Некрасавица и чудовище - Анна Бруша

Клеа с интересом рассматривала кинжал. Я не могла видеть ее лицо, но была уверена: подарок пришелся ей по душе.

— Спасибо, — сказала принцесса. — Необычная работа.

Советник ухмыльнулся.

— Давайте начинать наше маленькое представление.

Я украдкой оглянулась. Внизу все места были заняты. Из ложи казалось, что я смотрю на разноцветное море, которое слегка волнуется. Дамы перешептывались. Сколько же народу съехалось во дворец! А вот и леди Алисана, Дари, Ари, маги и Лотта с Силаном. Сидят рядом и о чем-то мило беседуют.

В ложу скользнул Эдмунд. Он переоделся, камзол был расшит драгоценными камнями и украшен сложной вышивкой. Маг с шумом плюхнулся в кресло позади меня. Ножки неприятно скрипнули по полу. Правитель едва повернул голову.

Никогда не предполагала, что окажусь в такой компании. Знали бы леди Алисана, Силан Дрейн и Лотта, они… Не знаю. Просто попадали со своих мест? А Лотта позеленела бы.

— Вы любите театр, Магда? — прошептали мне на ухо.

Я пожала плечами. Раздался смешок, от которого у меня по коже пробежали мурашки. Грянули фанфары, заиграл гимн, все встали со своих мест. Советник кивнул, и по его сигналу вокруг сцены поднялась сетка.

Неужели будут дикие звери?

— Сегодня нас ждет необычное зрелище, — довольно громко заметил Эдмунд.

— Небольшая встряска не помешает, — тихо ответил правитель. — Полезно для поднятия… м-м-м… духа.

На сцену вышли боевые маги. Они подняли посохи, и колдовство заструилось на сетку, которая начала слегка светиться и исчезла, чтобы не мешать обзору. Но невидимая глазу защитная преграда была мощной. Зал притих: никаких перешептываний и покашливаний. Что же это за звери, для которых нужны такие серьезные меры предосторожности? Я подалась вперед, стараясь не пропустить самое интересное.

Советник поднялся.

— Светлейшие, небольшое представление в честь моей прекрасной невесты. Начнем!

Раздались хлопки, которые переросли в бурные аплодисменты.

На сцену вывели двух мужчин, закованных в кандалы.

— Не может быть, — прошептала я. — Темные!

— Темные, темные, темные…

Слово прокатилось по театру. Некоторые вскочили со своих мест. Советник наклонился к Клеа.

— Это не актеры, а настоящие темные маги, недавно захваченные нашими воинами, — пояснил он, хотя в этом и не было необходимости. Конечно, черную форму можно надеть на любого, но эти двое являли собой ожившую иллюстрацию из учебника о различии света и тьмы. Глаза — абсолютно черные бездны. С руки одного длинными неаккуратными нитями свисали остатки какого-то заклинания.

— Советник щедр, обеспечил нам такое развлечение. Маги-то — не из последних.

Я совсем забыла о том, что рядом Эдмунд.

— Не морт’аэны, конечно, но тьма в них сильна. Не дрожите, дорогая Магда, защиту они не пробьют. Звери не вырвутся из клетки.

Я во все глаза уставилась на сцену. Один маг осклабился, повернулся к ложе и сделал весьма неприличный жест, вызвав горячее возмущение толпы. Он прошелся вдоль преграды и презрительно плюнул, однако плевок сгорел в белом пламени. Темный повернулся к своему понурившемуся товарищу и что-то сказал. Нельзя было расслышать.

Внезапно кандалы упали. Темным освободили магию? Мужчины тут же сотворили щиты. Они стояли спина к спине, а вокруг заклубилось темное облако, которое постоянно меняло форму. Мои руки машинально впились в подлокотники кресла.

Раздался протяжный свист, и на сцену рванулись светлые заклинания. Сначала последовали вихри. Тьма поглощала свет. Свет рвал тьму. Потом настал черед ливня из световых стрел. Одно неосторожное движение — и этим двоим придет конец… Но это были опытные маги.

Я затаила дыхание.

Маги сражались с отчаянным остервенением. Тому, у которого было повреждено вживленное в руку заклинание, приходилось нелегко. К счастью, ливень прекратился.

— Вам нравится, Клеа? — спросил советник с плохо скрываемой гордостью.

— Да.

— Это была легкая разминка. Вы еще не видели фигурный свет.

Фигурный свет? Никогда о таком не слышала.

— Позер, — пробормотал мне в ухо Эдмунд.

Затрубили трубы и почему-то охотничьи рога. Темные маги тяжело дышали. На сцену выпрыгнуло чудовище. Невозможно представить, что порождение света может быть столь уродливым. Казалось, ЭТО состоит из одних клыков, шипов и копей. Две жуткие пасти на длинных шеях. Тело, постоянно меняющее форму, увеличивающееся количество лап. Или это руки?

— Светлейшая! — ахнула я и вжалась в спинку кресла.

Темный сформировал длинное копье и направил его в чудовище. Чудовище рассеялось и тут же собралось заново.

— Свет непобедим, — бесстрастным голосом сказала Клеа.

Словно в замедленном времени я наблюдала, как одна пасть сомкнулась на руке темного. Лицо его исказила гримаса боли, рот открылся в беззвучном крике. Толпа неистовствовала. Похоже, всем нравилось представление. А я ощутила жалость. Потом страх. Мне не должно быть жалко Темных. Это недостойно. Истинная дочь Света не может испытывать к врагу ничего, кроме презрения. Я должна разделять всеобщую радость… Но… почему-то не получалась. От этого лоб покрылся испариной, ладони похолодели. Что, если кто-то заметит? Тем более в ложе самого правителя.

А на сцене маги продолжали ожесточенную борьбу. Одному удалось огрубить чудовищу часть туловища, но из этого куска света немедленно начало формироваться новое чудовище.

— Интересно, сколько магов уважаемый советник выжал досуха, чтобы устроить такое?

Я повернулась. Эдмунд не радовался. Он сложил руки на груди и кривил губы.

Теперь Темным пришлось разделиться, чтобы бороться с двумя световыми тварями. Один из них не выдержал и упал. Тварь устроилась у мага на груди, поглощая тьму, выпуская многочисленные щупальца, которые облепили его шею.

Второй маг все еще сражался. Мне показалось, я поймала его отчаянный черный взгляд. Темный понимал, что ему не победить. И тогда он отпустил тьму, в самоубийственной атаке прыгнув вперед.

Я зажмурилась, погрузившись в ликующий рев толпы, словно в ледяную воду. Не хотелось видеть смерть. Но вдруг все стихло. Скрипнуло кресло.

— Светлейшие, враг униженно просит пощады.

Я приоткрыла один глаз. Советник уже поднялся и обращался к толпе зрителей. Он прямо-таки излучал самодовольство, будто это он лично только что победил двоих магов.

— Многие из вас считают, что их следует отправить во тьму. Но свез милосерден, поэтому мы даруем им жизнь. Пусть помнят о своем поражении.

Он подал руку Клеа, принцесса тоже поднялась.

Темные маги так и остались лежать, у них не было сил подняться. Они вообще живы? У одного слабо пошевелилась рука. Живы. Несколько светлых магов вышли на сцену и быстро надели кандалы. Получается, даже в таком состоянии Темные опасны?