Горячие ветры Севера. Книга 2. Полуденная буря - Владислав Русанов

— Что, и без амулетов обойдешься?

— Обойдусь. Тут силы заемной не надо. Много не надо. Мне шариков хватит.

Квартул вздохнул и плотно прижал хрустальные шарики к вискам Вырвиглаза. Тот дернулся, забился в руках петельщиков, а потом закатил глаза и замер.

Серебряные блики призрачным одеянием разукрасили резные листья дубов-исполинов. Превратили в седую шкуру матерого волка-одинца шелковистую мураву у перекрученных тугими узлами корней…

На освещенном участке тропы появился всадник.

Простоватое, нахмуренное лицо… Неспешно рысящий конь… Темный плащ, рукав кольчужной рубахи…

Второй… Коричневые табарды с пламенем Трегетрена. Веревочные аксельбанты…

Третий всадник. С мешком на голове.

А потом ударили стрелы. Заржали кони. Упали с седел утыканные оперенными древками люди.

Кроме одного!

Меч полутораручник взлетел над замотанной мешковиной головой пленника, но не достал. Потому что человек без лица выслал коня вперед в отчаянном прыжке.

Прыгнул с ветки могучий веселин — косая сажень в плечах, борода до глаз. Петельщик отмахнулся раз, другой. Разбойник упал, но в спину смельчаку-гвардейцу уже вонзилась стрела.

— Что там? — нетерпеливо спросил Валлан.

— Не мешай, собьешь. — Квартул дернул плечом.

Освобожденный сидел под деревом, втягивая полной грудью ночной воздух и угрюмо глядя перед собой в одну точку. Мешок с его головы, понятное дело, сняли.

— Как звать-то тебя, паря? — Ни словечка в ответ.

— Слышишь меня, что ли? — Молчание.

— Дать бы ему по ребрам, — это Вырвиглаз, не запуганный, не обмякший, а наглый, с длинным ножом в руке. — Гонору-то поубавится!

Короткая схватка. И вот уже рыжий ардан скулит в палой листве, баюкая сломанное предплечье…

— Ай верно! Будешь Живоломом! — Новонареченный пожал плечами. Живоломом так Живоломом…

Чародей оттолкнул от себя голову лесного молодца. Сунул шарики в мешочек. Брезгливо вытер ладони об одежду.

— Ну?

— Он. Я его узнал. Живой, значит.

— Проклятие! — Валлан бросил пленного, выпрямился во весь рост. — Вот оно как вышло! Живой!

— И что делать теперь будем? — Чародей потеребил губу.

— Что делать? — Петельщик сжал кулаки. — Исправлять ошибки. Хродгар! Сотник Хродгар!

Командир отряда подбежал рысцой, придерживая колотящийся о ногу меч:

— Слушаю, господин барон!

— Давай два десятка лучников, десяток копейщиков. И бить шайку.

— Не мало? Я бы всей силой ударил.

— Ты бы ударил? Ты как шел в Турий Рог, так и пойдешь… — отмахнулся Валлан. — Лабон!

— Здесь, командир!

— Берешь десяток наших. Кого хочешь. Хоть всех самых лучших. Понял?

— Понял, командир!

— Берешь людей сотника — три десятка. И чтоб ни один лесной молодец не ушел. Понял?

— Так точно, понял.

— А голову одного ты мне в мешке привезешь.

— Энто которого? Я ж не чародей. В башке у ардана не копался.

— Вот этот червяк покажет. — Квартул несильно пнул по ребрам еще не пришедшего в себя ардана. — У него счет к нему есть.

— А ты проследи, чтоб наверняка. Понял меня? — веско прибавил капитан

— Понял, понял. Когда выходим?

— А если рябяты поели, прямо сейчас. Он покажет.

— Не сбрешет? Не подосланный?

— Не подосланный, — улыбнулся жрец. — У него все резоны тебе помогать имеются.

— А мы в Трегетройм. — Валлан снова посуровел. — Пора веселинам показать, кто с честной сталью знается, а кто только бороду горазд по ветру полоскать.