Невеста на ужин - Екатерина Богданова

– Эй, вы чего? – спросила я. – Лучше подвезите.

Зря я, наверное, попросила. Лучше бы просто дорогу спросила и сама дошла.

От поселка я убежала, как оказалось, недалеко. А мое возвращение заметили все.

Оказывается, эта тыквообразная штука у них была чем-то вроде герметичного контейнера для перевозки удобрений. Разработка Брони, как я потом узнала. А я эту герметичность нарушила, и мое триумфальное возвращение в поселение сопровождалось шлейфом такого аромата, что даже корички попрятались. Но я держалась молодцом, задирала нос, дышала ртом и всячески излучала уверенность в себе. На въезде попросила доставить меня к дому Бронира. Спросить, откуда я знаю Броню, у извозчиков язык не повернулся. Они бы вообще предпочли сзади повозки идти и толкать ее, но я настояла, чтобы мы ехали, дружненько сидя на скамеечке. И даже педали крутить попробовала. Думала, тяжело будет, оказалось – нет. Молодец все-таки Броня, голова у него варит хорошо. Такую штуку придумал!

Встретили меня весьма прохладно. Бронира и Кристоса на месте не оказалось, только Акайя топталась возле декомпрессионной камеры. Завидев меня, она едва не сорвалась с места в галоп, но быстро опомнилась и подошла к нам степенно.

– Спасибо, ребята, – поблагодарила я притихших мелиораторов.

На меня посмотрели как на инопланетянку, что, в сущности, было недалеко от истины, и быстренько умотали, резво крутя педали.

– И где ты была? – прошипела Акайя.

А меня вдруг такое зло взяло. Да кто она такая, чтобы я перед ней отчитывалась?!

– Где надо, там и была, – ответила, задрав нос.

– Мранор будет недоволен, – едва не скрежеща зубами, произнесла старейшина.

– Я тоже многим недовольна, но терплю же. Вот и вы потерпите, – заявила, с трудом сдерживаясь, чтобы не наговорить откровенных гадостей.

У меня, между прочим, психологическая травма – я без кроссовки осталась. А эта мымра тут раздувается, как рыба фугу, японцев на нее нет…

– Пойду убьюсь вилкой, – пробурчала, не желая больше общаться с недружелюбной мадам.

И пошлепала к дому Бронира. Остатки кроссовки болтались на ноге, напоминая о невосполнимой потере и моей несостоятельности как супергероини. Способностей навалом, а применить ничего толком не могу. Если у меня такие же, как и у правящих Толиков с Валиками, силы, то я вообще сейчас в этой песочнице самая-самая. Впору переворот устроить да власть захватить, а я даже без обуви. Хоть бы объяснил кто, как все это разгрести. Но инструкторов по сверхспособностям поблизости не наблюдается, а сама я только и могу, что лажать.

Вошла в дом, прошла по захламленному коридору, опасливо обойдя арматуру из рэддания, и уселась на тумбу, которую для меня еще вчера Данисто освободил. И что мы имеем? В очередной раз подумать о возможностях и приоритетах? А смысл? Итог-то будет один – накосячу и выставлю себя дурой.

Повздыхала о своей тяжкой доле и, как обычно, быстро устав от страданий, отвлеклась на окружающее безобразие. И чего здесь только не было! Единственное, чего я не нашла, так это порядка. Бродить между завалами сомнительных предметов, среди которых может затесаться очередная гадость, от которой мне поплохеет, как-то желания не было. Но и усидеть на месте я тоже не могла. Встала, потянулась и пошла на улицу. Проходя мимо конструкции из ядовитого металла, решила проверить, так ли он ядовит для меня, как раньше. Чем черт не шутит. Я же теперь супервумэн. Протянула руку и осторожно дотронулась пальчиком до железяки. Подождала немного, ничего не произошло. Схватилась ладонью за прут – тоже ничего. Обычная прохладная железка.

– Вау! – воскликнула, ухватившись за темно-красный металл двумя руками.

– Ты что творишь?! – послышался истерический вопль у двери.

– А мне не больно! – поделилась радостью, повернувшись к Броне. – Вот, – продемонстрировала ладони, – вообще не жжется.

– Как интересно, – протянул иномирный гений. – А если прямой контакт? Поцарапай ладонь.

– Вот еще, – возмутилась я. – Тебе надо, ты и царапай.

И этот гаденыш подбежал ко мне, схватил за руку и разодрал ладонь об острый край арматуры.

– Эй! Ты совсем обнаглел? – закричала я. – Больно же!

Уставилась на пораненную ладонь и только рот раскрыла от удивления – царапина затянулась на глазах, буквально за пару секунд.

– Это невероятно! – заголосил Брон. – Даже лорды так быстро не восстанавливаются после повреждений рэдданием. Такая реакция только у правящих. Ты бесценна, Таня! Это же какие возможности, какие горизонты! Да господин Талиек тебя в соправительницы возьмет! Это же невероятно! Впервые за столько столетий появилась женщина, равная правящему. Ты представляешь, что это значит?!

– Не особо, – отбирая у него свою руку, настороженно проговорила я.

– Это значит, что правящие могут продолжить свой род. Надо все проверить, убедиться. Если я прав, то наш домен возвеличится над всеми остальными. Да мы вообще всех в кулак зажмем! – затараторил Броня, потрясая перед моим лицом своим щуплым кулачишкой.

– Притормози, Наполеон, – одернула его я. – Во-первых, это еще ничего не значит. На ваших допингах и не такие мутации могут случиться, – помахала испачканной в крови рукой. – А во-вторых, ты не забывай, у нас договор: я притворяюсь оракулом, вы меня отпускаете.

– Ты сама-то себе веришь? – послышалось от двери скептическое высказывание.

Ну конечно, как же тут обойтись без язвительных реплик Кристоса!

– Скройся, а? – вздохнула я. – И так тошно, а тут еще твоя вечно недовольная рожа.

– Ну почему же недовольная? – усмехнулся он. – Я счастлив быть личным охранником такой важной персоны.

– А уж я-то как счастлива, – скривилась, демонстрируя степень довольства.

– Так, вы меня не отвлекайте, – вклинился Броня. – Сейчас главное – разобраться с ролью оракула. А потом господин сам все решит. Идите за мной. Я покажу вам мою сокровищницу.

Сокровищницей оказалась еще одна захламленная комната, только она была закрыта на замок и беспорядок в ней был чисто макулатурный. В том смысле, что везде валялись, лежали стопками и стояли книги, тетрадки, свернутые в трубочку свитки и просто бумажки. И все это бумажное царство было исписано вдоль и поперек какими-то закорючками.

– Так нечестно, – возмутилась я, вглядываясь в одну бумажку, – языкового барьера нет, а письменность не понимаю.

– А, так это мои вычисления, не обращай внимания, – отмахнулся Бронир, отобрав у меня листок и отбросив его в сторону. – Вот что нам нужно…

И он с благоговением снял с полки толстую книгу в кожаном переплете.

– Ты только пощупай, чувствуешь, какая нежная? – протянул он мне фолиант. – Это кожа первой избранной.

Я отдернула руку и попятилась. Мамочки мои родные, куда я попала? Вампиры? Да это еще цветочки! Они наших на книжки пускают!