Призрачная вспышка - Ричард Ли Байерс

- И все же, - сказала Аратана, - ходят слухи о логове серого дракона в пустошах. Вы сами принесли мне донесения.

- Верно, - сказал Традрем, - но одно это едва ли дает основание верить капитану Фезиму. Особенно с учетом того, что, даже если он прав, остаётся непонятным, зачем он прибыл сюда, чтобы сообщить нам эту информацию, - он снова повернулся к Аоту.  - Или я ошибаюсь?  Неужели вы получили от Чазара разрешение оставить свои обязанности и прибыть в Аканул?

- Нет, - сказал Аот. - Когда мы узнали правду, мы были в Трескеле, завершая умиротворение провинции. Чазар уже вернулся в Лутчек. Я подумал, что отправившись сюда, мы сэкономим время.

- Но зачем вам это? – продолжал настаивать Традрем. - Зачем сообщать союзникам Чазара новости, которые могут убедить нас оставить его?

- Из-за вознаграждения, - сказала Гаэдинн. - В конце концов, мы с Аотом наемники, а эта информация чего-то да стоит.

Аратана нахмурилась.

- Правильно ли предавать правителя, которому вы присягнули?

- Братство Грифона упорно сражалось, чтобы завоевать Трескель, - ответил лучник, - а затем Чазар запретил нам грабить его. Это немного понизило нашу лояльность.

- Ваше Величество, - сказал Аот, - что бы вы ни думали о наших мотивах, факт остается фактом - Виршекеллабекс убивает ваших подданных и перекладывает вину на драконорожденных, чтобы он мог продолжать делать это безнаказанно. И я не прошу вас верить мне на слово. Я прошу дать мне возможность положить этому конец.

Аратана подняла голову.

- Как вы хотите это сделать?

- Я знаю, где искать логово Виршекеллабекса. Одолжите мне своих воинов. Я убью его и принесу доказательства того, о чем мы вам говорили.

Гаэдинн улыбнулся.

- Что вы теряете?

- Совсем немного, - сказал Традрем. - Большая часть армии двинулась на юг. Оставшаяся часть уже растянута, чтобы защитить Эйрспур и северные провинции королевства от аболетов.

- Вы же можете чем-то пожертвовать. – Сказала Цера.

- Даже если бы мы могли, - сказал Традрем, - нам потребовались бы более убедительные доказательства, потому что вполне логично, что драконорожденные совершат набег на наши земли. Они всегда были нашими врагами.

- Я почерпнул немного истории, когда жил с эльфами, - сказал Гаэдинн. - В основном я узнал, что если изучать историю своего народа достаточно глубоко, то можно обнаружить, что на всем её протяжении врагами были самые разные соседи. И это удобно, если вашей целью является месть, но она не должна мешать трезво смотреть на то, что происходит здесь и сейчас.

Челюсть Традрема сжалась.

- Спасибо, наемник. Я уверен, что мы все будем дорожить этим уроком нравственного воспитания. Но это не меняет того факта, что посол Ее Величества в Лутчеке сообщил, что вы и ваши товарищи проявили предвзятое отношение к драконорожденным с самого вашего прибытия в Чессенту.

Аот вздохнул.

- Это... искаженное толкование происходящего. Мы просто сохранили мир, как нам и было поручено, и давали действенные советы Шале Каранок.

Традрем повернулся к королеве.

- Ваше Величество, я думаю, что эти люди получают золото от Тимантера и прибыл сюда, чтобы совершить свой план, заключающийся в том, чтобы не дать Аканулу отомстить своим врагам.

Аратана нахмурилась. Искры ползали и скакали на паутине серебристых линий на ее шее и руках.

- Трудно представить, чтобы герой из рассказов моей матери пошел бы на такое.

- Если я не ошибаюсь, - сказал дженази земли, - человек из воспоминаний покойной королевы служил ей за деньги, а не из благородства духа. И даже если он действительно продемонстрировал некоторые более тонкие качества, о чем добросердечный сэр Гаэдинн напомнил нам, прошлое не может быть руководством для настоящего. Люди меняются.

- Ваше Величество, - вмешалась Цера, - пожалуйста, прислушайтесь к своему сердцу.

- Обязательно, - сказал Традрем, - но не забывайте слушать своих министров. Милорды, что вы скажете?

Первым ответил дженази воды с эмблемой прыгающего дельфина на пуговицах и пряжке ремня и черными пятнами на сером бархатном камзоле. Похоже, он имел обыкновение рассеянно вытирать ею свои чернильные пальцы. Аот предположил, что это был Миксофин, Управляющий Моря, также называемый Повелителем Монет.

- Я не хочу обидеть капитана Фезима, его лейтенанта, и уж тем более Повелительницу Солнца, - тактично сказал он, - но я должен согласиться с лордом Традремом. Ваше Величество уже приняло решение. Ваша армия уже направляется к Чессенте. Мы уже потратили много денег на их оснащение и снабжение. А вся эта история слишком странная.

Когда он закончил, все посмотрели на женщину дженази воздуха с серебряной кожей и синим узором прожилок. Несмотря на неявные призывы в их отношении, она все еще стояла, нахмурившись и размышляя еще пару мгновений. Очевидно, это была Лехайя, Повелитель Неба и Законодателем Аканула.

- Ваше Величество, - сказала она, когда закончила, - вы, несомненно, помните, что с самого начала у меня были опасения по поводу войны, - Аот почувствовал укол надежды. - Тем не менее, я должна согласиться с моими коллегами-министрами.

Абисс подери!

- Просто дайте мне пятьдесят человек, - сказал наёмник. – Всего пятьдесят, и я избавлю ваше государство от большой проблемы.

Теперь настала очередь Аратаны колебаться. Она посмотрела на них обеспокоенными глазами.

- Ваше Величество, - сказал Традрем, - простите меня за то, что я поднял этот вопрос. Но вы знаете, что по указу вашей матери, если Четыре Наместника объединятся в противостоянии мнению королевы, принимается наше решение. И я считаю, что все мы знаем, как проголосовал бы Магнол, будь он здесь.

- Но это не так, - сказала Гаэдинн. - Он идет на юг во главе армии Аканула. Так что Ваше Величество может делать все, что захочет. И какое веселье носить корону, если ты не можешь время от времени принимать непопулярные решения и заставлять всех исполнять их?

Внутренне Аот вздрогнул, но, к его удивлению, Аратана усмехнулась.

- Я гляжу, ты не стесняешься высказывать свое мнение? – Сказала она.

Гаэдинн ухмыльнулся.

- Это лишь одно из многих моих милых качеств.

- Я уверен. Тем не менее ... джентльмены, Повелительница Солнца, здесь, в Акануле, мы всегда рады принять вас. И можете не