Девятое Правило Волшебника, или Огненная Цепь - Терри Гудкайнд

— Может, он чуял, что ты среди них? — предположила Кара.

— Знаешь, Кара, возможно, права, — согласилась Никки.

— Возможно, — сказал Ричард. — Но если он способен улавливать действие моего дара, да к тому же ты познакомила его со вкусом моей крови, мог ли он не заметить, что меня там нет?

Никки пожала плечами.

— Не знаю. Возможно, отголосок твоей силы указал зверю общее направление, но ты прекратил ею пользоваться, и тварь как бы ослепла. Может быть, не найдя тебя, тварь разозлилась до такой степени, что пошла убивать всех подряд. Если верно последнее, тогда я подозреваю, что ей придется подождать, пока ты снова воспользуешься даром — но уж тогда она сразу тебя словит.

— Но тебе сказали, что как только я воспользуюсь даром, зверь меня узнает. Тогда ему незачем ждать следующего раза.

— Разные вещи — знать и найти, — возразила Никки. — Но, зная твои приметы, зверь, вероятно, нуждается только в новом сигнале, чтобы броситься на тебя.

В этом была своя пугающая логика.

— Значит, хорошо, что я не завишу от моего дара!

— Вы лучше не мешайте нам защищать вас, — вставила Кара. — Я думаю, вам следует остерегаться любых действий, которые даже ненароком могут вынудить вас применить магию.

— Я согласна с Карой, — сказала Никки. — Не уверена, известен ли чудовищу вкус твоей крови — но твой дар точно притягивает его. Сестра не стала бы выдумывать в смертный час. Пока зверь охотится за тобой, а мы не знаем о нем ничего и не можем устранить угрозу, ты не должен пользоваться даром ни под каким предлогом.

Ричард кивнул, соглашаясь, — хотя не знал, возможно ли подобное воздержание. Не умея вызывать дар сознательно, он не умел также останавливать его произвольные вспышки. Дар возникал сам, в ответ на гнев или острую необходимость, вот и все.

Предложение женщин разумно, но удастся ли последовать ему? Есть и другая опасность: а вдруг тварь уже выследила его и точно знает, где он находится, а людей поубивала из природной кровожадности? Тогда почему бы ей не залечь в лесах, выжидая, а потом подкрасться к их укрытию — пользуясь шумом цикад, заглушающим шаги?

Он умолк, перебирая в мыслях возможности — одну мрачнее другой. Никки снова протянула руку и почти на ощупь, в темноте, прикоснулась к его лбу.

— Ты весь дрожишь от холода, — сказала она, откинувшись назад. — Давай хоть немного отдохнем. От такого состояния недалеко и до лихорадки. Ложись. Мы втроем тут согреемся. Но сперва тебе нужно просушиться.

Кара приподнялась на локте и удивленно спросила:

— Но как ты высушишь его без огня?

Никки отмахнулась и велела:

— А ну-ка, ложитесь вы оба!

Ричард послушно улегся; Кара, поколебавшись, последовала его примеру. Никки склонилась, почти касаясь их, и положила правую руку на голову Ричарда, а левую — на голову Кары. Ричард ощутил покалывание магической силы, но приятное, теплое — не такое, как при лечении раны. Над головою Кары он увидел слабое свечение и подумал, как это удивительно: Никки так доверяет Каре, что использует магию, помогая ей! Обычно применение магии к одной из морд-сит давало им возможность перехватить магическое воздействие и подчинить себе человека, владеющего даром. Еще более удивительным показалось Ричарду то, что Кара доверяет Никки, позволяя применять к себе магию. Морд-сит очень не любили магов.

Никки медленно повела руками вниз, чуть-чуть не касаясь их тел. Когда она остановила руку над сапогами Ричарда, он вдруг обнаружил, что и тело, и одежда его совершенно сухие.

— Ну, как вам это? — спросила Никки.

— Я бы предпочла оставаться мокрой, — сердито фыркнула Кара.

Никки подняла брови дугой:

— Если желаешь, могу устроить!

Кара промолчала и, сложив руки, повернулась на бок. Довольная тем, что Ричарду ее помощь понравилась, Никки немножко позаботилась и о себе: медленно провела обеими руками сверху вниз по платью, как бы отжимая из него влагу. Закончив это действие, она задрожала, зубы у нее застучали от холода — но и она сама, и ее черное платье стали сухими.

Ричарду показалось, что она вот-вот потеряет сознание. Он снова сел и осторожно взял ее за руку.

— С тобой все в порядке?

— Я просто очень устала, — призналась она. — Несколько дней почти без сна, и это после того, как я вытягивала тебя… А потом все, что сегодня случилось, и наша гонка по лесам… Все это меня сильно задело. Сейчас я лишь слегка воспользовалась магией, и сразу замерзла и осталась без сил. Но если я посплю, все пройдет. А тебе, Ричард, даже если ты сам не чувствуешь, отдых нужен еще больше. Ложись и спи, прошу тебя, сейчас же! Нам легко будет согреться в этой тесноте.

Сухой, но усталый и все еще замерзший, Ричард завернулся в одеяло. Никки прижалась к нему всем телом. Она права: ему требовалось отдохнуть. Просто отдохнуть. Он не сможет прийти на помощь Кэлен, если не восстановит силы.

Кара тут же прижалась к нему с другой стороны, готовая согреть его собственным телом.

Согревшись, он понял, насколько же сильно промерз. Тепло было истинным наслаждением. И все-таки он пока не мог отрешиться от забот.

— Никки, как думаешь, могла эта тварь забрать Кэлен, чтобы добраться до меня? — спросил он, нарушая сонный покой укрытия.

Ответила Никки не сразу.

— Этому порождению тьмы вовсе не нужны такие замысловатые способы, чтобы добраться до тебя, Ричард. Судя по словам той сестры, довольно уже и моих ошибок, и использования твоей силы.

Чувство вины тяжелым камнем легло на душу Ричарда. Если бы не он, все остались бы живы. В горле у него стоял комок. Эх, если бы можно было как-то переделать случившееся, вернуть людей к жизни, возвратить им будущее…

— Лорд Рал! — прошептала Кара. — Я хочу кое в чем признаться, если вы поклянетесь, что никому не расскажете…

Ричард никогда не слыхал от нее подобных речей, но ответил спокойно:

— Хорошо. Что же ты намерена мне поведать?

Она долго молчала и наконец ответила так тихо, что Ричард бы не услышал, не лежи он так близко.

— Мне страшно…

Противореча всем доводам рассудка, Ричард высунул одну руку, обнял ее за плечи и притянул к себе.

— Не бойся. Эта тварь ищет меня, не тебя.

Она приподняла голову и хмуро взглянула на него.

— Потому-то мне и страшно. Посмотрев, что сделал зверь, я боюсь за тебя, боюсь не суметь защитить…

— Ох, вот оно как, — сказал Ричард. — Ну, если тебе от этого станет легче, признаюсь — мне тоже страшно!

Кара опустила голову на его плечо, утешенная теплом крепкой руки. Цокот цикад снаружи не утихал, и отчего-то Ричард чувствовал себя беззащитным, прислушиваясь к нему. Насекомые всего лишь подчинялись закону своей жизни, семнадцатилетний цикл приходил неизбежно, неумолимо, неотвратимо. Так и зверь, созданный Джеганем. Куда спрячешься от такого создания?