Сандэр. Убийца шаманов - Валерий Теоли

– Проходите. Мы рады вам.

Деревня Улиткоголовых открылась за деревьями, окружающими ее сплошным кольцом. Меж ветвей и приглядевшись не сразу заметишь подвесные мостики. С них встречают недоброжелателей часовые. Узенькая тропка ведет сквозь живую изгородь к высокому частоколу из грубых, подогнанных друг к другу толстых бревен. Лет шесть не происходило набегов на деревню. Длинным Клыкам, неспокойным соседям Зеленых Улиток, пообломали зубы воины Ран-Джакала, показав в очередной раз, кто хозяин в окрестностях озера и почему не следует трогать союзников Водяных Крыс.

С помостов из-за частокола выглядывали подростки синек, несущие стражу. Перестраховка в лесах троллей никогда не повредит. Ну, и новое поколение надобно обучать.

По обе стороны от приоткрытых ворот над заостренными бревнами возвышались дозорные башни. Башнестроительство тролли переняли у людей, однако популярным оно не стало. Причиной тому сложность и дороговизна постройки. Для прочности стены и основания обивали сырыми шкурами, окуривали благовониями, накладывали чары. В итоге башни не горели и по крепости спорили с каменными. И проигрывали спор, едва за дело принимались вражеские шаманы.

Ворота из бревен поменьше крепились к столбам кожаными и деревянными петлями, роскошью в селениях троллей. Петли изготавливают на заказ умельцы в имперских пограничных фортах, и стоят они недешево.

Бена-Джак слывет богачом, раскошелиться на строительство – для него лишний повод показать благосостояние племени и клана. Лекарственные снадобья и зелья улиточников нарасхват у лекарей и магов империи. Дважды в месяц тролли снаряжают караван, груженный лекарствами, в Веспаркаст. Назад синьки приходят с тканями, мукой, крупой и массой полезных в тролльем хозяйстве вещей вроде тех же петель.

Деревня Улиткоголовых – самая крупная и населенная у Зеленых Улиток. Соответственно оборонительные сооружения у нее на порядок лучше, чем у соседей. Нынешняя столица племени все-таки.

Подходя к частоколу, Улук-Зул гаркнул на дозорных, и те бросились расширять щель между створками ворот. Обычно ворота открыты гораздо шире, чтобы прошел бродячий торговец, несущий объемные тюки с товаром, и возвращающийся с удачной охоты синекожий с тушей добытого зверя на плечах.

За воротами пустынно, словно в покинутой деревне. Десяток дозорных на частоколе – и никого из жителей. Входы хижин плотно занавешены тканями и шкурами, кое-где загромождены щитами, сплетенными из лозы и обтянутыми кожей трехрогов. У каменного тотемного столба, изображающего расположенных друг на друге улиток, лежат щедрые подношения и дымят палочки третьеглаза. Ветер силится затушить тлеющие ветки, гоняет по улице пыль, присыпая жертвенную пищу.

Рыбаки, несущие Слинка, по указанию Бал-Ара поставили носилки под тотемным столбом. Ученик Трон-Ка немедленно заколдовал над морлоком, шепча заклинания и осыпая его невесть откуда взявшимся пеплом.

– Он изгоняет злых духов из нашего товарища, – пояснил я командиру бодигардов, косящемуся на будущего шамана. – Помнится, селение Улиткоголовых было крупнейшим у Зеленых Улиток. Куда подевались жители, почтенный Улук-Зул?

Из груди тролля вырвался не то стон, не то сдавленный рык.

– Прячутся. Вчера пропали три женщины, ходившие к реке, и несколько рыбаков. Отец запретил выходить из деревни всем, кроме охотников.

– Почему они не выходят на улицу? В кольце частокола днем им ничто не грозит, – настал черед удивляться Варк-Дану.

– Боятся злых духов. Думают, они кружат над селением и цепляются к выходящему за порог дома, насылая несчастье. Со вчерашнего утра странной болезнью заболели пятеро детей. Матери не выпускают никого из домашних на улицу. Сидят и молятся великой Озерной Улитке.

Ученик целителя нервно сглотнул.

– Кто-то ушел в Серые Пределы? – полушепотом спросил он.

– Двое из болевших. Магия Гал-Джина не помогает. Дети продолжают умирать. – Лидер телохранителей зло сплюнул в пыль. – Попадись мне тварь, проклявшая наш клан, всадил бы ей в глотку копье да провернул для надежности, а потом напустил желтых муравьев по древку. Пусть бы сожрали ее изнутри, как ее хворь выедает наших детей.

Блин, чем дальше, тем хуже. Эпидемией попахивает. К тому же не нравятся мне участившиеся пропажи троллей, ох, не нравятся. Они могут означать усиление лоа.

– Почтенный Улук-Зул, женщины днем пропадали?

– Они с утра уходили работать на реку и в аранью. К ночи в деревню не возвращались. Мы находили обрывки их одежды.

Этого-то я и опасался. Либо тварь и днем бодрствует, либо их две. Одна охотится на шаманов по ночам, вторая ловит синекожих в сумерках и днем. В дремучем лесу и в ясный полдень темень, особенно в чащах. Злым духам вольготно во мраке. Они существа ночные, но, набравшись энергии, способны бодрствовать при дневном свете. Избегают солнечных лучей, скрываясь под корнями деревьев, в норах, пещерах. Для охоты на дневальщика нужно прочесать окрестности деревень, причем накрыть область поисков сетью сигнальных чар, реагирующих на духовные сущности. И то не факт, что поймаем гада.

– Останетесь здесь, к вождю пойду сам. Акела, и тебя касается.

Бойцы притормозили, опустив носилки с Алисией перед хижиной вождя. У аэромантки уселся волк, изучающе-подозрительным взглядом скользя по хижинам и улиточникам. Улиткоголовые отвечали ему тем же.

Дом Вождей, как называют свое жилище владыки синекожих, всегда стоит в центре селения на возвышенности. При постройке насыпают небольшой холм под хижину, внутри него выкапывают погреб для хранения всякого добра, от продуктов до тролльих сокровищ. Короче говоря, сокровищница клана и племени расположена под домом главы и им же охраняется. Вернее, его охранной дюжиной.

Обиталище Бена-Джака представляло собой типичный образчик архитектуры синек. Высокое конусообразное сооружение, обмазанное красной глиной и крытое соломой, отличалось от хижин рядовых улиточников размерами, черепом гигантской рептилии, прибитой над входным отверстием, и защитными колдовскими знаками, нарисованными кровью жертв на стенах жилища от основания до верхушки.

По сравнению с домом лидера Улиткоголовых жилище Ран-Джакала казалось настоящим дворцом.

Входом служила круглая дыра приблизительно полутораметрового диаметра, завешенная сшитой из звериных шкур занавесью. К ней вели истоптанные и растрескавшиеся в плохо обожженной глине ступени, еле угадывающиеся на насыпном холмике.

Вошедший Улук-Зул предупредил о моем приходе и пригласил меня в дом.

В хижине резко пахло потом и курящимися благовониями, от которых чуть не заслезились глаза. Вдоль стен ученики верховного шамана жгли пучки сухой травы и веточки темноцвета. Духи не выносят дыма этих растений, и я понимаю почему. Его и гном, всю жизнь проведший на производстве алхимических химикалий на подземном заводе, вряд ли выдержит.

В мареве курений на пестрых циновках сидели, поджав ноги, Бена-Джак и Гал-Джин. К ним присоединился командир телохранителей, сев по левую руку от отца. За ними пылал костер, подчеркивая фигуры властвующей семьи. Правящая тройка племени выглядела весьма разномастно, сходство прослеживалось исключительно в общих чертах физиономий.