Алхимики Фадрагоса - Ольга Савченя

— Представь себе, у меня есть родители, — поморщилась я. — А вот ты о своих не вспоминаешь.

Она подняла голову, хмуро глянула на меня и суровым тоном напомнила:

— Я уже говорила, что фангры рано учатся одиночеству и самостоятельной жизни.

— Ты хотела сказать, учатся выживать, а не жить. Это именно про Фадрагос, — поправила я ее, ни разу не смутившись.

Она не любила говорить о родном доме и семье, которую видела очень редко. Я не любила, когда она отговаривала меня рисковать собой ради моей семьи. Так что мне не было стыдно от поднятой темы — мы квиты.

— Я опоздаю на встречу, — спохватилась я.

— Не доверяй им, Асфи, — мгновенно изменилась она в лице. — Следи за словами, не произноси вслух лишнего…

— Духи следят за нами, — закончила я, остановившись на пороге. — Я помню.

— Мне стоило бы пойти с тобой, — с укором смотрела она на меня.

— Там будет красавчик шин’ниэрд, которым я не планирую делиться, если вдруг он мне понравится, — широко улыбнулась я. Незачем ей ввязываться в это все с учетом того, что она отказалась идти со мной и Кейелом.

— Он Вольный.

— Вольный и шан’ниэрд. И если верить знакомому коту…

— Рассату.

— … то он даже Кейела заткнет в своем могуществе и опасности, — протянула я, выскальзывая за дверь. — Если к вечеру не вернусь, беги к защитникам и все им рассказывай! И еще, — вновь заглянула я внутрь, наткнулась взглядом на усмехающуюся Елрех, и добавила: — Спасибо тебе за все.

— Пошла прочь.

Дожди в этом регионе шли редко, но если тучи затягивали небо, то беспросветно и надолго. Раскат грома пронесся над головой, и мне показалось, что даже земля задрожала. Я поежилась и поспешила к харчевне, где была назначена встреча. Деревянные уютные домики, в которых обычно проживали уважаемые, закончились у очередного переулка, а дальше начинались постройки с обшарпанными, потрескавшимися стенами. Восточная окраина города принадлежала низшим и отверженным. Несколько кварталов, разделенные широкими разбитыми дорогами, остались позади, и я вошла в небольшой сквер. Ощущение слежки только усилилось, поэтому я решила срезать путь и свернула на узкую тропинку. Тут часто встречались мертвые деревья: сухие ветки без листьев оплетенные растениями, стволы с огромными трещинами от корней, кора с черным мхом, медленно вытягивающим жизнь.

Я обернулась на треск. Никого. Вновь грохот раздался с небес, а порыв ветра швырнул песок в лицо. Я поморщилась, срывая с волос прилетевший сухой листок. Покачала головой и, собираясь продолжить путь, снова развернулась. Среагировала на незнакомца моментально, но он оказался быстрее. Ухватился за мою шею, а второй рукой направил на меня стрелу, наконечник которой был окрашен в неприятный зеленоватый цвет. Отравлен. Я выставила руки ладонями к парню, даже не пытаясь дотянуться до небольшого кинжала.

— А может, сначала договоримся? — прохрипела я, пытаясь угадать, кто передо мной и кому я перешла дорогу.

Никого не опаивала, нигде сильно не светилась, даже не грубила никому. Не из-за Кеши же. Точно! Я пробежалась взглядом по шан’ниэрду. Если под темной курткой и был спрятан гильдейский знак, который, может быть, мне удалось бы вспомнить или узнать, то я его все равно не смогла бы рассмотреть. В белых волосах, частично собранных на затылке, тоже подсказок не оказалось. Но уже через мгновение я хмурилась, разглядывая светлые рога, плотно растущие к голове. Шан’ниэрды редкие гости в районе для бедняков и наемников.

— И как ты оставил свою бесценную Ивеллин? — спросила я, все еще надеясь, что дальше угроз у нас с Ромиаром не зайдет.

— Я не всегда рядом с ней, — тихо ответил он, также рассматривая меня своими желтыми, какими-то волчьими глазами.

— Отпусти, ладно? — я осторожно потянулась к его руке, но он лишь сильнее сдавил мою шею.

Стало больнее, и я скривилась, в этот же миг Вольный отпустил меня и отступил. Он прокрутил пальцами стрелу и ловко вернул ее в колчан. Я отступила на пару шагов и осмотрелась: вокруг ни души, мрачная предгрозовая атмосфера еще больше угнетала обстановку.

— Чего ты хочешь? — прямо спросила я.

— Ты откажешься от этой глупой сделки, — произнес он, уже прокручивая в руках дротик.

— Почему ты против?

Мне хотелось обнять себя и уйти от него как можно быстрее и подальше. Его светлая кожа была словно пепельной, отчего глаза, казалось, светились. Слишком выделялись. И теперь, когда он смотрел исподлобья, я наверняка знала: проще закончить жизнь самоубийцей, чем перебежать Ромиару дорогу.

— Я не торгуюсь с тобой, а говорю тебе, как ты поступишь, — прошел он немного в сторону, при этом не отводил от меня взгляда.

— Мне интересны причины, — еще на шаг отступила я. Кейел теперь вспоминался мне душкой и лапочкой. — Всего лишь интерес.

— Не откажешься, — истолковал он по-своему.

Я рванула назад и на ходу выхватила кинжал из ножен. Вот только воспользоваться не сумела, была сбита с ног. Земля пошатнулась перед глазами. Я упала, но мгновенно извернулась, повернулась лицом к Вольному. Он размахнулся и ударил. Оцарапал мне щеку дротиком, ухмыльнулся и отступил. Я сидела на земле и смотрела, как он наблюдает за мной. Пыталась понять, что меня ждет, и с самого начала ощущения мне не понравились.

— Ты хочешь убить меня? — нахмурилась я, прикасаясь к царапине. Словно лидокаина вкололи.

— Я хотел убить тебя — я убил тебя.

— За что? — спросила я, хотя мне уже было все равно.

Мысли путались. Я так и не вернулась к родным. Елрех придется идти к защитникам и заявлять, что я пропала. Интересно, хоть какие-нибудь духи отомстят за меня? Ненавижу Фадрагос.

Голова закружилась, во рту словно соли насыпали. А еще вкус железа. Кровь.

Почему Ромиар молчит? Нравится наблюдать молча?

Я взглянула на него сквозь мерцание черных точек в глазах. Он выглядел… испуганным? Растерянным? Перчатка валялась у него возле ног, а на светло-серой коже пальцев выделялась такая же, как и у людей, кровь. Он слизывал ее с губ и, кажется, пытался устоять на ногах.

— Что это за метка? — бросился он ко мне, показывая ладонь.

В глазах мир задвоился, но я рассмотрела черные полосы: две параллельные тянулись на всю ладонь, и одна ровно пересекала обе.

— Что ты сделала?! — ухватившись за ворот моей куртки, зашипел он мне в лицо.

Я медленно проваливалась в темноту. Последнее, что я сумела рассмотреть, как Ромиар суматошно копается в небольшой сумке.

Очнулась, по ощущениям, фактически сразу, прекрасно помня все произошедшее. Вольный сидел рядом со мной и обеспокоенно вглядывался в мое лицо. Даже любезно голову поддерживал.

— Пей. Это обычная вода, — поднес он бурдюк к моим губам, и я не отказалась от пары глотков. — Противоядие подействует быстро и уже скоро от яда даже голова не будет кружиться. Последствием для нас останутся только порезы на лице. Заживать будут долго.