Чуть больше о драконах - Оксана Гринберга

И я пожала плечами.

В его голосе угадывался южный акцент, поэтому я даже не рассердилась на «цыпочку». Вместо этого взглянула на парня с интересом. У него оказались резкие, но приятные черты лица. Роста он был выше среднего, черные глаза смотрели уверенно и чуть насмешливо, темные волосы спадали на плечи.

А еще в нем было так много энергии, что, казалось, ему сложно устоять на месте.

Правда, носил ли он в себе магический дар или нет, разобрать я так и не смогла: амагин лишал этой возможности. Но наездником он был уж точно – я заметила дирак на его крепком запястье. Количество побед подсчитать не успела: браслет исчез в длинном рукаве его темной туники.

– Как видишь, участвую в забеге.

– Ты из Степей Воррена? – произнес он с любопытством, уставившись на меня чернильно-черными глазами. – Я чувствую родной говор.

– Нет, из Кайер-Дума.

– Значит, не ошибся, землячка. Я из Исла-Горн. Приехал в столицу в поисках лучшей жизни, и вот… – улыбнулся, показав мне ровные, крепкие зубы. – Меня Гроер зовут. Гроер Файст.

– Дарлин, – отозвалась я.

Свое имя открывать не стала, потому что Исла-Горн совсем близко от Кайер-Дума, а следовательно, и от моего папы.

– Зачем ты это делаешь, Дарлин? – Гроер оглядел меня с головы до ног, и я увидела одобрение в его темных глазах.

– Что именно?

Тут один из судей дал команду приготовиться. Честер нетерпеливо рыкнул, и я запрыгнула в седло. До начала забега оставались считаные мгновения, но мой новый знакомый все еще медлил.

– Почему ты участвуешь в гонке?

– Деньги нужны, – сказала ему. – Причем срочно, а по-другому мне не заработать. Думаю, ты здесь по такой же причине.

Гроер кивнул и через долю секунды тоже оказался в седле. Одновременно с этим второй судья дал отмашку.

Забег начался, и мы ринулись вперед.

Я проходила через подобное уже много-много раз. Знала, что на старте меня будут «убивать», как самого слабого, ненужного участника, и была готова к такому повороту.

Но, как оказалось, не ко всему.

Потому что Гроер моментально направил своего чернохвостика наперерез наезднику, кинувшемуся было в мою сторону, явно собираясь размазать нас с Чешуйчиком по стене. Затем помешал еще одному, пропуская… Он пропускал меня вперед, своим ящером преградив дорогу тем, кто пытался затереть меня в начале гонки!

Мы с Чешуйчиком перепрыгнули через кучу-малу – хвосты, оскаленные пасти и бронированные тела – и ринулись дальше в полутемный проход. Причем мой кайер прыгнул так высоко, что я чуть было не врезалась головой в балку, поддерживающую сводчатый потолок на выезде из пещеры. Затем не позволила ему вцепиться в загривок травоядному, оказавшемуся у нас на пути. Вместо этого Честер ударом в бок откинул того к стене, показав полную острейших зубов пасть, после чего мы устремились к первому повороту.

В спину мне полетели проклятия – вельд все же впечатался в стену, а его замешкавшийся наездник, кажется, повредил себе ногу, оставшуюся в стремени.

Но мы уже бежали дальше – Чешуйчик вырвался со старта пятым.

Вперед, быстрее, быстрее!..

Я оглянулась, лишь когда мы миновали второй факел в покрытой трещинами каменной стене. За нами несся Гроер, его по пятам преследовали двое. Зато из тех, кто был впереди, быстрее всех оказался наездник на имгольде – тот самый, кого я посчитала серьезным претендентом на победу. За ним следовали еще двое – на морнийце и астарском золотом, – которых как раз пытался обойти бугай на тяжелоноге, пожелавший моих нежностей.

Но обогнать ему удалось лишь одного, и он вошел в первый поворот уже третьим.

– Вперед, Честер! – крикнула я. – Мы можем их догнать!

Я нисколько в этом не сомневалась, потому что мой Чешуйчик был молод и полон сил, совсем недавно привезенный с Восточных пустошей, где бегал на свободе, а веса во мне совсем мало…

И вот тогда он побежал.

Так быстро, как я не ожидала. И так ловко, словно родился в этих самых тоннелях, извивающихся, словно корчившаяся в агонии гусеница. Догнал астарского золотого, рявкнув на того так, что тот дернулся и, несмотря на окрик своего наездника, свернул в неправильный тоннель.

Затем добежал до бугая. У нас было преимущество в скорости, но здоровяк не захотел с нами соревноваться, решив попросту вывести из гонки. Дернул своего кайера, чуть ли не в полтора раза массивнее Чешуйчика, и, когда мы с ним поравнялись, попытался впечатать нас в стену.

– Прыгай! Сейчас! – крикнула я, резко натягивая поводья, потому что впереди показались старые балки горняцких перекрытий.

И мой кайер прыгнул, а затем продемонстрировал еще и чудеса ловкости, на лету увернувшись от прогнивших деревянных брусьев, в которые я едва не впечаталась головой.

Зато бугай не увернулся. Его тяжелоног на полном ходу врезался в стену и, царапая ее боком и ломая перекрытия, которые стали падать им на головы, побежал дальше. Далеко ли, я не знала и уже не смотрела.

Мы спешили дальше, а позади нас раздавались треск рушащихся перекрытий и зычный голос, изрыгающий проклятия.

Но мы уже приближались к очередному повороту, где я взяла влево, а еще двое, нахлестывавшие своих кайеров, вправо, по кратчайшему, но куда более извилистому пути. На долю секунды в тусклом свете очередного факела я увидела их сосредоточенные лица.

Они уверенно шли к цели, не собираясь упускать победу и отдавать выигрыш противнику. Точно так же, как и я.

Только вот мне показалось, что закаленные в подобных гонках, они были готовы на все – вплоть до физического уничтожения соперника. Поэтому я даже порадовалась, что нам с Честером с ними было не по пути. И еще тому, что мы встретимся лишь на финишной прямой.

И мы бежали…

Честер несся по полутемным тоннелям так быстро, словно от этого зависела наша жизнь. Вернее, жизнь и благополучие некромантки Исабель, которая была частью моей новой семьи. Позади раздавались тяжелые шаги кайера Гроера, но и от него мы отрывались с такой скоростью, что после очередного поворота остались совсем одни.

Впереди был последний, а за ним – ярко освещенная прямая, ведущая к финишу.

Я думала, что на ней мы снова столкнемся с теми двумя, нырнувшими в правый проход, и нам с Честером придется серьезно побороться за победу.

Но я ошиблась. Они так и не появились.

Тот боковой темный проход все так же оставался темным, а мы на огромной скорости неслись прямиком к расцвеченной магическими светлячками пещере, где довольный Честер под крики и аплодисменты толпы разорвал финишную ленту.

Первым!..

И я, спрыгнув из седла, обхватила своего кайера за шею, чувствуя, как быстро-быстро, в унисон с моим, колотится его огромное сердце. Зашептала ему в ухо, какой он молодец и как сильно я его люблю, потому что он…