Смертельный танец - Лорел Гамильтон

Значит, Ричарда вы рассматриваете как меньшее зло? – Я придала этому утверждению тон вопроса.

Я на стороне Ричарда, потому что он держит слово. У Маркуса нет чести. За этим следит его сука Райна.

Я по-прежнему думаю, что, если убить Райну, Маркус захочет пойти на переговоры с нами.

Это говорила женщина, которую я где-то видела, но не помнила где. Она сидела на полу, попивая кофе из кружки. У нее были короткие светлые волосы, розовый нейлоновый тренировочный костюм, куртка поверх розовой футболки. Наряд для демонстрации, не для настоящей тренировки, и я вспомнила, где ее видела. Это было в «Кафе лунатиков», ресторане Райны. Звали ее Кристина, и она не была волком – она была оборотень-тигр. Здесь она выступала от имени независимых оборотней – тех, кого было слишком мало, чтобы выбрать вожака. Не все виды ликантропии одинаково заразны. Тигр-оборотень вас может разорвать на части, но вы не заразитесь. Вервольф только поцарапает – и вы станете мохнатым. Почти ни одна ликантропия кошачьих так не заразна, как волчья или крысиная. Почему – никто не знает.

Ричард представил мне остальных – только имена, без фамилий.

Я поздоровалась и прислонилась к стене у двери. Диван был заполнен, и пол тоже. К тому же я предпочитаю держаться подальше от незнакомых оборотней. Чистая предосторожность.

Вообще-то с Кристиной мы уже встречались, – сказала я.

Да, в ту ночь, когда ты убила Альфреда.

Ах да, – пожала плечами я.

Почему ты сегодня не убила Райну, когда представилась возможность? – спросила она.

Я не успела ответить.

Если мы убьем Райну, – перебил Ричард, – Маркус будет за нами гоняться, пока не перебьет всех.

Не думаю, что он будет на это настроен, – сказала Сильвия.

Ричард покачал головой.

Я не считаю, что надо оставить попытки договориться с Маркусом.

Никто ничего не сказал, но все можно было прочесть по лицам. Все были согласны со мной, Ричард добьется, что его убьют, а его последователей повесят сушиться на солнышке.

Из кухни вышел Луи с двумя чашками кофе и улыбнулся мне. Луи – лучший друг Ричарда и часто бывал с нами на вылазках. Он ростом пять футов шесть дюймов, а глаза у него были темней моих настоящие черные, не темно-карие. По-детски тонкие волосы он недавно подстриг. Все время, что я его знала, он носил длинные волосы – не из соображений моды, как Ричард, просто у него руки не доходили постричься. Сейчас волосы были такие короткие, что виднелись уши, и он выглядел постарше, более похожим на профессора с докторской степенью по биологии. Он был крысолюдом и одним из лейтенантов Рафаэля. Одну из кружек он протянул мне.

Насколько приятнее стали наши собрания, когда Ричард купил кофеварку! Спасибо тебе, Анита.

Я глотнула горячего кофе, и мне сразу же стало лучше. Кофе, может, и не всеисцеляющий эликсир, но очень к этому близок.

Мне не кажется, что тут все рады меня видеть.

Они боятся, от этого несколько щетинятся.

Из гостевой комнаты вышел Стивен, и одежда на нем сидела слишком ловко, чтобы принадлежать Ричарду. Синяя рубашка, заправленная в синие линялые джинсы. Единственным в комнате, подходящим Стивену по комплекции, был Джейсон. А он всегда был готов поделиться шмотками.

Отчего все такие мрачные? – спросила я.

Луи прислонился к стене, прикладываясь к своей кружке.

Жан-Клод лишил Маркуса своей поддержки и предоставил ее Ричарду. Неужели никто из них об этом не сказал?

Они говорили что-то о каком-то соглашении, но без подробностей. – Я подумала, что это может значить. – Маркус будет рвать и метать.

Улыбка сползла с лица Луи.

Это сильная недооценка. – Он посмотрел мне в глаза. – Ты не поняла?

Не поняла что? – спросила я.

Без поддержки Жан-Клода у Маркуса нет ни малейшего шанса объединить всех оборотней. Прощай, мечта об империи.

Так если у него нет шанса, чего все так забеспокоились?

Луи грустно улыбнулся:

Что Маркус не может подчинить, то он старается уничтожить.

То есть он начнет войну?

Да.

Не только с Ричардом и стаей, ты хочешь сказать, но тотальную войну со всеми прочими оборотнями города?

Да, кроме леопардов. Ими командует Габриэль, а он на стороне Райны.

Я на секунду задумалась:

Господи, это же будет кровавая баня!

И ее не предотвратить, Анита. И она частично прольется и в нормальный мир. В этой стране все еще есть три штата, где за мертвого оборотня выплачивается премия без всяких вопросов. Подобная война может сделать такую практику очень выгодной.

Вам двоим что, больше делать нечего? – спросила Кристина.

Она начинала мне не нравиться. Это она постучалась в дверь и прервала нас с Ричардом. Честно говоря, за это я была вроде как благодарна. Смущение от мысли, что все услышали бы, что будет дальше, словами не передать.

Луи сел на пол рядом с остальными. Я осталась стоять у стены с чашкой в руках.

Ты не собираешься к нам присоединиться? – спросила Кристина.

Мне и здесь хорошо.

Слишком ты хороша, чтобы сидеть с нами? – спросил мужчина лет под сорок с темно-синими глазами.

Рост – примерно пять футов восемь дюймов; трудно сказать точнее, когда человек сидит на полу. Одет он был в деловой костюм вплоть до бабочки, будто собирался на работу. Его звали Нил.

Недостаточно хороша, – ответила я. – Вполовину не так хороша, как надо.

И какого черта это значит? – спросил он. – Мне не нравится, что среди нас тут нормальные.

Оставь, Нил, – велел Ричард.

А почему? Она над нами смеется.

Ричард со своего угла дивана поглядел на меня.

Подойдешь к нам, Анита?

Сильвия сидела рядом с Ричардом, не вплотную, но все равно для меня там места не было. Рафаэль сидел у торца дивана, выпрямив спину, закинув лодыжку на колено.

На диване места нет, – ответила я.

Потеснимся. – Ричард протянул мне руку.

Она вообще не из стаи, – возразила Сильвия. – Я не стану уступать ей место. Не обижайся, Анита, просто ты не знаешь обычаев.

Она говорила будничным голосом, не враждебным, но взгляд, брошенный ею на Ричарда, трудно было бы назвать дружественным.

Я не обиделась, – ответила я.

Честно говоря, я не была уверена, что хочу сидеть на диване, стиснутая ликантропами. Пусть даже считается, что они ко мне дружественны. В этой комнате любой был сильнее меня и быстрее меня – просто факт. Единственное мое преимущество – пистолет. Если я буду рядом с ними, мне его ни за что вовремя не выхватить.