Турнир - Тайга Ри

Шрам, который навсегда сделал близнецов Хэсау непохожими друг на друга. Шрам, из-за которого дядя Бер обычно мало говорит, много слушает и практически всегда встает так, чтобы спрятать лицо в тени.

— Меня не выпустят?

— Вайю…, — голос Люка звучал тоскливо.

— Ты приведешь приговор в исполнение, Вайю, — Хок не оставлял вариантов. — На этот раз Кастус не помешает нам.

— Маму вы тоже заставляли выносить приговоры и убивать в четырнадцать? — я крутнулась вокруг так, что взвихрились юбки. — Тогда я понимаю, почему она сбежала.

— Ты. Приведешь. Приговор в исполнение. Вайю. — Хоакин опять почти вышел из себя.

— Нет, дядя, — я вернулась на свой чистый пыточный стул, благовоспитанно расправив юбки и выпрямив спину. — Может я многого не понимаю, но знаю точно, что наложив стазис на них двоих, мы прекрасно дождемся дядю, это раз, — я начала загибать пальцы. — Вы превысили полномочия находясь на землях кровных родичей — это два, напали на вассала — три, удерживаете меня здесь — четыре. Мне не зачем приводить приговор в исполнение.

Дядя вернется, проверит все сам, и решит.

— То есть, как провели расследование мы, твои дяди, тебя не устраивает?

— Хоакин. — Бер практически прорычал это, потому что Хок повысил голос.

— Повысили на меня голос — пять, — и пальцы на одной руке закончились.

— Принадлежность к Роду это не только родовая печать и герб, Вайю. Это способность нести ответственность за всех членов Клана. В отсутствие старших членов Рода, это способность принимать решения, которые могут неприятными. Это и значит быть, Вайю.

— Быть, значит защищать, дядя. Я хочу, чтобы моя семья была под защитой, а это…, — я махнула рукой в сторону стены, — …грязное, мерзкое, никоим образом…

— Это твой долг.

Я фыркнула в ответ. Какие высокие слова. Я сейчас растрогаюсь. Ну же давай, дядя, торгуйся. Ведь тебе так надо проверить.

— Мы хотим проверить одну вещь. Простой ритуал.

— Акса вы проверяли тоже? — Они молча переглянулись, общаясь без слов.

— Акселя уже проверяли, Вайю, — ответил мне Люк.

— И? Проверка не пройдена? Судя по тому, что Акс до сих пор "непутевый"?

— Это касается только линии силы и родовых даров Хэсау, — Хоакин аккуратно опустился передо мной на колени и взял мою ладонь. — И только.

Видимо я действительно похожа на полную идиотку. Линии силы. Ритуал. Родовые дары.

Скорее вам нужно подтверждение и причина, чтобы закрыть меня в Клане.

Хок говорил убедительно, увещевал, врал, используя правильные интонации. И больше никакой чуши про долг, род и ответственность.

И больше всего мне сейчас хотелось вмазать ему по лицу. Сапогом с металлическими набойками. Наотмашь. Только вид его крови мог бы чуть-чуть остудить тот пожар ярости, который душил меня изнутри. Великий видит, как мне хочется просто вмазать ему. Я даже зажмурилась, отгоняя искушение.

Как противно быть слабой, Великий. Как противно. Торговаться, юлить, думать, выгадывать, как мне это надоело, Великий. Сейчас я отлично понимала папу и его способ решения всех сложных проблем — задавить силой и раскатать. Просто. Быстро. И эффективно. С моим третьим я даже не смогу вышвырнуть их из поместья. Луций, Ликас. Гвардейцев больше, но стенка на стенку, так обострять не стоит. Нам ещё строить арку, портал и разрабатывать шахту с кристаллами.

Но как же я хочу вышвырнуть их отсюда, Великий! Интересно, остаться дяде в Столице тоже помогли Хэсау?

— Хорошо, — Хок продолжал что-то говорить, стоя передо мной на коленях, когда я прервала его на полуслове. — Хорошо, проверим, но у меня есть два условия.

— Вайю? — удивленный голос Люка я проигнорировала. Не нужно мне врать, дядя Люци. Я прекрасно знаю твои возможности, и без твоих расчетов дядя Хоакин никогда не провернул бы такую комбинацию. Кто знает Вайю лучше всех? Дядя Люк.

— Два, — я подняла вверх два пальца, и получилась литера V. Какая ирония. — Первое — вы переезжаете в закрытое крыло к тете, — а завтра я сменю настройки защиты так, что ни один Хэсау не сможет больше войти в поместье. Пусть дядя разбирается с этим сам. — Я не хочу видеть никого из вас на своей территории. Второе — каждый из членов рода Блау может единожды обратится за помощью, и вы не откажете. Если это будет в ваших силах.

Нас трое — вас трое. Я понимаю, что говорить от лица всего Клана не силах даже дядя Хоакин, поэтому ограничимся этим. Помощью кровным родичам, — я позволила себе едкую усмешку.

— Вайю…

— Два условия. Дядя Хок. И я соглашаюсь на вашу псакову проверку.

— Леди не ругаются, Вайю.

Ты даже не представляешь себе, как могут ругаться Леди, Люк. Если их настойчиво загоняют в угол. И если большие и злые корши приходят к ним в дом.

— Хорошо. Слово, — Хок быстро поднял вверх руку с родовым перстнем, которую до локтя окутало голубоватое сияние. Родовая сила Хэсау отливала цветами льда на вершинах Лирнейских гор.

— Слово, — пробасил у двери Бер, сверкнув голубоватой вспышкой.

— Слово, — не колеблясь скрепил клятву Люк. Тот самый, кто настойчиво советовал мне отказаться.

— Отлично. То есть я убиваю, и мы идем ужинать и спать? — Я хохотнула от полного идиотизма ситуации. Нервный смешок Люк принял за истерику, и подался вперед, но я показала ему неприличный жест. Не прикасайся. Пошел к демонам, Хэсау.

— Вайю…

— Условия. Как? — я размяла пальцы, щелкнув кольцами, и покрутила запястья.

— Должна пролиться кровь, — тихо ответил от двери дядя Бер.

— Без проблем, — пробормотала я себе под нос, подходя к моим бывшим легионерам.

Которым просто не повезло оказаться не в том месте и не в то время. Прости меня, Юстас.

Прости меня, Юнис. Я не смогла защитить вас.

Я знала, что они уже почти мертвы. Растения, которые никогда не смогут вернуться к жизни, и это можно считать смертью из милосердия, но все равно что-то глодало внутри.

Не справилась. Ты не справилась, Блау.

Я вытащила короткий ритуальный алхимический нож, из пристегнутых к поясу ножен.

Просто пустить кровь, как мясу на скотобойне? Нет.

Я опустилась на колени перед Юстасом, прямо на ледяной пол, развернула к себе широкую теплую ладонь, с обломанными ногтями и запекшейся красной корочкой под ободками ногтей, выдохнула и начала чертить. Три простых иероглифа. Свет. Покой. Освобождение.

Пусть душа Юстаса летит на пламя Великого. Вторая ладонь, и я перехожу к Юнису. Те же самые черты режет острый кончик ножа на теплой ладони. Теперь они точно найдут путь к свету. Юнису я дала ещё одно молчаливое обещание — найти тех, кто виновен.