Мой друг Тролль - Анна Гурова

Великолепная рука с широким золотым браслетом на запястье повисла в воздухе перед Катиным лицом. И ей пришлось задрать голову, чтобы смотреть в глаза ши.

— Нет! — сказала Катя. — Я не пойду с вами. И буду драться, если захотите взять меня силой!

Все три ши рассмеялись.

— Не надо с нами драться, — сказала шатенка. — Глупая мысль. А чтобы ты это поняла, я преподам тебе, девочка, небольшой урок…

Катя приготовилась к худшему, но шатенка отошла от нее и вернулась к съежившемуся на асфальте Хищнику.

В прекрасной руке неведомо как оказался крохотный флакончик. В таких обычно хранят очень дорогие духи. Но в этом была отнюдь не парфюмерия.

Несколько капель упало на асфальт, оставив на нем темные пятна. И почти сразу же серый зернистый асфальт вспучился и пошел трещинами. Что-то активно буравило его снизу.

Катя как завороженная глядела на вздувающийся бугор-нарыв… Полминуты — и нарыв лопнул, выбросив пучок белесых щупалец-корней. Эта мерзость, голые флюоресцирующие фиолетовым черви сразу же начали шарить вокруг… И наткнулись на Хищника.

Тролль дернулся в сторону, но цепкая женская ручка ухватила его за ухо и не пустила.

Хищник заскулил.

Корни нашли его, оплели и потянули к себе. Хищник заскулил громче…

Новый побег ударил снизу наискось, не дождавшись, пока корни-щупальца закончат свою работу. Тролль дико взвизгнул. Нежно-салатная острая шпора длиной в полметра пронзила Хищника насквозь, вылезла из его спины, вздулась и распустилась дивным цветком с мясистыми желтыми в крапинку лепестками и густо-фиолетовой сердцевиной. Шатенка разжала пальцы. Больше не было необходимости удерживать Хищника. Корни оплели его тугим коконом. Хищник кричал непрерывно. Тонко, на грани слышимости…

— Заткни его, Майра! — скривила губы брюнетка. — Как ты такое терпишь?

— Плач врага слаще музыки, — пропела шатенка. — И погляди на нашу девочку: эк ее корежит…

Катя не могла без слез глядеть на мучения Хищника. Но что она могла сделать? Одна надежда — на регенерационные возможности тролля. Так просто его не убьешь…

Садистка ши будто угадала ее мысли.

— Живучий, да? — с сочувствием проговорила она. — Окажись ты на его месте, уже умерла бы. А он протянет долго. Может, неделю, а может, и месяц…

Из земли выбросился еще один побег, и новый цветок раскрылся на спине Хищника…

— Ближе к рассвету мы заберем его с собой, — поведала Кате шатенка. — Вместе с букетом, разумеется. В уединенном месте цветам будет безопаснее. С таким отменным удобрением клумба выйдет что надо.

— Зачем вы это делаете? — с трудом выдавила Катя. Она не могла отвести глаз от Хищника, туловище которого уже полностью скрылось под плотоядной растительностью.

— Зачем? — раздался серебряный смех. — Допустим, я люблю цветы. И не люблю троллей. Согласись, он так забавно визжит! Как мелкая шавка. Кто бы мог подумать, что эта зверушка совсем недавно внушала ужас даже кое-кому из Туат'ха Дананн… Хочешь, чтобы это прекратилось? — спросила она неожиданно.

— Да!

— Ты можешь, — с ласковой улыбкой сказала ши.

— Что я должна сделать? — У Кати было такое ощущение, словно она прыгает с обрыва, но сил не было больше смотреть на то, как Хищника пожирают живьем, слышать его визг…

— Слабое сердечко… — заметила Кайре.

— Человеческое, — уточнила Лиадан.

— Тебе просто нужно пойти с нами, — ответила шатенка. — По собственной воле. Заметь, мы тебя ни к чему не принуждаем.

— Мы вообще никого не принуждаем, — подала голос брюнетка.

— Мы всего лишь помогаем воплотить желания, — добавила блондинка. — Самые сильные желания…

— Ложь! — крикнула Катя. — Вы меня заставляете!

— Ну почему же ложь? — Майра продемонстрировала мелкие ровные зубы. — Твое самое сильное желание сейчас — чтобы тролль перестал страдать. Мы можем его осуществить.

— Вы отпустите его! — потребовала Катя.

— Если он сам захочет.

— Я иду с вами! — решилась Катя.

— Прекрасно!

Майра быстрым движением сорвала самый большой цветок, сжала в кулаке… Несколько капель темно-бордовой жидкости капнули в подставленный флакон. Ши сдула с ладони остатки цветка на кокон, заключавший в себе Хищника, и в считаные мгновения буйная растительность иссохла и осыпалась мелкой серой пылью. Остались только дыра в асфальте, сеть трещин и мелко подрагивающее тело тролля с запекшейся кровью на шерсти.

Шатенка пихнула его ногой. Хищник поднялся на четвереньки. Неуверенно огляделся… И прижался к ее ноге.

— Видишь? — сказала ши. — Он не хочет уходить.

— Вы его заколдовали! — гневно воскликнула Катя.

— Ты разбираешься в колдовстве? — вкрадчиво поинтересовалась эльфийская ведьма.

— Нет. Но у меня есть глаза!

— И совсем нет жизненного опыта, — заключила шатенка. — Именно те, кого мы больше мучим, сильнее всего к нам привязываются. Если бы ты была постарше и пожила подольше, то узнала бы.

— Осторожнее с намеками, Майра! — предупредила Лиадан. — Она может и передумать.

— Никогда! Она — маленькая глупая гордячка и не откажется от своих слов.

— Я бы с удовольствием выпила ее сок, — Кайре облизнулась. — Я чувствую, какая она вкусная…

— Даже и не думай! — отрезала Лиадан. — Я обещала. И я тоже не откажусь от своего слова… без существенного основания. А твоя жажда, сестра, прости, не кажется мне таковой. И хватит болтать! Пошли отсюда!

— Куда? — спросила немного обиженная Кайре. — В гостиницу?

— Нет. Там слишком людно. Здесь есть поблизости норка одной полукровки…

— Какой? — не поняла Кайре.

— Которая привела к нам Тэма.

— А, которую вы потом…

— Вот именно. В ее квартирке мы и устроимся.

Катя слушала, как пререкаются ши. Не понимала ни слова. В ней зрела уверенность, что она совершает ошибку. Но и отказаться от своих слов она не могла. Вернее, не рискнула бы… Она изо всех сил старалась показать, что не боится. Но она боялась, и еще как! Боялась — и надеялась. Не на что-то конкретное… На авось.

А за всем происходящим во дворе из темного окна наблюдала Лейка. И тоже очень боялась. За Катю. За Хищника. И за себя. Не дай Бог, ши ее заметят! Что они тогда сделают с ней и с ее нерожденным тролленочком! Жутко представить! Но Лейка мужественно не отходила от окна до самого конца. Пока ведьмы не ушли, забрав с собой Катю и Хищника. И так и не заметив ее, Лейку.

Которой есть кому рассказать о беде.