Хранители Предела - Александра Ситникова

Ага, сейчас-с! С трудом сдержалась, чтобы не стукнуть ее стоящим возле кровати светильником.

– Госпожа! – не унималась тетка и слегка потрясла меня за плечо.

Какое варварское обращение с царственной особой! Не отстанет – это ясно. Тогда я открыла глаза и села в постели, изобразив крайнюю степень тяжести этого процесса. Хотя, если честно, не так уж притворялась. Руки действительно тряслись, чувствовалась тяжесть в голове и слабость во всем теле.

Женщина протянула бокал и стала ждать, когда я выпью отраву, не отрывая взгляд. Вторая поправила одеяло и направилась раздвигать шторы. Красно-синий бумеранг! И что прикажете делать? Принимая бокал из рук тетки, пыталась придумать, как бы прожить подольше.

Вдруг в другом конце комнаты раздался грохот! Женщины подскочили и бросились туда. Не теряя ни минуты, я выплеснула содержимое бокала за кровать. Знаю, не лучшее место, но что делать?

Поставив бокал на поднос, уставилась на еду. Ее вид вызывал отвращение, от запаха подкатывала тошнота. А это были: обычный суп, каша, какие-то овощи и кусок хлеба. И неизменный морс. Рука потянулась ко второму бокалу, но тут меня как громом поразило. Красно-синий бумеранг! А вдруг отрава – не в том стакане, а в морсе?!

Шокированная догадкой, быстренько вылила и эту жидкость. За кровать. А куда еще прикажете? Не под себя же!

Женщины тем временем обыскали все вокруг, подняли рухнувшие с полок вещи и вернулись к постели.

– Какая вы молодец, госпожа, – заулыбалась одна, завидев оба бокала пустыми. – Теперь вы должны поесть.

Я запаниковала – а вдруг и в еде отрава?!

– Нет, спасибо. Я не голодна, – проговорила слабым голосом.

Женщины одновременно кивнули, забрали поднос и молча вышли из комнаты.

Как невоспитанно! Ужасное поведение! Нужно будет казнить их на досуге… А как там мое лекарство? Я перегнулась через край кровати. И, разумеется, тут же шваркнулась на пол. Благо его покрывал мягкий, толстый, ворсистый ковер.

Непристойно выругавшись (а можно ли пристойно ругаться?), заглянула под кровать. А это оказалось не таким уж плохим местом для хранения вылитых ядов! Чудо-ковер впитал все, оставшись в одном месте слегка влажным, и даже запах почти отсутствовал.

Удовлетворенно улыбаясь, полезла обратно на кровать и застыла с одной поднятой ногой, как пудель у столба. На одной из подушек нагло разлеглась белка. Она лежала в совершенно не свойственной животным позе – на пузе, подперев лапками хитрую мордочку.

– Ничего удивительного, обычная белка, – пробормотала я и, выдернув из-под зверушки подушку, улеглась рядом.

И тут меня осенило:

– Это ты отвлекла этих ведьм?

Белочка молчала и только обиженно поблескивала черными глазками.

– Прости, малышка, что согнала с подушки, – извинилась, чувствуя себя полной дурой.

Крошка внимательно посмотрела на меня, махнула хвостом и сказала:

– Цок… То есть да, это я.

– Ага, – отозвалась я и добавила, испытывая неловкость: – Спасибо.

Белочка кивнула и, забравшись мне на грудь, потрогала лапкой лоб.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила обеспокоенно.

– Так же, как и весь последний месяц, наверно. А ты кто?

Белочка недовольно «цокнула» и отошла подальше, спустившись на живот:

– Мы уже знакомились. Не помнишь? В Лесах Памяти я и Торос приходили посмотреть на тебя.

Целая туча образов нахлынула на меня, будто прорвало кран с водой: вот мы с Бураном в деревне толстяков, и он скачет как заведенный на задних лапах, вот на нас напали прекрасные ангелы, а вот мы уже в Лесах с гигантскими деревьями.

– Так это все… Это все-таки было? – тихо спросила я, ошарашенная вновь обретенными воспоминаниями.

– Да, – белочка кивнула, – и мы должны спасти Тороса. Ты ведь видела – его пытают.

– Тот мальчик в комнате – это и есть Торос? – уточнила я.

– Да, – снова кивнула белочка и стала объяснять: – Я выяснила, что маги долгие годы создавали тело-ловушку для того, чтобы поймать одного из нас. Торос попал в него, а выбраться не может.

– Но почему? – перебила я. – Ведь, как понимаю, вы можете вселяться в тела и покидать их когда вздумается.

– Все не совсем так. – Зверушка задумчиво почесала лапкой щеку. – Мы могли вселяться в Сухву, потому что она сильный маг и потому что сама нас «впускала». Думаю, тело-ловушка затянуло Тороса. А выбраться он не может, потому что венец на голове запечатал силу.

– Венец Богини, – прошептала я.

– Венец Богини, ограничивающий силы, пока он на ней, – подтвердила белочка. – А так как наша сила от Богини, то венец действует и на нас.

– Но венец не лишал Богиню полностью силы! – возразила я, вспоминая видение. Теперь не сомневалась, что это не галлюцинация.

– Богиню – да, – печально покачала головой рыженькая. – Но сила каждого из нас – лишь восьмая часть ее силы.

Белочка замолчала, и я не решалась прервать ее раздумья. Наконец, она вскинула голову и сказала:

– Тебе нужно поесть. Иначе не будет сил на выздоровление. – И, не слушая возражений, выбежала за дверь.

Пока ее не было, я снова заснула. А когда маленькие лапки бесцеремонно меня растолкали, сначала даже подумала, что все еще сплю. На кровати сидела крохотная белочка, и рядом с ней высилась громадных размеров корзина, которую я и в лучшие дни вряд ли посчитала бы легкой.

– Ты как ее дотащила?

– Ешь, – игнорируя вопрос, велела белочка и сунула в руки кусок хлеба с мясом.

Пришлось заняться поглощением бутерброда, хотя есть все еще не хотелось.

– Я же не простая белка, – заулыбалась тем временем собеседница, а я поперхнулась от такого зрелища. Вроде бы должна уже привыкнуть к совершенно «неживотным» проявлениям эмоций у окружающих меня зверей…

Белочка тут же протянула бутыль. Я снова закашлялась, на этот раз от осознания того, что пью.

– Вино? А воды не нашлось? – еле выдавила, отдышавшись.

– Очень хорошо помогает восстановить силы, – важно кивнула белка и добавила, неодобрительно глянув на меня: – В наше время мы пили только вино и никогда не болели.

– Так и я не болела бы, если б меня ядом не пичкали, – пробурчала, приканчивая бутерброд, и тут же поняла, что хочу спать.

– Спи. Меня зовут Ора, если не помнишь, – услышала, перед тем как провалиться в сон.

Следующие несколько дней были почти точными клонами этого. Когда меня приходили травить милые женщины, мы с Орой старались их отвлечь, чтобы вылить яд. Потом они забирали поднос, к еде на котором я так и не притрагивалась, и уходили. Интересно, а их вообще волновало, что принцесса может от голода помереть? Хотя, может, им в принципе все равно было – умру от яда или истощения.