Иные города - Нина Линдт

В Венеции было холодно, падал снег, так же, как во сне Насти, и таял в каналах и на мостах. Прогулка на морозном воздухе проясняла мысли, запутанные после бала и сна. Тяжелые из-за влажности снежинки превращались в дождь. Настя остановилась на мосту и засмотрелась на город. На него можно было смотреть бесконечно. Отсюда, с этого моста, она видела узкий канал и пересекающие его тут и там мостики, словно перекрестки на улице.

Венеция была полна львов, символов святого Марка, покровителя города. Настя замечала ручки в виде львов на дверях, статуи, лепнину, даже полустертые фрески и росписи. Следующий мост, терявшийся в начавшем клубиться тумане, украшали столбы в виде львов, поднявшихся на задние лапы. Красивый белый каменный мост, который скоро может исчезнуть в тумане. Настя вытащила мобильник и навела на мост камеру. Сняла, опустила телефон и замерла: на мосту стояла женщина в пышном алом платье и смотрела на Настю. Девушка снова навела камеру на мост: тот был пуст.

Призрак смотрел на нее, девушка была уверена в этом. Но туман уже почти поглотил мост, хотя алое платье еще можно было различить в белом облаке. Настя вдруг поняла, что туман окутал весь город, и повернула к отелю. Но улицы, по которым она шла, уже не казались знакомыми, появились какие-то не встречавшиеся раньше лестницы, совсем некстати прямо перед ней появлялись мосты с каналами-невидимками. Пару раз казалось, что в тумане недалеко от нее мелькает алое платье, иногда доносился какой-то приглушенный шепот. Настя чуть не плакала от отчаяния: надо же так глупо заблудиться, отойдя на пару улиц от отеля! Она уже не узнавала город. Туман забирался за шиворот, холод пробирал до костей. Некстати вспомнился холод в лавке антиквара, и девушка еще больше испугалась. Когда, завернув за очередной угол, Настя налетела на человека, она вскрикнула, потому что стало казаться, что в этом городе девушка осталась одна. Сначала она с облегчением вздохнула, убедившись, что перед ней не незнакомка в алом платье, а потом удивленно уставилась на мужчину, с которым танцевала на балу.

— Какая приятная неожиданность! — проговорил незнакомец своим бархатистым голосом. — Анастасия!

Настя еле сдержалась, чтобы не вцепиться в него, но постаралась сохранить невозмутимость и не показывать, что напугана. Она улыбнулась.

— Доброе утро! Искала кафе, чтобы позавтракать, но в этом тумане, кажется, заблудилась.

— Тогда позвольте мне проводить вас в одно очень приятное место, я как раз направлялся туда, чтобы позавтракать. Составлю компанию, если вы не против.

И мужчина элегантным движением предложил взять его под руку. Она послушалась, но, прикоснувшись к его черной кожаной куртке, некстати вспомнила их вчерашний танец и почувствовала, как заливается румянцем. Что ни говори, а идти по Венеции с этим господином — то же, что идти по залам дворца под руку с королем. Она старательно отгоняла это сравнение, но вздохнула с облегчением, когда они вошли в теплое кафе, пахнущее кофе и выпечкой. Глядя, как за окнами постепенно рассеивается туман и появляются прохожие, Настя спрашивала себя, не была ли она всего несколько минут назад в каком-то ином городе? И не вывел ли ее оттуда странный незнакомец?

Мужчина сел за столик, тряхнул мягкими черными кудрями, обрамлявшими его красивое худое лицо. Мгновение его темные карие глаза внимательно и серьезно смотрели на Настю, но он тут же отвлекся на подошедшего официанта и заговорил с ним на итальянском. Настя слушала мелодичные витиеватые интонации. Судя по продолжительности разговора, мужчина не только заказывал завтрак. Незнакомец засмеялся реплике официанта, и Настя поняла, что этот смех стал последней каплей, которая сломила сопротивление его очарованию. Она словно увидела мужчину в цвете, а до сих пор видела черно-белые кадры. Эти искры золота в карих глазах, это лицо, словно с картин эпохи Возрождения, эти удивительно красивые руки, тени в уголках рта, как у Джоконды, эта демоническая сила южной крови, дышащие экспрессией движения и голос. Смех мужчины развеял прежние симпатии к Джонни, уничтожил ее защиту. Вчерашний танец, их прикосновения, улыбки — все заиграло совсем другим, глубоким интимным светом. Настя сидела, стараясь угомонить вихрь чувств, снова стать спокойной, не выдать участившегося сердцебиения и новых эмоций. Она не заметила, когда ушел официант, потому что смотрела на свои покрасневшие от холода руки, пытаясь успокоиться.

— Вы, наверное, хотели позавтракать в одиночестве? — спросил мужчина, и она встрепенулась.

— Вовсе нет, — улыбнулась, избегая смотреть своему спутнику в глаза. — Просто вспоминала странную прогулку по городу. Понимаете, я шла по абсолютно пустой Венеции, никого не встретила, если не считать… если не считать…

— Кого?

Она хотела рассказать про призрака, но потом передумала.

— Вас.

Потом решилась посмотреть на него. Мужчина боком откинулся на стул, одну руку положил на деревянную спинку, другую — на стол. Он явно усомнился в искренности ее ответа, но усмехнулся, принимая его.

— Что ж, хорошо. Но мы встретились. Признаюсь, никак не ожидал, что из-за угла выпорхнет вчерашняя незнакомка.

Его ответ тоже был дразняще неискренним. Словно он бросал ей вызов: ах вот как?

Им принесли кофе и пирожные, и на время перекрестная дуэль взглядов прекратилась. Настя осознавала, что, обманув, не может надеяться на откровенность. Мужчина ясно дал это понять. Более того, наклонившись к ней, он, улыбаясь, убрал прядь своих черных волос за ухо и проворковал:

— Анастасия, меня очень сложно обмануть.

— Меня тоже. — Она откинулась на спинку стула и скрестила руки. — Ты ведь не случайно со мной столкнулся?

— Мы уже перешли на ты? — удивился он.

— Простите, я… — Она покраснела.

— Ничего, так даже приятней. — Настя чувствовала, что все больше заливается краской под его теплым взглядом. — Надо сказать, краснеешь ты очень мило. Итальянки не столь чувствительны.

Было мучительно ощущать, что румянец не просто полыхает, а горит, казалось, даже лоб и шея покрылись пятнами.

— Я вообще легко краснею из-за всякой ерунды, — наконец смогла она дать отпор. — И все же перейдем на вы.

Он снова засмеялся.

— Давайте.

Некоторое время она избегала смотреть на незнакомца, помешивала кофе и пробовала пирожное. Но ощущала на себе его взгляд. Затем снова набралась смелости. Помня о том, что лучше смотреть в точку между бровями собеседника, Настя подняла взгляд и повторила вопрос:

— Так вы не случайно со мной столкнулись, ведь так?

— Именно с тобой случайно. Но я знал, что кто-то из нашего агентства попал…

— В Иной город?

Он удивленно приподнял бровь, что-то в его взгляде изменилось. Насмешливый блеск сменился глубоким, внимательным, изучающим взглядом.

— Да, так мы зовем эти пространства, хотя Серж предпочитает называть их параллельной реальностью. Ты невероятно интуитивна. А как ты попала в Иной город, для меня до сих пор остается загадкой. Туда трудно попасть. Поэтому на тех улицах так пустынно.