Последний оракул - Джеймс Роллинс

Это было правдой. Смерть доктора, хотя и являлась трагической необходимостью, стала при этом невосполнимой утратой. Профессор в одиночку добился огромных успехов и был готов обнародовать достижения, которые русские «ранили в строжайшем секрете от американцев. В конце концов и те и другие осознали, насколько полезен был доктор Полк.

И до его похищения, и после.

— Что касается пропавшей девочки...— заговорил Юрий, но Макбрайд его перебил:

— Насколько я понимаю, она — один из объектов вашей программы «Омега»?

Юрий утвердительно кивнул.

— Ее эффективность доходит до девяноста семи процентов. Она жизненно необходима для нашей программы. Да и для вашей тоже. Боюсь, Мэпплторп не понимает, насколько деликатным должен быть баланс, чтобы сохранить омега-субъект живым и дееспособным.

Макбрайд потер переносицу.

— Во время нашего телефонного разговора Мэпплторп высказал предположение относительно того, что, возможно, нам стоит отловить ребенка самостоятельно и для собственных нужд.

— Чего-то в этом роде я от него и ожидал.

За спиной Юрия дверь кабинета открылась, и он услышал, как доктор Чен кого-то приветствует — сухо и формально. Он повернул голову и с ужасом увидел, как в комнату входит предмет их разговора. Выражение обвисшей физиономии Мэпплторпа было даже более кислым, нежели обычно. В душе Юрия зашевелились самые дурные предчувствия.

Макбрайд встал.

— А, Джон! Мы как раз говорили о вас. Улыбнулась ли вашей команде удача в возвращении похищенного черепа?

— Нет, хотя мы облазили оба музея — от подвала до чердака.

— Странно,— произнес Макбрайд, нахмурившись.— А относительно девочки какие-нибудь новости имеются?

— В небе барражируют вертолеты, прочесывая город квадрат за квадратом. Пока — ничего. И сигнал от следящего устройства до сих пор не поступал.

— Следящее... Какое следящее устройство? — вскинулся Юрий. Макбрайд обошел стол и, подойдя к Юрию, поднес к его лицу сжатый кулак. Когда он разжал пальцы, на его ладони лежал крохотный предмет, чуть больше булавочной головки. Юрию пришлось наклониться ближе, чтобы рассмотреть его.

— Чудо нанотехнологий,— сказал Макбрайд.— Пассивный микропередатчик с короткоимпульсным аттенюатором и стерильным полимерным корпусом. Во время последнего посещения Муравейника я ввел такие устройства всем детям.

Юрий ничего не знал о подобных имплантациях, но, с другой стороны, даже ему говорили далеко не все.

— Мартова одобрила введение этих следящих устройств? Макбрайд посмотрел на Юрия и вздернул бровь, словно говоря: «Вы же умный человек, доктор Раев!» Юрий понял: Савина ничего не знает об этом. Макбрайд ввел детям крохотные приборы по собственному почину, втайне от всех остальных. Юрий имел постоянный и неограниченный доступ к детям, но при этом сам находился под постоянным наблюдением.

Он смотрел на передатчик. Тот был настолько мал, что ввести его в организм или тело человека можно было сотней способов. Но для чего Макбрайду...

Мозг Юрия лихорадочно анализировал различные возможности, вероятности и последствия. Макбрайд, должно быть, действительно ввел передатчики всем детям. После этого ему оставалось лишь активировать соответствующий сценарий, чтобы один или несколько детей покинули гнездо.

Перед внутренним взглядом Юрия возникло лицо Арчибальда Полка в последние секунды его жизни, и тут же осознание страшной истины сразило его, как удар в солнечное сплетение.

— Это все было подстроено,— выдохнул Юрий.— Побег доктора Полка...

— Очень хорошо,— улыбнулся Макбрайд, как учитель, довольный успехами ученика.

Тень Мэпплторпа наковальней упала на Юрия.

Его одурачили.

Он посмотрел на Макбрайда.

— Вы были в Муравейнике, когда Арчибальд сбежал. Это вы организовали его побег!

Последовал кивок.

— Нам было необходимо извлечь одного из ваших омега-субъектов на свет божий.

— Вы использовали доктора Полка в качестве наживки. Вашего друга и коллегу!

— К сожалению, это было необходимо.

— А он... Арчибальд знал, что его используют? Макбрайд устало вздохнул.

— Я думаю, он мог подозревать, хотя... выбирать ему было не из чего. Либо умри, либо пройди сквозь строй. Иногда приходится быть патриотом помимо собственной воли. И должен сказать, у него это получилось отлично. Он почти добежал до финиша.

— И все это для того, чтобы похитить ребенка? Макбрайд снова помассировал переносицу.

— Мы подозревали, что вы, русские, что-то скрываете. Разве не так? Лицо Юрия оставалось бесстрастным. Это было правдой, но он не знал масштабов того, что скрывали от американцев.

— Мы используем этого ребенка, чтобы начать собственную программу здесь, в Соединенных Штатах. Чтобы детально изучить все, что вы с ним сделали. Невзирая на наши многочисленные запросы, ваша группа так и не представила нам детализированного отчета. Вы с самого начала утаивали от нас наиболее важные данные.

«Не только данные, а еще и планы». Вслух Юрий спросил:

— Как же быть с лекарствами для Саши?

— Этот вопрос мы решим. С вашей помощью, разумеется.

— Никогда,— мотнул головой Юрий.

— Я боялся, что вы это скажете.

Движение глаз Макбрайда заставило Юрия обернуться. Мэпплторп держал в руке пистолет. Выстрел был сделан в упор.

21 час 45 минут

Грей был не из тех, кто легко верит в совпадения. Двое ученых, работающих над одним и тем же проектом, пропадают одновременно, а затем один из них появляется в Вашингтоне — подвергшийся радиоактивному облучению и находящийся на пороге смерти.

Он потер болевшие виски.

— Элизабет, все это должно быть каким-то образом связано с первоначальными исследованиями вашего отца.

— Верно,— кивнул Пейнтер.— Вопрос в другом: какая тут связь? Если бы мы располагали дополнительными деталями... Возможно, чем-то, чего нет в записях вашего отца.

Его слова повисли в воздухе.

Элизабет опустила глаза. Ее руки были крепко стиснуты и лежали на коленях. Видимо, осознав, насколько она напряжена, женщина разжала пальцы и выпрямила их.

— Не знаю,— пробормотала она.— В последние годы мы... мало разговаривали. Ему не очень нравилось, что я решила заняться антропологией. Он хотел, чтобы я пошла по его...— Она тряхнула головой.— Не обращайте внимания.

Грей налил в чашку горячий кофе и передал женщине. Она взяла ее с благодарным кивком, но пить не стала, а просто держала, сжав обеими руками, словно согревая ладони.

— Но по всей видимости, он был не так уж недоволен вашим выбором профессии, если выхлопотал для вас место в греческом музее,— предположил Грей.