Книга судеб - Александр Харламов

— А увеличить не удалось? — Заславский заинтресованно посмотрел на фото с камеры наружнего наблюдения.

— Спецы поработали, там все… — генерал СБУ кивнул на папку с документами.

— Ух ты! — изумился олигарх. — Получились, как на паспорт!

— Дворкин Александр Сергеевич 1990 года рождения, уроженец города Валуйки. Женился, учился в Харькове. В данный момент работает ведущим технологом на Турбоатоме. Воспитывает сына жены от первого брака и тещу, — Васильков коротко хихикнул, — ничего интересного, абсолютно среднестатистический харьковчанин. А вот вторая особа поинтересней. Яна Валерьевна Красовская — журналистка газеты «Вечерний Харьков», пользуется определенной популярностью во всей этой…интеллектуальной элите. Знаменита целым рядом статей про мистические места города. Незамужем. Живет одна, ни с кем в связи не состоит.

— А адреса? — полюбопытствовал Заславский.

— Обижаешь, Славик! — генерал СБУ перегнулся через стол и перевернул все листы в папке, добрался до последнего, где от руки были написаны два адреса. — Первый Дворкина, а второй Красовской.

— Спасибо тебе, Жор! — олигарх подал руку своему бывшему однокашнику, но тот ее проигнорировал, резко нахмурился и уточнил:

— Надеюсь, ты не собираешься их грохнуть, Слава?

— Да Бог с тобой! — замахал руками миллионер. — Кому нужна журналистка и зачуханный инженеришка!

— Вот и я думаю, зачем они тебе сдались? — взгляд Василькова стал жестким и цепким. Он внимательно поглядел в глаза своему товарищу. — Не поделешься, Славка?

— Ерунда! — отмахнулся олигарх, но понял, что Васильков без объяснений не уйдет, тем более он тут же дал это четко понять.

— Если ты что-то натворишь в моем городе, Славочка, — прошипел зло генерал через стол олигарху, пригвоздив его к месту своим тяжелым взглядом, — или…Или с ними, — он кивнул на фото, — получиться, как со сторожем в Театральном…Ты меня знаешь! Я с тебя живого не слезу! Мне беспредел в Харькове не нужен!

— Какой беспредел, Жора…Чистый бизнес!

— Ну-ну! — Васильков легко встал со своего места, не глядя на своего собеседника, рывком оправил костюм, будто это был воинский мундир и, не прощаясь, бодро зашагал к выходу. А Вячеслав долго провожал его взглядом, пытаясь унять отчаянно бьющееся сердце. Через пару минут выдохнул и залпом опрокинул в себя остатки коньяка. Не глядя, бросил тысячу гривен на стол и кивнул Владу с Николаем, чтобы следовали за ним.

На улице уже начал накрапывать мелкий снежок. Заславский замер на крыльцах, вдыхая свежий воздух. Мимо проносились с тихим шорохом дорогие машины, троллейбусы, где-то в стороне стучал на стыках трамвай.

— Вячеслав Сергеевич, — Влад предупредительно раскрыл зонт над своим хозяином, но Заславский только отмахнулся.

— Значит так…найдите мне этого Дворкина, хоть из-под земли достаньте! К утру он должен быть у меня! — олигарх небрежно швырнул папку в руки Николая. Тот заметался, боясь уронить.

— Козлы! — миллионер сплюнул на землю и быстрым шагом прошел к своему мерседесу.

Плюхнулся на теплое сидение с включенным подогревом. Тронул водителя за плечо, коротко приказал:

— Теперь домой!

Мощный немецкий автомобиль, взревев форсированным двигателем, рванул по ночному, полупустому Харькову прочь из центра.

А тем временем, потайном бункере под станцией метро Ботанический сад бывший командир спецотряда 13 открыл глаза. Устало потер их и помассировал виски. Шаман сидел напротив и чистил оружие с отрешенным видом, словно ничего важнее в этом мире больше не было.

— Заславский активизировался… — выдохнул Бес, сделав приличный глоток воды из армейской фляжки. — Наш способ уговаривать подействовал безотказно!

— Еще бы! — с улыбкой ответил Шаман, оторвавшись от разборки пистолета Макарова. — Видел бы ты его глаза, когда я вводил препарат его любимой Кирочке! Я думал, что он прямо там в обморок грохнется или инфаркт схватит!

— Мы сработали отлично…Только… — Бес недовольно скривился.

— Что-то не так, командир? — всполошился Шаман.

— Есть у меня опасения, что этот Заславский может начать собственную игру…

— Да, бросьте! Он настолько боится за свою дочь… — начал заместитель командира спецотряда номер 13, но осекся, заметив тяжелый взгляд Беса.

— Я только что видел, как он передал информацию по тому мужику из метро и театрального своим остолопам, приказав найти его. С ним еще какая-то журналисточка ошивается…

— И что? Мы сами ему приказали это сделать, потому как план с призраками прогорел. Все эти суицидники и невинно убиенные куда-то попрятались по своим призрачным щелям так, что никого не допросишь и не найдешь!

— Получается, что этот Дворкин — наш единственный шанс найти Книгу? — поднял глаза на своего помощника Бес.

— Ну да…

— И ты думаешь, что олигарх, сколотивший свое состояние на кидалове и финансовых махинациях этого не понимает?

— Ну…

— Вот тебе и ну! — разозлился Бес, стукнув кулаком по столу. — Немедленно организовать с помощью Веера и Малыша постоянное круглосуточное налюдение за Дворкиным и его семьей! А тебе с Эльзой придется приглядеть за Заславским.

— Есть! — Шаман вскочил, спрятав подальше легкую вальяжность и небрежность в движениях. Он снова был на службе, на любимой работе, был полезен обществу и себе.

— Ты лично отвечаешь головой за ход операции, если мы еще раз упустим книгу… — нахмурился Бес, выразительно указывая глазами на отворот куртки, куда была тщательно защита капсула с мгновенным ядом, словно намекая, что ждет того, кто не сможет выполнить задани.

— Я все понял, — широкими по-военному четкими и быстрыми шагами помощник Беса покинул бункер, а Бес, уставившись в одну точку, неожиданно для себя ударился в воспоминания, хотя никогда не считал себя сентиментальным, но сегодня был особый день, день начала «Операции», именно так, с большой буквы, потому что она стала последней в безупречной карьере гэбиста Крымова с позывным Бес.

Ранним утром его вызвал к себе генерал-полковник Саенко Василий Иванович. Это был грузный краснолицый мужчина уже в годах с одышкой и больным сердцем, которое периодически ныло на погоду и выскакивало из груди при нереальных физических нагрузках. У него были глубокие залысины, пухлые губы и полные щеки, второй подбородок, да и вообще его вид не вызывал ощущения встречи с матерым волчарой из самой влиятельной силовой структуры мира, но это была лишь оболочка, образ, за которым прятался острый и расчетливый ум, и мертвая хватка опытного разведчика.

Именно его Крымов считал своим наставником и учителем, именно под его рукводоством он сделал первые шаги в контрразведке и именно Саенко создал их секретный тринадцатый отряд.

В это ранее утро, когда на улице из прохожих были только дворники, да и те с ленцой выходили под пронизывающий ветер в кабинете Крымова зазвонил телефон. Хриплый прокуренный голос с легким малоросским акцентом приказал зайти, а Бес, вытянувшись в струнку, четко принялся выполнять указание, через пару минут явившись под недовольные очи начальника управления: