Игра смертных грехов - Свантье Опперманн

Это оказалось настоящим наказанием. Сначала книжки, а теперь еще и это.

Миссис Бауэр стояла перед классом и очень долго (по ощущениям Киры, часов семь) рассказывала чересчур длинную историю семи пороков.

– И здесь мы вернемся к теории Евагрия Понтийского о восьми пороках. Отец пустыни считается автором классического учения о смертных грехах. Он называл восемь грехов и ошибочно соотносил их с эмоциональными, духовными и порочными частями наших душ. Мы не знаем, встречал ли он салигию хотя бы раз, но…

Веки Киры становились все тяжелее и от занудных речей преподавательницы закрывались сами по себе. Пульсирующая головная боль в висках вернулась к ней, заставив время тянуться так медленно. Девушка чувствовала напряжение прошлой ночи даже в кончиках пальцев.

Одноклассники тоже сидели с пустыми взглядами. Казалось, будто они смотрят какое-то тупое шоу по телевизору. Никто не был в состоянии внимательно слушать учительницу. К слову, всех учеников уже проинформировали о смерти Кэприс. Гула, очевидно, умерла насильственной смертью. Так это сформулировал детектив с не самой приятной фамилией. Кэприс не случайно упала и разбила голову. Кто-то ей с этим помог.

После этой ужасной новости миссис Киллингворт отправила всех учиться. Учеба, по ее мнению, была лучшим способом отвлечься. Так, конечно, могла сказать только директриса.

Школьники неохотно направились в классные комнаты. Миссис Бауэр выразила сожаление по поводу смерти Кэприс в начале урока. После этого женщина приступила к занятию и с тех пор не прекращала говорить.

– …кто из вас знает, кто развивал учение о восьми пороках в пятом веке в центральной Европе? Никто? Это же написано в пятой главе вашего учебника! Нет желающих? Это был монах Иоганн Кассианус…

Миссис Бауэр принадлежала к ацедиям. Она говорила так равнодушно, будто выключила все свои чувства много лет назад. Наверное, нужно поблагодарить женщину за то, что она все еще ходит на свои уроки.

– Именно святой отец Грегор Великий создал каталог пороков с известными нам семью пороками. По его словам, пороки заставляли людей становиться грешниками. Поэтому правильно говорить «семь пороков», а не «семь грехов»…

Кира с трудом подавила в себе желание зевнуть и потирала глаза. Учение о восьми пороках, отец пустыни, каталог пороков… Она вообще не понимала, о чем распиналась учительница.

Миссис Киллингворт записала девушку на Мифологию II. Весь курс Мифологии I ей предстоит отработать самостоятельно в ближайшее время.

– Грегор Великий к тому же описал семь небесных благодетелей как альтернативу основным поро…

Речь миссис Бауэр оказалась прервана школьным звонком. Наконец-то.

Прежде чем она могла закончить предложение, ученики встали с мест и начали собирать вещи. Ножки стульев царапали деревянные полы. В комнате все начали болтать.

Кира с радостью схватила свою тетрадь и вышла из класса вслед за одноклассниками.

– Ты стала еще бледнее, чем в прошлый раз, – поприветствовал ее знакомый голос в коридоре.

Эллиот стоял перед ней и лукаво улыбался.

– Ты вернулся! – удивленно сказала Кира. – Выглядишь ужасно.

Мужчина вяло улыбнулся. Искатель выглядел таким же побитым, как и Кира. Тени на его подбородке свидетельствовали о том, что Искатель забыл побриться этим утром. Каштановые волосы извивались у лба, словно приглашая всех птиц Англии построить в них гнездо.

– Спасибо, ты тоже, – ответил он. – Что случилось с твоим лицом?

Кира инстинктивно дотронулась до царапин на коже. Ей следовало как-то замазать все это.

– Ничего особенного.

– Кто-то из твоей комнаты? – спросил он, когда спутники шли дальше в направлении холла. – Неужели ты опять взялась за старое?

– У меня пока что не получилось с этим завязать, – ответила Кира со вздохом.

Со дня прибытия у девушки совсем не было времени, чтобы заняться своими силами.

Они оказались в холле и подошли к Аду Данте. Кира провела пальцами по поверхности статуи и взглянула на замученные души, оказавшиеся в ловушке. Металлические фигуры были холодными и острыми.

– Новые люди, уроки, убийство, – перечисляла она. – Это все как-то слишком.

– Убийства не так часто у нас происходят, если ты переживаешь об этом, – сказал Эллиот. – Бывает максимум раз в месяц.

Кира пребывала в неподходящем для шуток настроении. Эллиот и не догадывался, что она пережила за прошедшую ночь. И как близко была к трупу.

– Как ты думаешь, они найдут убийцу? – спросила девушка.

– Я уверен, они его поймают. Уже есть первые улики. Дело в надежных руках.

– Я же здесь в безопасности, не так ли?

Эллиот удивленно уставился на нее.

– Конечно. Почему ты спрашиваешь?

Кира думала: рассказывать Искателю о прошлой ночи или нет? О том, как она увидела труп, который походил на демонические фигуры, выглядывающие из статуи. Об ультиматуме от миссис Киллингворт. О странном поведении своих соседок.

Но она недостаточно доверяла Эллиоту. Что, если мужчина расскажет миссис Киллингворт о том, что ира сообщила ему о тайной вечеринке? Тогда Кире придется собрать пожитки и возвращаться в Парсонс-Энд – чтобы и дальше влачить там свое существование.

– Забудь, – произнесла она.

– Ты помнишь, что я тебе вчера сказал, – начал Эллиот.

– Ого, это было только вчера?

Он действительно покинул КШМ вчера.

– Слушай, что тебе говорят учителя. Хватит драться с одноклассниками. Я не желаю видеть на твоем лице и теле царапины и синяки. В следующий раз, когда мы увидимся, твое лицо должно быть румяным и радостным.

– Румяным и радостным? Серьезно?

– Это было бы прекрасно. Мы обнимемся, поедим печенек, выпьем чаю и будем со смехом вспоминать эти мрачные дни.

Кира нахмурилась.

– Ты снова уезжаешь?

– У меня есть еще одно задание. Забыла? Его название начинается с «твой» и заканчивается на «отец».

Конечно. Кира сама попросила Эллиота разузнать побольше об Адаме. Это тоже было только вчера. Событий последних двадцати четырех часов оказалось достаточно, чтобы заполнить половину книги. И это было только начало.