! Произвол!

– Имеем полное право задержать вас, гражданин, по подозрению в совершении тяжкого преступления, на основании показаний свидетелей и результатов оперативной разработки, – несколько витиевато пояснил участковый. – И разбираться с вами дальше буду не я, а следователь. Мое дело – лишь доставить вас, куда надо, да взять предварительное объяснение. Если, конечно, вы захотите его давать.

– А в чем, собственно, меня обвиняют?

– В умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью, совершенном из хулиганских побуждений в отношении двух и более лиц, – усмехнувшись, охотно разъяснил капитан. – Статья сто двенадцатая, пункты «а» и «д».

– Ох, ничего ж себе! Ну, е-мое! – Алексей не удержался от ругательств.

– До пяти лет! – Участковый улыбнулся еще шире и вдруг прищурил глаза, пристально всматриваясь в задержанного. Потом помотал головой, словно бы прогоняя привязавшуюся дурную мысль: – Нет, показалось.

– Что вы говорите, господин капитан?

– Гражданин… Так, ничего. Принял вот вас за одного своего знакомца…

Еще раз покачав головой, он махнул рукой сержантам – вся компания уже как раз подходила к стоявшему у кустов мотоциклу:

– Сади!

– А не выпрыгнет, товарищ капитан?

– В наручниках-то?

Участковый, а следом за ним и сержанты, засмеялся и, усевшись в седло, завел двигатель. Повинуясь какому-то непонятному чувству, Алексей обернулся назад, словно бы прощаясь… Из ухоженного домика с припаркованным неподалеку белым «Шевроле-ланос», как раз вышла дачница, Ирина Петровна, кстати, кандидат или даже доктор исторических наук, хорошая знакомая Алексея по той, прошлой жизни… точнее сказать – по этой. Конечно же она знала другого Алексея – юношу, почти подростка…

Заперев дверь на висячий замок, Ирина Петровна положила ключ на притолочину и быстро пошла к машине. Она была уже одета не по-дачному, по-городскому. Видать, уезжает – выходные-то заканчивались, а до отпуска, поди, долго еще. Тогда почему не берет с собой ключ? Кому-то оставляет?

Мотоцикл дернулся и, выбравшись на шоссе, резко прибавил скорость, направляясь в Касимовку в объезд, через мост. Оба сержанта, помахав капитану руками, зашагали напрямик, через ручей… и оказались у клуба еще раньше ездоков. Клуб… С тыльной стороны его как раз и располагался вход в опорный пункт милиции.

– Ну выходи, приехали, – заглушив двигатель, участковый махнул рукой. – Во-он, туда проходи, где табличка… Эй, парни, дверь ему откройте!

Старый продавленный диван, пара агитационных плакатов с портретами руководства местного УВД – все как на подбор писаные красавцы, орлы! – шкаф, выкрашенный веселенькой зеленой краской сейф, старые конторские столы, новенький компьютер с плоским монитором… А за клавишами – девушка с погонами старшего лейтенанта. Та самая, инспекторша по делам несовершеннолетних. Ирина Владиславовна… Ирина… Красивая девушка! Алексей невольно засмотрелся – нет, в самом деле красивая! Яркая, стриженная в каре, брюнетка с синими, насмешливо прищуренными глазами в обрамлении длиннющих ресниц. Короткая форменная юбочка, стройные – ах какие стройные! – бедра. Тогда, на лесной дорожке, протокуратор что-то не очень хорошо ее разглядел – не до того было.