Награда для генерала. Книга вторая: красные пески  - Лена Обухова

Впрочем, Шелтер же собирался ломать систему. И я все еще была точно так же счастлива, как и ночью. Это давало надежду.

На этот раз я смогла сама выбрать себе платье, а потому не пришлось надевать ничего зеленого или слишком открытого. Я отдала предпочтение темно-синему, без выреза (так было проще прятать кольцо, которое я надела на цепочку и повесила на шею), но с открытыми плечами и небольшим рукавом. Облегающее сверху, приталенное, с длинной летящей юбкой. В нем я чувствовала себя комфортно, спокойно, но при этом снова ощущала себя красавицей. И судя по выражению лица Шелтера, ему платье тоже понравилось.

Самому генералу наряд как обычно выбирать не пришлось. Военная форма – на все случаи жизни. Для выхода – парадная, с наградами.

В повозке мы снова сидели, переплетя руки, а я к тому же не отказывала себе в удовольствии время от времени положить голову Шелтеру на плечо. В такие моменты он касался губами моей макушки, и я была готова уже никуда не ехать, лишь кружить по городу, сидя рядом.

Конечно, крамольные мысли были мной забыты, едва мы вошли в здание театра. Я буквально задохнулась от восхищения, рассматривая высокие потолки, в одних местах расписанные завораживающими картинами, в других – украшенные замысловатой лепниной и искрящимися люстрами. В огромном холле, похожем на бальный зал, звучала тихая музыка, которую наигрывали скрипач и пианист, туда-сюда прохаживались нарядно одетые пары, люди сбивались в небольшие группы, о чем-то разговаривая, а разодетые официанты разносили на подносах бокалы с пузырчатым вином.

Шелтер проворно снял два бокала с подноса пробегающего мимо молодого человека, чем-то похожего на Глена, и вручил один мне.

– Только не увлекайся, – предупредил он с улыбкой, – еды здесь не дают, может ударить в голову. Мы поедем ужинать после спектакля.

– У меня голова и так кружится, если честно, – призналась я. – Все это так красиво, но я почему-то чувствую себя виноватой.

И вновь слова слетели с языка быстрее, чем я успела их обдумать. Я смутилась и бросила на Шелтера извиняющийся взгляд, надеясь, что не обидела его своим замечанием. Ведь он делал все, чтобы мне было хорошо. А я постоянно все портила своими реакциями.

Однако к моему удивлению он понимающе кивнул. И без того темные глаза почернели еще сильнее, как случалось постоянно, когда Шелтер прятал какие-то сильные эмоции.

– Я знаю это чувство.

– Правда?

Он кивнул.

– Да, Мира, я живу с ним постоянно. Каждый день спрашиваю себя, действительно ли медлю потому, что не готов, или просто продался роскоши своей нынешней жизни, своему положению. И часто не нахожу ответа.

Я коснулась его плеча в ободряющем жесте, но сказать ничего не успела, потому что внезапно его кто-то окликнул:

– Генерал Шелтер? О, я вас сразу узнал!

Мы обернулись вместе: к нам шел мужчина в гражданском вечернем костюме, а значит, не военный и не маг. Он радостно протянул генералу руки, и тот сжал его правую ладонь в приветственном жесте.

– Граф Нолан, – кивнул он, улыбаясь в ответ.

– А по столице ходили слухи, что вы погибли, – мужчина вздохнул. – Мы успели испугаться. Особенно моя матушка, она большая ваша поклонница.

– Нет, я был серьезно ранен, но обошлось. Опять. Скоро вернусь в Палию. А пока наслаждаюсь глотком мирной жизни.

Он говорил спокойно, плавно, вежливо. Вновь генерал Оллин Шелтер во всей своей придворной красе.

– Рад слышать. Поздороваетесь с матушкой?

Шелтер кивнул, и мы втроем направились к небольшой компании, стоявшей в сторонке. Двое мужчин и три женщины разных возрастов, но все слишком молодые, чтобы быть «матушкой» графа. Лишь подойдя ближе, я рассмотрела, что с ними была еще одна женщина, настолько пожилая, что для нее где-то нашли стул. Она держала в руке трость, но сидела с такой ровной спиной, что ее осанке мог позавидовать и генерал. Ее лицо казалось очень строгим, губы были недовольно поджаты, но стоило ей увидеть Шелтера, как на них расцвела улыбка.

Обрадовались его появлению и остальные, в особенности дамы. Правда, одна из них полоснула по мне острым, как бритва, взглядом.

Шелтер поцеловал руки женщинам, прежде всего пожилой графине, обменялся приветствиями и короткими фразами с мужчинами, а потом наступил неизбежный момент, когда ему пришлось представить им меня.

– Мирадора Торн, – ограничился он только именем и принялся представлять мне остальных.

Честно говоря, имен и титулов оказалось слишком много, чтобы я смогла их запомнить, очень уж волновалась. И не зря, потому что пожилая графиня не купилась на попытку Шелтера увести разговор в сторону и, прищурившись, внимательно на меня посмотрела.

– Милочка, я не видела вас раньше, вы недавно приехали в Варнай? Возраст у вас не тот, чтобы я могла предположить, будто вы только вышли в свет. Уж простите мне старушечье любопытство, но спутницы генерала Шелтера всегда вызывают интерес.

– Вы правы, миледи, я приехала недавно, – сдержанно ответила я, непроизвольно крепче сжимая локоть генерала.

– И откуда же вы приехали? – поинтересовался молодой мужчина, имени которого я не запомнила. – У вас необычная речь.

– Это потому, что я из Оринграда, – призналась я.

На лицах знакомых Шелтера появилось удивление вперемешку с любопытством. Конечно, все знали, что Оринград – одно из недавних завоеваний Магистрата, но лишь та женщина, что пыталась убить меня взглядом, поинтересовалась вслух:

– Интересно, кем же вы были в Оринграде и как познакомились с генералом Шелтером, раз теперь оказались здесь?

– Госпожа Торн моя… – начал, было, Шелтер, наверняка собираясь выдать какую-то правдоподобную импровизированную ложь, но я не дала.

– Я его награда, – спокойнее, чем сама от себя могла бы ожидать, сообщила я.

Их лица забавно вытянулись, я кожей ощутила повисшую в воздухе неловкость. Лишь пожилая графиня усмехнулась и удивленно вздернула брови.

– Как это? – вырвалось у одной из женщин, самой молоденькой.

Стоявшая рядом дама в годах одернула ее, но слишком поздно. Я вдруг испытала необычную легкость и невозмутимо объяснила:

– Меня забрали в качестве наложницы для коллекции Магистра, но он был так вдохновлен успехом генерала Шелтера, что подарил меня ему. В награду за службу.

Присутствующие неловко переглянулись и тут же опустили глаза. Кажется, всем стало очень неловко, они не знали, что сказать. Только взгляд женщины-бритвы полыхнул огнем.

– Дожили, – процедила она. – Теперь каждый офицер станет таскать в приличное общество свою постельную грелку? Мы вроде бы не в борделе!

– Милена! – одернула ее дама в годах, а пожилая графиня недовольно пробормотала:

– Это как посмотреть…