Когда распускается горецвет - Клара Колибри

— Посмотрю, что узнают про нее мои подчиненные, а там и приму решение, когда совершить арест. Но сначала… да, она та еще затейница, но и я иногда совсем ни прочь поиграться. По своим-то правилам… отчего не сыграть?

А как лег, то сразу заснуть не получилось: в крови разгорелось возбуждение. Оттого закинул руки за голову, лежа в широченной кровати своих личных апартаментов во дворце, и смотрел в потолок. Там шевелились тени от колышимых ветром крон деревьев. Генерал следил за ними широко открытыми глазами и строил планы. Как отомстит ведьме за то, что она на какое-то время владела его мыслями? А за то, что каверзно продвигала на отборе в жены вовсе неугодную конкурсантку?

— Чего придумала! Еще никто не смел лезть в мою жизнь! Дьявол, я, кажется, не прочь поторопить завтрашний день. Точно, мне не терпится схватиться с этой коварной особой…

На каком-то там по счету воображаемом варианте, как станет наказывать ведьму, мысли Северина свернули не туда. Он отчего-то принялся припоминать плавные линии и изгибы соблазнительного тела девчонки. То они возникали как бы освещенные ночным светилом, то…

— Дьявольщина! Надо кончать думать о ней и дать себе отдых. Или… а может, Филипп прав? Мне действительно пришла пора… жениться? И тогда в окне моего замка на колышущейся от заигрывающего с ней ветерка занавеске проявится подобная будоражащая воображение тень…

А когда проснулся утром, припомнил предстоящий арест ведьмы, и от того губы Северина как-то сами разъехались в довольной улыбке. Вот он решающий день, наступил. Легкой, но в то же время энергичной походкой направился в ванную комнату, там, было дело, подмигнул своему отражению в зеркале, когда брился. В общем, настроение имел отменное. Одевался потом, как ни странно, очень придирчиво. Лорд Ноймен дважды отклонил предложенные камердинером сюртуки, остановившись только на третьем, и трижды менял шейный платок. Разумеется, Ерс начал на него коситься.

— Вас что-то беспокоит, господин? — не удержался от вопроса слуга, когда наблюдал за генералом, надолго задержавшимся около ростового зеркала. — Что-то не так?

— С чего взял? — лорд перевел взгляд на слугу, но тот понял, что в мыслях хозяин находился по-прежнему где-то, а не в личных апартаментах. — Что мне уже одеться по-модному нельзя? И разве, это не отбор, устроенный для меня?

После таких слов брови Ерса уже откровенно полезли на лоб.

— Неужели, и правда, решили обзавестись супругой?

Неслыханная дерзость, конечно, так вести себя слуге с хозяином, такие вопросы задавать, но эти двое были вместе, сколько себя помнили, то есть с детства. Вот преданный камердинер и был всегда в курсе планов генерала, и, насколько знал, женитьбы в ближайшее время в них не значилось. Пойти на уступки требованиям короля — да, идти к алтарю сдаваться — нет. Поучаствовать в отборе, это «пожалуйста», дать себя окольцевать генерал не желал категорически… еще вчера.

— Черт его знает, Ерс!.. — запустил Северил руку в волосы, отводя пряди ото лба назад. — Столько лет все воюю и воюю. Смотри, у меня на висках появилась седина…

— Но, милорд! Это же не от старости, а постоянного напряжения сил и нервов.

— Да, для мужчины мой возраст то, что надо, самый расцвет. Так, может, и заиметь хозяйку замку, пока силен и привлекателен для противоположного пола?

— Да вы, с вашей-то статью, а к тому же еще и титул с состоянием учесть следует, всегда будете для них притягательны. Разве же при таком раскладе может женский интерес стать меньше?

— Но у меня тогда в доме появится уют. А жена потом подарит… сына.

— Погодите, милорд! Вы конкретно, о какой невесте сейчас говорите? Насколько помню, на отборе лидирую две дорины. Это…

— Сам знаю, кто это! — нахмурился теперь генерал и как бы начал возвращаться в реальность, а не витать в каких-то там своих видениях.

— Вот! — всплеснул руками Ерс. — Одна из них хороша, спору нет. Вся такая красавица! И по стати очень даже подходит такому вояке, как вы.

— Она еще и умна, друг мой, — кивнул камердинеру Северин, — это я выяснил на вчерашнем свидании.

— Да, да! Она бы, так думаю, подошла. Но другая…

— Та просто недоразумение какое-то, а не невеста. Здесь с тобой целиком и полностью согласен.

— Вот! Я о том же. Но ведь Их величества…

— Да, — лорд поморщился, — Их величества вчера выслушали мои возражения и княжны Лаурель тоже и обещали объявить свою волю сегодня.

— А что, если…

— Примут сторону этой канарейки, беспрестанно глупо и невпопад чирикающей? Не смеши меня!

— Но она по слухам очень близка с королевой. Уж точно не знаю, в чем дело, но может такое быть, что ваши возражения против ее участия в отборе останутся неучтенными?

— Крупно сомневаюсь. Потому что я тоже, знаешь ли, очень близок… с королем. А сегодня еще намерен пойти на несколько свиданий. Как тебе смуглая восточная княжна? Хороша, правда?

— Так то, оно так!..

— Не хмурься. И не забывай, что предстоит еще один конкурс.

— Но говорят, что та желтая птица имеет прозвище «соловей».

— И что? Другие дорины бесталанные, что ли? Вот завтра девушки начнут за меня бороться, а я возьму и окажу повышенные знаки внимания одной из них. И вовсе не «желтку».

Северин предвкушал свой верх в возникшем споре с желтым недоразумением. И могло ли быть иначе, если обман и замену конкурсантки на состязании мог легко теперь доказать. Вот только подумать на эту тему и обсудить ее с Ерсом не вышло — посланник короля явился в генеральские покои.

— Его величество потребовал, чтобы вы немедленно явились, милорд.

— Что за спешка? У меня свидание с очередной невестой сразу после завтрака…

— Не могу знать, генерал. Мне велено сходить за вами.

— Хорошо. Я сейчас подойду. Пара минут ничего же не изменит?

Слуга вышел из покоев Ноймена с видимой неохотой. По всему, ему было дано указание с пометкой «срочно». Но Северин заметил входящего в его покои еще одного лица, точнее, своего подчиненного, принесшего сведения добытые наблюдением.

— Докладывайте! — бросил тому коротко.

— Объект точно готовится к отъезду, мой генерал.

— Как, к отъезду? Уверены?

— Так точно.

— Иди назад и передай людям, чтобы продолжили наблюдать. И в пределах столицы девчонка может передвигаться свободно…

— А если за городскую стену?..

— Тогда задержать. И послать мне весть. Меня вообще постоянно держать в курсе, что там у вас творится. Ясно?

— Так точно. Разрешите исполнять?

К покоям Его величества лорд Ноймен продвигался грозовой тучей. А все потому, что в голове его так и роились тревожные мысли, что девчонка, бывшая горничной княжны Лаурель, могла выкинуть еще какой-либо финт. Желтку было бы выгодно, чтобы та вообще пропала. Северин предвидел, что рыхлое недоразумение могло приняться утверждать, будто знать не знала ту златовластку с обалденно притягательными ножками. Но с ним такое не пройдет. Определен но не пройдет!