Любовники орхидей - Ярослава Лазарева

– Просто вы мне отвратительны по энергетике, – сказал призрак. – Вы самая настоящая мерзость, тухлятина…

– Кто бы говорил! – вдруг визгливо закричала Ирма. – Мы чистенькие на обряд явились, даже аморфов с собой не взяли. А какой-то заштатный призрак нами брезгует…

– Остановись! – предупредила Ана.

Но было поздно. Слепящие лучи понеслись из глаз разгневанного пана Войтеха, они пронзили Адриана и Ирму. И те сгорели на глазах у опешивших ловцов. Их пальцы ожгло, словно они держали горящие тряпки. Ловцы затрясли руками и начали дуть на них. Призрак захохотал, и будто раскаты грома понеслись над лесом. Он пришпорил зубра, тот прытко начал взбираться на холм.

Когда он скрылся из вида, ловцы переглянулись.

– Неужели он убил прилипал? – спросил Виктор, когда пришел в себя. – Но как такое возможно? Ведь они умирают только от истощения, когда не получают энергию аморфов.

– А эти лучи? – сказал Жак. – Видели? Ну просто графика в фильмах ужасов, на которые жаловался этот самый дух замка.

– Думаю, он просто прибег к своего рода спецэффекту, чтобы произвести на нас должное впечатление, – заметил Виктор и улыбнулся.

– Ана, Белла, что скажете? – обратился Идрис к подошедшим к ним ведьмам.

– Демонстрация силы, только и всего, – ответила Ана.

Она склонилась к земле, осмотрела площадку, на которой стояли прилипалы.

– Исчезли бесследно, – пробормотала она. – Может, просто спрятались, энергетически затаились. Но я их не чувствую.

– Мертвы, – глухо произнес Виктор и повернулся к Идрису. – Помнишь тот случай с прилипалой Элизабет… она еще была создана Моникой и Эдом и так походила на…

Он замолчал и мучительно пытался вспомнить, на кого была похожа Элизабет. Но из памяти даже ее лицо не появилось, оно было словно туманное пятно.

– Да-да, – торопливо заговорил Идрис, – был у нас случай, когда некий мощный энергетический заряд оказался смертельным и пробил грудь прилипалы. И она умерла на месте. И его тоже послало существо иной природы. Как и ваш дух замка. А почему его зовут пан Войтех? – перевел он разговор на другую тему и глянул на напряженное лицо Виктора. Тот все еще пытался вспомнить, как же выглядела Элизабет, но безрезультатно.

– Это основатель рода Пернштейн, – сообщила Белла. – Он получил эти земли в дар от короля, хотя был простым угольщиком. И после смерти стал духом замка.

– Понятно, – ответил Идрис. – Что ж, мы благодарим вас за помощь. Кажется, все прошло как надо. А то, что погибли прилипалы, меня даже радует.

– Тепло души уходит у ловцов со временем, – тихо произнесла Ана.

– Ничего подобного! – задиристо сказал Жак. – Мы спасаем людей от страшной участи. А вот прилипалы наоборот губят их.

– Не сомневаемся, – мягко проговорила Белла. – И бог вам в помощь! Нам пора, мы свою миссию выполнили. Сейчас дело за вами. Откопайте зеркало, и дух впустит вас в замок.

– Благодарим вас, – с чувством произнес Идрис. – И если что-то понадобится, то обращайтесь без стеснения.

– Непременно, – одновременно ответили сестры, забрали недогоревшие свечи, засыпали землей соляной круг и быстро ушли.

– Итак? – коротко спросил Виктор, когда ведьмы скрылись из вида.

– Жак идет к Иржи…, – начал Идрис.

– Думаю, помощь охранника мне не понадобится, – прервал его тот. – Он закопал мешок с осколками на кладбище. Но я легко увижу место, ведь это все равно как бы остатки портала.

– Хорошо, – согласился высший. – Немедленно займись этим. Самый большой кусок принесешь к нам в дом. А мы с Виктором попробуем найти бесхозных, если можно так выразиться, аморфов. Адриан и Ирма уничтожены, а их пища осталась здесь…

– Точно! Об этом я не подумал, – возбужденно произнес Виктор. – Как бы другие прилипалы их не обнаружили раньше нас.

И ловцы торопливо двинулись по тропинке, ведущей из леса в селение.

Из записной книжки Жака.

Легенда о возникновении рода Пернштейн.

Жил на свете бедный угольщик по имени Войтех, трудившийся в лесах Моравии. И вот из его хижины стала пропадать провизия. Решив, что к нему наведываются воры, Войтех вооружился и затаился в засаде. И через какое-то время с удивлением обнаружил, что еду ворует дикий черный зубр. Рассерженный угольщик схватил зверя за рога, но не знал, что делать дальше. Тут Войтех услышал, как синица на дереве щебечет: «лейчи-лейчи-лейчи» и вспомнил про лыко, из которого была создана его обувь. Размотав лыко, сплел из него крепкое кольцо и продел через ноздри зубра, тем самым приручив его. Войтех без труда отвел могучего зверя в королевский замок, где на глазах у ошеломленных зрителей одним ударом топора отсек ему голову. За этот подвиг король пожаловал Войтеху леса, в которых тот работал, в собственность.

Потомок угольщика Штефан построил на этих землях замок. Так начал свой путь чешский дворянский род Пернштейнов. Род был основан в начале XII века и наивысшего могущества достиг к XVI столетию, став наряду с Рожмберками влиятельнейшим семейством Чешского королевства. В память о предке Пернштейны имели в своем гербе изображение черной головы зубра с золотым кольцом в ноздрях. Голова помещалась на серебряном или золотом поле. Герб Пернштейнов по сей день можно увидеть над входным порталом во дворец замка.

Жак отправился на кладбище. Луна сияла по-прежнему ярко, хоть и была неполной, и он отлично видел местность. Но едва он зашел за ограду, к нему бросились три субстанции, он даже толком и разглядеть их не успел. Понял лишь, что они растеряны и даже напуганы. Энергия страха так и заливала их зыбкие тела темными густыми слоями. Жак остановился и вытянул руки раскрытыми ладонями вперед. Сущности перестали метаться и замерли перед ловцом. Их энергии постепенно пришли в норму. И вот на Жака глянули беззрачковые глаза.

«Аморфы! – понял он. – Не иначе те, что были в подчинении у прилипал. Но почему они оказались здесь?»

– Спокойно! – властным тоном произнес он и опустил руки. – Знаю, что ваши хозяева исчезли. Это Адриан и Ирма?

– Да-да, это они, – зашелестели голоса. – Они оставили нас в одном из пустующих домов… А сами куда-то ушли, но велели ждать их.

– Не частите, – перебил этот нестройных хор Жак. – Расскажи ты.

И он указал на аморфа с лицом молодого парня.

– Я принадлежал Ирме, – сообщил он. – Но был подарком Адриана…

– Дальше! – оборвал его Жак.

– Мы находились в доме, и вдруг какая-то вспышка в сознании…, – начал он.

– И словно освобождение от пут, – встряла девушка-аморф. – Появилась такая легкость в наших и без того невесомых телах.

– И нас будто вынесло из дома, – добавила женщина-аморф.

– Мы направились на кладбище, – продолжил парень. – Нас потянуло к нашим телам. Они ведь похоронены здесь, правда, за оградой… Но нам-то уже все равно, ведь для живых мы самоубийцы, а по правилам их закапывают за чертой кладбища.