Представитель - Алекс Орлов

За деланным равнодушием Алонсо Моргана скрывалась радость, что его люди невредимыми вернулись из города. А уж то, что они привезли припасы да еще невиданную сумму денег, привело его в настоящий восторг.

По такому случаю он разрешил откопать один из бочонков с тыквенным вином, которые прятались таким образом от падких на алкоголь членов банды. Украсть вино из погреба мог любой, а вот выкопать его с трехметровой глубины, да еще рядом с резиденцией предводителя, не решался никто.

Понаблюдав за торжественными приготовлениями и проверив, как идет откалывание бочонка, Морган отправился в свой домик, прихватив с собой Шило и Майка.

– Присаживайтесь, господа негоцианты, у меня к вам накопилось множество вопросов, – сказал Алонсо, пряча привезенные деньги в сейф.

Закрыв тяжелую дверцу и повернув ключ в замке, Морган сунул ключ в карман и сел за стол, заваленный разным ненужным барахлом.

Здесь были костяные статуэтки с отломанными фрагментами, куски кожаных ремней, рассыпанные патроны и несколько замшевых тряпочек для протирания пенсне.

Морган взял одну из них и, сняв пенсне, стал протирать его хрупкие стеклышки.

Закончив эту тонкую операцию, он водрузил пенсне на нос, а свой меховой цилиндр, напротив, снял и положил на стол. Только после этого он поднял глаза на присутствующих и сказал:

– Начнем с тебя, Шило. Не видел ли ты в городе «собак» и если да, то что они там делали?

– Продавали скот с фермы Каспара. А потом на эти деньги нанимали новых бойцов, – ответил Шило.

– Вот как? – удивился Морган и, видимо забыв, что уже протирал пенсне, сделал это еще раз.

– Значит, не одни вы преуспели там в коммерции?

– Они взяли полторы сотни тысяч, – угрюмо кивнул Шило. Незажившая рана не давала ему покоя, и он выглядел измученным.

– Еще пять минут, и я тебя отпущу, – заметив его состояние, пообещал Морган. – Что еще интересного было в городе?

– Мы стали свидетелями того, как «голубые либеры» пытались атаковать город.

– Пытались атаковать Ларбени? И что же, у них получилось?

– Нет. – Шило позволил себя слабую улыбку. – Военные сожгли их каким-то страшным оружием... Всех до единого.

– На то и войска, чтобы пресекать подобные выходки, – нравоучительным тоном заметил Морган. – Я понял это давно, еще в те времена, когда на некоторых островах в долине стояли форты. Я понял это и сберег жизни очень многих людей, в то время как глупые «собаки» постоянно попадали по артиллерийский обстрел... Шило здесь давно, он помнит, а вот ты, Майк, должен знать, что когда-то «собаки» насчитывали семь сотен бойцов, «барсуки» же – едва две сотни. Потом здесь появились солдаты, и мы решили помериться с ними силами... – Алонсо Морган грустно улыбнулся и, дотронувшись до своего мехового головного убора, добавил: – Дураки, конечно, были, но не такие, как «собаки». Те потеряли почти все. – И, снова посмотрев на Шило, Алонсо сказал: – Ладно, иди отдыхай, а мы с Майком поговорим о планах.

– Да, сэр, – кивнул Шило. Он с трудом поднялся со стула и вышел, стараясь ступать ровно и твердо.

– Обрати внимание, Майк, как ведет себя Шило. Будь ему и трижды плохо, он умер бы прямо здесь, но не признался бы, что едва держится на ногах. О чем это говорит?

– О том, что он сильный и мужественный боец, сэр.

– Нет, Майк. Можно сказать проще и точнее – он человек долга. Он переносит боль и страдания не потому, что желает выглядеть очень крутым, – нет. Просто это его образ жизни. К сожалению, не все «барсуки» так же хороши, как Шило, но все равно, один наш боец стоит двух, а то и трех «собак». Вот поэтому они нас еще не перерезали – боятся, что сами же все и полягут. Теперь понял?

– Теперь понял, – кивнул Майк.

– А теперь о наших реформах. Рассказывай, что удалось сделать и как ты своевольничал, не спросясь сэра Алонсо Моргана.

Морган спрятал глаза за бликами стеклышек пенсне, и Майк не мог понять, сердится тот или шутит.

– Я вроде бы ничего такого не делал, сэр.

– Но хотел?

– Ну, я хотел нанять людей, раз уж мы так здорово отторговались.

– Но тебя вовремя остановили?

– Да, сэр. Шило сказал, что без вашего указания делать этого не стоит.

Морган хотел спросить еще о чем-то, но в этот момент кто-то тяжело протопал по крыльцу и ввалился в помещение. Это бы Шкиза.

– Сэр, бочонок откопали! И ребята уже волнуются!

– А чего же они волнуются? – словно не понимая, спросил Алонсо.

– Ну как, они же эти бочонки спят и видят!

– Хорошо, позови ко мне Гвинета, другим я в этом деле не доверяю.

Шкиза убежал, и его громкий голос послышался уже со двора.

– А как у тебя отношения с алкоголем, Майк?

– Никак, сэр. Я не пью.

– То есть ты никогда не пробовал?

– Раза два на ферме, где я жил, меня угощали пивом...

– И что?

– Не понравилось.

Морган сухо рассмеялся и тут же посерьезнел, вспомнив о том, сколько проблем теперь лежит на его плечах. Появился Гвинет.

– Звали, сэр? – спросил он.

– Да. Возьми бочонок и раздели вино на всех. Мне оставлять не нужно, Майк тоже не пьет. Следует позаботиться, чтобы сохранилась доля часовых.

– Хорошо, сэр Сейчас же все сделаю.

Когда Гвинетушел, Морган продолжил свои неспешные расспросы, и Майку стало как-то неловко, было такое впечатление, что Алонсо вот-вот обвинит его в государственной измене.