Радуга на земле. Путь к себе - Виктория Иванова

Правда, подобное блаженство оказалось кратким. Вскоре руки с висков убрали и серпентера скрылась в том же самом непросматриваемом углу. А мне Миксааш с превеликим удовольствием отвесил такую затрещину, что голова едва не отвалилась! «Картинку» сразу же выключило. Зато, проморгавшись, я увидел склонившихся надо мной черных. В цвете. И себя, в уже ставшей родной серой шкурке.

— Что случилось?! — Вопрос вырвался совершенно непроизвольно. Кажется, именно это хотели спросить и они. Но не успели.

— Знаешь, — задумчиво ответил воин, — это мы хотели бы узнать у тебя.

— Ты зачем упился тайерхоном?! — наконец не выдержал Лорд.

— Чем?! — Впервые слышу это слово.

— Вот этим! — перед носом обличающе закачалось смутно знакомое горлышко от фляги. Насколько помню, остальное можно собирать по кусочкам. Знатно кому-то прилетело…

— А что это было? — Нет, я не прикидываюсь. Мне ведь действительно интересно, что же за жидкость во фляге. Миксааш пристально вгляделся в мои глаза и тяжко вздохнул:

— Действительно не знаешь. Ну и что нам теперь с тобой делать?

— Рассказать, что это такое и почему мне от него так плохо, — предлагаю, пытаясь самостоятельно утвердиться на земле. Да, один минус у хвоста все-таки есть. Если чувствуешь себя не очень хорошо, то лучше либо сидеть, либо не подниматься высоко. Голова кружится, и шатает сильно.

— Хм… понимаешь, в чем дело. — Разместившись в кабинете, Лорд начал свою лекцию. — Змеелюды не могут пить обычные вина. На нас они не действуют. Но вот если добавить в него немного тайерхона, то мы испытываем почти то же самое, что и люди.

То есть это что-то вроде серпентерского спирта?! Ничего ж себе. Представляю, что было, если бы я человеком медицинского спирта нахлебался. В общем, сам виноват. Зато теперь буду знать, чего впредь избегать.

— Это же все знают, как ты умудрился такое вытворить?! — наконец выдал наболевшее Лайрасар.

— Случаянно, — покаянно выдаю, глядя в пол. А что еще можно сказать? Случайно нашел, нечаянно хлебнул, а все остальное — закономерный итог. — Только не могу понять, почему же мне ТАК плохо было?!

— Этого я не знаю, — качнул головой Миксааш, — но непременно выясню.

Но еще мне бы хотелось узнать, что то за змейка была. Очень уж… запоминающаяся.

— М-да, тебе мы больше не наливаем, — задумчиво выдал Хас, оглядывая мою покачивающуюся тушку.

Остальные рессы согласно покивали. Только зеленый был на редкость задумчивым. Что-то его явно впечатлило до такой степени, что включился очень долгий и продолжительный мыслительный процесс. У меня же была всего одна мысль как быстрее добраться до кровати. На сегодня все подвиги и прочие дела отменяются. Хватит!

Остальные выразили молчаливое согласие с таким планом действий. Так что этот день закончился несколько раньше, чем планировалось. А завтра еще в гости идти к этим непонятным Хранителям. И на кой Миксаашу понадобилось посылать именно меня? Неужели у него нет никого другого на побегушках? И почему я в это не верю?..

Бобик встречал меня, виновато помахивая хвостом. Бедная псина, только пьяного хозяина для полноты картины ему не хватало. Самое обидное, что сам я ничего не помню. Может, на всякий случай извиниться перед ребятами? Или не надо?..

Решить, что же делать, так и не успел — мы пришли. Меня в четыре руки втолкнули в комнату и, развернувшись, ушли. Правда, Тин послала сочувствующий взгляд, но на этом все. Не оставалось ничего другого, как рухнуть на кровать, свернуться клубком и провалиться в беспробудный сон.

Кайрешшер Ла’Шаэр’Кетте сидел в комнате, выделенной ему Кланом Раах’Тасса, и размышлял. О том, что он ничего не понимает в происходящем. Чего только стоило ему, младшему наследнику Клана Шаэр’Кетте, смирить свою гордость и поклониться светлому. Ради того, чтобы Шаорэ не пришлось идти в чужой Клан…

И в результате? Светлый оказался настолько… невежественным, что просто скулы сводило. Правда, это уже ничего не меняло. Он склонился. С другой стороны, пребывание в Клане извечных противников могло стать очень кратковременным. Отец, Лорд воинов с зеленой чешуей, приказал выяснить, почему Лорд Миксааш вообще возится с этим светлым. Слухи о необычном поведении самого хитроумного среди владык просочились во многие Кланы, но узнать правду еще ни у кого не получилось.

Вообще-то ответ почти есть. Оказалось, что сын черного также находится в рессах у светлого. С одной стороны, это не вызывало особого удивления. Черные хоть и считали себя хорошими воинами, но до представителей Клана Шаэр’Кетте не дотягивали. Так, по крайней мере, считали сами представители вышеупомянутого Клана. А с другой стороны, светлые вообще были никакими бойцами!

Можно было бы, конечно, позлорадствовать над положением противника, если бы… если бы сам не оказался в таком же состоянии! Светлоликий Келес! Милосердная Ашер! Как такое могло произойти?!

В таверну они ходили не раз и не два. Кайрешшер считался уже вполне взрослым, чтобы самостоятельно покидать территорию Клана. Имел собственных рессов и вполне мог обеспечить безопасность сестры. Хотя ее часто провожали восхищенные, и не только восхищенные, взгляды.

А наблюдать, как даже черный пытается оказывать ей знаки внимания, было довольно весело. Особенно если учесть, что они с Кайром уже пару раз встречались в поединках. Правда, пока ни разу не доводили их до конца. Но даже так было понятно, что Найрхас Ла’Раах’Тасса Кайрешшеру не противник.

Но в этот раз он весьма удивился, наткнувшись на пристальный и оценивающий взгляд светлого! А последовавшая за этим ухмылка? Серпентеры с подобным оттенком чешуи в присутствии темных старались сделаться понезаметнее. Здесь же был практически открытый вызов.

Настроившись на быструю победу, воин был неприятно поражен, когда светлый начал с легкостью уворачиваться от его ударов. Когда же Кайрешшер сменил оружие, то, нарушая все правила поединков, противник ударил в лицо. С такой силой, которую в светлом нельзя было и предположить. И продолжил в том же духе. А когда Шаорэ попыталась вмешаться — просто пришпилил ее к стене с-кешерами. Правда, лезвия вошли рядом с шеей, даже не поцарапав чешую, но это ничего не меняло.

Но самым странным и страшным было не то, что за весь бой светлый ни разу не воспользовался собственным оружием. И не то, что незнакомый парень спокойно противостоял двум воинам из Клана Шаэр’Кетте. Нет, самым страшным было то, что противник просто играл с ними и получал от этого удовольствие!

Келес, да кто же он?!

Бой закончился бесславно. Они оба проиграли и оказались полностью во власти победителя. Только тому и дела не было до своей победы. Светлый просто взял и ушел. Игрушка потеряла свою притягательность, так что о ней можно забыть… Подобное отношение доводило Кайрешшера до бешенства, но ничего поделать он не мог. Проигравший не имеет права диктовать победителю свою волю. Он может только покориться.