Звездные врата - Андрэ Нортон

— Кто ты? — Юноша проглотил лепешку и теперь жевал мясо, разглядывая Кинкара, как сам Кинкар мог бы смотреть на лорда Диллана, занятого звездным волшебством.

— Я Кинкар из Стира… — Лучше не называть себя с'Рудом здесь. И все время нужно помнить, что это не его Горт. Лорд Руд, тиран из У-Сиппара, совсем не тот лорд Руд, который был его отцом.

— Стир… — Юноша покачал головой. Это название явно ничего ему не говорило.

— В горах. — Кинкар указал расположение Стира. Может быть, здесь его вообще нет.

Юноша, по-прежнему держа в руке мясо, но словно забыв о нем, подошел и остановился прямо перед Кинкаром. Он изучал лицо полугортианина так внимательно, как будто намерен был на всю жизнь его запомнить. Потом коснулся пальцем знака и тут же убрал руку.

— Кто ты? — снова спросил он, на этот раз с властностью лорда.

— Я тебе сказал правду: я Кинкар из Стира.., в горах.

— Ты очень смел, горец!

— Как это?

— Ты носишь это и одновременно не носишь… Нет. — Он покачал головой. — Я ни о чем не спрашиваю. Не хочу знать, что привело тебя сюда. Мы можем быть опасны друг другу.

— А ты кто? — в свою очередь спросил Кинкар. Тот ответил с сухой усмешкой:

— Тот, кто не должен был родиться. И кто не будет существовать, как только лорд Руд меня найдет. А он нас найдет обязательно, мы с Мурреном уже в конце пути. У меня нет имени, Кинкар из Стира, и тебе лучше забыть, что наши дороги скрещивались. Конечно, если не хочешь заработать хороший прием в У-Сиппаре, отвезя меня туда…

— А тем временем, — с намеренной небрежностью спросил Кинкар, — не пустите ли вы меня переночевать?

Если юноша готов был принять его — не как друга, а как небольшую помеху, — Муррен был настроен совсем иначе. Когда Кинкар сделал шаг вперед, Муррен оскалил зубы, как морд в своей голодной улыбке. Импульсивно полугортианин сделал то, что могло поставить его жизнь в опасность, но это была единственная демонстрация доброй воли, какую он смог придумать. Он вернулся, поднял крюк и послал его по песку и гравию.

Муррен мгновенно наклонился, пальцы его сжали древко. Но юноша так же быстро перехватил его руку.

— Не понимаю, как ты бросаешь кости в игре, — сказал он Кинкару, — но готов признать, что ты не будешь действовать, как другие с этим грязным знаком. Муррен, не этот!

Старший выразил хриплый протест, и в этот момент Кинкар испытал подлинный ужас: он увидел, что у Муррена отрезан язык! Юноша отвел его от двери.

— Если тебе нужно убежище, незнакомец, входи. Мы оба можем помолчать.

У них не было еды, зато был огонь, и в хижине теплее, чем снаружи, и за стенами безопасней. Кинкар привязал поблизости Сима и покормил его. Муррен не отходил от него и не расставался с крюком. Только власть юноши не давала ему воспользоваться оружием. Когда все трое вошли в хижину, Муррен остался у двери, он неотрывно смотрел на Кинкара, ожидая малейшего ложного движения.

Но Кинкар был доволен возможностью сесть у костра из плавника и надеялся со временем кое-что разузнать у своих случайных знакомых. Слова юноши о лорде Руде ясно свидетельствуют, что за ними охотятся, как за преступниками, но они знают У-Сиппар и могут направить Кинкара к нему. Однако надо задать вопросы так, чтобы не вызвать подозрений.

А Кинкар не изучал специально ум человека. Нужно быть лордом Дилланом или леди Асгар, чтобы развеять опасения собеседника и заставить его свободно говорить. Времени для этого у него очень мало. Странно, но начало положил юноша.

— Ты едешь в У-Сиппар?

— Да…

Юноша рассмеялся.

— Ты не мог явиться оттуда. Нас ищут. Следи за тем, что говоришь.., и как едешь, человек из Стира. Морды лорда Руда проголодались, и им скармливают тех, кто не может объяснить свои действия.

— Даже тех, у кого это? — Кинкар указал на свой лоб.

— Теперь, может быть, даже этих. Тайна стала известна в У-Сиппаре. — Губы юноши дернулись, на лице его появилась улыбка, которая не была улыбкой. — Хотя все знающие тайну убиты, раздавлены, как сапогом, лорд Руд не уверен. Много дней и ночей будет он допрашивать всех. Подумай трижды, прежде чем ехать в город без правдоподобной истории, Кинкар.

Сделал ли он ударение на слове “трижды”? Кинкар решил рискнуть. Он протянул руку к костру; пальцы его, отчетливо видные в красном свете, сделали определенный знак.

Юноша ничего не сказал, может быть, не понял. Лицо его приняло бесстрастное выражение, он довольно долго сидел молча. Потом протянул правую руку и дал правильный ответ.

— Тем более тебе нужно сторониться У-Сиппара. Но предупреждение это запоздало. У Сима нет острого зрения Воркен, но все равно он чувствительней людей. Он крикнул, как кричит самец ларнга, бросая вызов другому самцу. Все трое вскочили на ноги.

— Злополучная была встреча, человек из Стира, — сказал юноша. — Тебя захватили вместе с нами. Но ты еще можешь спастись… — Он напряженно ждал, и Кинкар догадался, о чем он думает.

Заявить, что эти двое его пленники. Конечно, этим можно заслужить милость. Но он достал из-за пояса кинжал и бросил безоружному юноше, который ловко поймал оружие в воздухе.

— Посмотрим, для кого злополучная! — ответил Кинкар.