Перехват - Алекс Орлов

В жаровне дотлевали последние угли, за воротами вовсю гулял белый день, но Джек представлял себя в сырой балке возле погасшего костра, а где-то дальше, на севере и на юге, там, где балка выходила на ровную долину, стояли двое часовых. Они согревались химической батареей, вполуха слушали «радиодиверсант» и планировали жизнь на пять, а может, десять лет после возвращения с контракта. Все же люди были оптимистами.

– А роботы у вас были?

– Не было, но мы о вас, пилотах роботов, много слышали. Дескать, приходят с десантом, отодвигают пехоту, решают все задачи и убираются на десантных геликоптерах, а после них тишь да гладь. Однажды меня крепко зацепило, я лежал, глядя в небо, и казалось, что сейчас вы прилетите, прыгнете на своих стальных пружинистых лапах и порвете пушками эту… этих…

Дальше говорить лейтенант не мог, у него запершило в горле.

– Мы ведь верили, что вы где-то есть, что вы можете прийти и прикрыть нас, понимаешь?

– Понимаю, камрад, как не понять, – вздохнул Джек, чувствуя, как у него наворачиваются слезы. Ну почему их бросали на какие-то бессмысленные арконовские доты, если всего в… всего в нескольких…

– А далеко до вашей планеты, камрад? – спросил он.

– Мы летели четыре недели, – шмыгнув носом, сообщил Карно.

– Далековато, – признался Джек и вздохнул. Получалось, что до арконов было ближе, но почему на далеком Арлизоне этих бедняг никто не прикрывал?

Они помолчали, каждый о своем.

– Слушай, а почему вы выбрали именно «А-10»? – спросил Джек.

– Ты про обрез?

– Про обрез.

– А почему тебя это интересует? Ну, в смысле, обрез он и есть обрез, а ты зацепился за название модели. Ты в этом понимаешь?

– Понимаю. По первой специальности я бронебойщик. Знаю «А-10» и «А-15»…

– Это другое дело. Просто у нас под боком имелся склад, и там этой рухляди было немерено – ящики с «А-10», гранаты с шариковыми элементами, кофе в гранулах, кальсоны с какой-то иероглифической маркировкой. Представляешь?

– Очень хорошо представляю, сэр.

– Откуда?

– Я родом с планеты, где все живут с раскопок старых складов, а упомянутые кальсоны носил до самого отъезда.

– Хорошие, кстати, кальсоны.

– Хорошие, – согласился Джек.

– Обрез «А-10» мы выбрали потому, что этого товара было навалом. Я мог взять со склада столько, сколько нужно моему подразделению, поэтому особо никто не задумывался.

– А смысл обреза в чем? Почему не полная версия?

Карно ухмыльнулся и погладил самодельный чехол для укладки обреза.

– Потому что времени для полной версии нету, «носороги» умели подбираться очень близко и атаковать неожиданно. Мгновение – и он порвал тебя когтями, понимаешь?

– О да, – кивнул Джек, невольно вспоминая атаку на его «таргар».

– Поэтому на все про все – полторы секунды. Засек его, выхватил обрез и выстрелил.

– А потом?

– Потом ножом, приятель. Вот этим.

Карно снова достал полуторафутовый графитовый нож и, щелкнув кнопкой, заставил светиться режущую кромку.

– Я такого раньше не видел.

– Знатная штука. И стоит, как двадцать автоматов.

– Правда?

– Правда. Выдают только под роспись, на каждый нож собственное досье – где, когда и как применялся.

– Он на батарейках?

– Вроде да. Но что там за батарейки, я не знаю и никто мне никогда не рассказывал. Никакой зарядки ему не требуется: щелкнул кнопку, и он заработал… Щелкнул еще раз – выключился…

– Откуда они, интересно, взялись? Их кто-то производит?

– У нас вряд ли кто-то производит. Думаю, они из тех же старинных запасов, но мне рассказывали, что в начале всей заморочки на Арлизоне наши ребята бились с подразделениями «носорогов», вооруженных этими ножами. Но потом «носорогам» стало ясно, что они с людьми могут сладить без всякого ножа – вжик когтями, и получите труп.

Карно даже сделал движение рукой со скрюченными пальцами, как будто это была лапа нороздула.

– И что, вы валили их с одного выстрела? – спросил Джек, зачарованный рассказом лейтенанта.

– Ха! Если бы! Патрон, заряженный полуторным по весу зарядом квадратной картечи, только оглушает «носорога», приводит его в кратковременный шок. Ну, может быть, секунд на пять-десять, а если повезет – на все двадцать. За это время надо успеть подскочить к нему, вогнать нож и основательно располосовать, чтобы не успел восстановиться.

– Восстановиться?

– Ну да. Пробить ножом его броник нетрудно, мы на спор делали это отверткой от ремкомплекта – ты же видел, какие у нас ребята, силы им не занимать. Так же можно сделать и ножом из легированной стали, но один укол «носорога» не остановит. У него такой метаболизм, что только держись. Нож выдернул – он уже здоров, ткани быстро затягиваются.

– А графитовый нож… – начал догадываться Джек.

– Да, графитовый с активированной кромкой рассекает его основательно, раны не затягиваются, и броню этот нож режет, как масло… Ну, почти как масло.

– Как все непросто, – покачал головой Джек, невольно ставя себя на место этих солдат. Смог бы он вот так – выхватить тяжелый обрез, подбить «носорога» на лету и прикончить его графитовым ножом?

Ох и страшная картина! Джек невольно повел плечами.

– А почему картечь и почему квадратная? Вы сами ее делали?

– Заряды делали сами, а квадратная картечь получалась самой убойной. Круглая больше рикошетила, а вот квадрат бьет как надо.