Слово павшего - Дарья Гущина

– …Встрече, про которую ты забыла? – ехидно поддакнул рисунок.

Я прикусила язык и активно закопошилась в собственной памяти. И по прошествии нескольких минут пришла к весьма неутешительным выводам. Нет, один плюс тоже нашелся – память о прошлой жизни действительно существовала. Долгих… да, точно – два долгих тысячелетия она тихо хранилась в укромных уголках моей души и не подавала признаков жизни. И спокойно оставалась бы там дальше, не попади я сюда. А я – здесь. И магия мира вывернула наизнанку мою обычную память, явив глубинный пласт иных воспоминаний. Но – именно это «но» меня беспокоило – «изнанка» грешила немалыми «дырками», которые обнаруживались в самых неожиданных местах и в самый неподходящий момент.

Что же до вышеупомянутой встречи… О ней я тоже имела крайне смутное представление и оное меня весьма расстраивало. Хотя подобной забывчивостью я страдала и раньше, ничего удивительного в этом нет! Но одно – забыть вовремя вернуть конспекты, но со всем другое – о важной встрече. Кстати, а чем она так важна, ась? Не помню.

– Ты ни о чем не хочешь у меня спросить? – раздалось за моей спиной.

Едва не подпрыгнув от испуга, я резко обернулась. Та-а-ак… Зима закончилась, лес проснулся. Со второго дерева на меня пристально смотрело изображение… О черт, готова поспорить, это и был нынешний Магистр. Вернее, примерно так он сейчас и выглядит, если убрать многочисленные трещинки-морщинки и добавить лицу красок. Стоп!..

Я поняла. Я поняла одну очень важную вещь. Мне нужен знак. Чтобы восполнить пробелы в памяти, мне позарез нужен определенный знак, будь то приснившийся небесный город, висящее на стене вышитое полотно или же просто случайно встреченный человек. Правда, если судить по тому, с каким трудом я припоминала имена некоторых людей… Быстрее возникали образы тех, кого я видела накануне собственной смерти. Последней в этом мире. Н-да. Звучит жутковато.

Подняв глаза на псевдомагистра, я неуверенно пожала плечами и пробормотала:

– Вполне возможно…

– Не помнишь? – изображение удивленно подняло брови, а Пантелеймон за моей спиной тихо хмыкнул. – Павший воин, который ничего не помнит, – явление любопытное.

Со стороны других деревьев раздались удивленные вздохи и недоверчивые восклицания вперемешку с ехидными смешками, впрочем, негромкими. Прищурившись, я грозно обозрела лес, а рисунки поспешно притихли, прикинулись валенками и изобразили полнейшее смирение. Воцарилась гробовая тишина. И здесь меня боялись до икоты. Или опасались, но – серьезно опасались… Это судьба, не иначе. Ой-ей…

Судьба, судьба, судьба… Нет, не помню! Не помню нечто очень и очень важное…

Я вопросительно посмотрела на псевдомагистра, а тот в свою очередь не сводил с меня пристального испытывающего взгляда. Чего ждет? Взял бы, да и рассказал все, – трудно, что ли? Я внимательнее всмотрелась в бесстрастное лицо. Да, похоже, именно так. И объяснение всплыло само по себе, стоило лишь мне задуматься и отрешиться от происходящего. Память не умеет рассказывать самостоятельно, ей всегда приходится задавать наводящие вопросы… А эти так называемые деревья – не что иное, как память. Память ныне живущих в мире людей, должным образом запрятанная и периодически пополняющаяся. Изображение же – это слепок души. Это ее своеобразное гнездо, куда она возвращается после каждой смерти, где оставляет излишки памяти и ждет очередного перерождения: в прежнем теле, в знакомой семье и в привычной местности. Вот тебе, Касси, и ответ на один из вопросов.

Возможно, здесь есть и мое «гнездо»?

Не обращая внимания на заинтересованные взгляды своих недавних собеседников, я начала целенаправленно прочесывать «лес», внимательно вглядываясь в лицо каждого изображения. Усталость, как и все мои болячки, осталась вместе с телом на поверхности мира и сейчас мне не стоило большого труда изучить каждое дерево. Но – безрезультатно. Даже в склепе памяти места мне не было, как и в самом мире. Где же тогда находила приют моя душа, когда приходило ее время менять износившуюся оболочку? Или для нас, особо одаренных, существовал свой персональный склеп?!

Возвращаться к беседе с псевдомагистром я не стала. Еще не пришло ее время и не придет, пока не вспомни причину нашей намеченной встречи. Может, позже… Пусть память пробуждается крайне медленно, но – процесс идет, а выудить на свет божий знания тысячелетней давности – это вам не события прошлого дня вспомнить. И даже не поступление в институт, и даже – не первое школьное сентября.

И посему…

Я неторопливо побрела дальше, выбравшись за пределы склепа. Отошла на пару шагов, оглянулась – и привычного странного леса уже не увидела. Он попросту исчез. Растворился в красновато-желтом тумане, оставив после себя лишь звенящую тишину да терпкий запах магии. Интересно, какие еще сюрпризы меня здесь ожидают?.. В голове упорно вертелось название местности, где я находилась, но пока – только вертелось.

Тихо. Темно. Страшно. Вернее, боязно. Вроде интуиция помалкивала и ни о каких опасных происшествиях не предупреждала, но… Наверное, это из-за атмосферы. Ощущение гнетущей тайны, смерти – всего того, что исходило от некоего живого создания, чью магическую сущность я чувствовала, но не могла разгадать, и чье скрытое присутствие здесь лишь угадывала, но не понимала толком, где именно сие творение природы прячется. А если воспользоваться фирменным обонянием и отыскать его по запаху? Делать-то больше нечего…

Остановившись, я сосредоточенно зажмурилась и повела носом. Глухо. Как в танке. Из-за обилия ожидающих перерождения душ в здешнем воздухе каких только ароматов не витало: от всех известных науке видов и подвидов магии плюс неповторимый запах тления, исходивший от мерцания, что заменяло пол. И поди разберись, чем пахнет волшебство неведомого существа. Я снова принюхалась, недоуменно поморщилась и поплелась дальше, продолжая настырно искать загадочного невидимку.

Неприкаянные души, кстати, периодически попадались. Легко и бесшумно скользя над свечением, они меланхолично смотрели в одну точку перед собой и на меня совершенно не реагировали. Лишь один призрак набрался храбрости, подлетел ко мне и спросил о дороге, цитирую: «до дома». Обернувшись, я ткнула в пространство наугад, выслушала сбивчивые слова благодарности и отправилась дальше. Кстати, именно это привидение я и успела нормально рассмотреть, поскольку предыдущих видела издалека, а исчезали они чересчур быстро.

Н-да. После смерти мы выглядели, прямо скажем, крайне непрезентабельно… Вместо обычного тела – сплошной сгусток магической энергии. Ног и рук у призраков не было в принципе (правда, у меня они по какому-то недоразумению сохранились), черты лица – размытые и нечеткие, а на маковке, независимо от пола – гладкая лысина. Понятно, почему живые люди так боятся привидений, хотя, возможно, со временем неприкаянные души приобретают привычную форму и облик?

Шагая, я обратила внимание на то, что сияющий «пол» постепенно темнел. Красно-желтые оттенки сменялись ярко-красными и багряными, плавно переходили в рубиновые и темно-бордовые, пока не остановились на нейтральном черном цвете. Словно прародительница-ночь закутала меня в свое покрывало с ног до головы, окунув в беспросветный мрак, в котором я по-прежнему прекрасно видела и саму себя, и изредка попадающихся на моем пути призраков. Мрак – живой, теплый, пульсирующий… дышащий?