Начало пути - Анатолий Радов

– Нет, Порядок.

– Мне Альтор рассказывал о «невидимости» на основе Воздуха.

– На основе Воздуха это заклинание просто отвратительное. Я бы даже «невидимостью» его не назвала. Предмет сквозь потоки проглядывает – какая ж это «невидимость»?

– У-уу, – протянул я. – И вы, наверное, ставите его каждый день?

– Зачем? – Бабуля кивнула в сторону меча: – Подойди, проведи пальцем по рукояти.

– А можно?

– Ну, я же разрешаю. – Руна улыбнулась.

Я поднялся, подошел и провел по рукояти туда-сюда. Бабуля вывернула голову и смотрела на мои действия с улыбочкой.

– Да не там, – хмыкнула она, когда поводя еще пару раз вверх-вниз, я замер с бестолковым лицом. – С другой стороны.

Провел с обратной стороны и сразу ощутил. У самой гарды был бугорок – гладкий, выступающий миллиметров на пять.

– Камешек? – догадался я.

– Он самый.

– Круто. – Я причмокнул губами, выражая восхищение. – А почему заклинание Порядка лучше такого же из стихийной ветви?

– Тебе Альтор разве не рассказывал? – удивилась Руна. – Он же вроде как магистр.

– Он магистр-стихийник. Но в теории, конечно, знает обо всех ветвях. Собирался рассказать, но… – Я вздохнул. – Вирону вдруг приспичило отправить меня на это мерзкое задание.

– А ты и вправду верил, что Вирон снимет с тебя клеймо, если ты убьешь девчонку?

Я задумался на пару секунд, пожал плечами:

– Вначале да. Я думал, что нужно будет убить кого-нибудь серьезного, и Вирон просто решил сэкономить на убийце. Ну, грохнули бы меня…

– Если бы тебя грохнули, то по клейму определили, что ты принадлежишь Вир’Сторам. Да ты и сам понимаешь. Вероятно, именно на это твой хозяин и рассчитывал.

– Не говорите так больше, – перебил я. – Ненавижу это слово – «хозяин».

– Хорошо. Вероятно, Вирон рассчитывал, что по клейму определят, кому ты прина… чье на тебе клеймо. Хм. Выходит, он просто хотел найти повод, чтобы сцепиться с Гарами.

– Не в его пользу такой повод.

– Если подготовиться заранее… обзавестись поддержкой местных лурдов, а также городского пфаль-лурда или даже самого Повелителя Ольджурии… Да и представить произошедшее можно совсем с другой стороны. Например, люди Гаров выкрали тебя, привезли в дом хозяина и там убили, а потом Гары заявили, что ты пытался зарезать их дочь. Кстати, я узнала осторожно – Вирон своего сынка к Марише не сватал, так что убийство девочки только запутало бы истинный след.

– И как же вы это узнали «осторожно»? Черт! – Я отдернул палец от клинка. На подушечке указательного в одну секунду набух красный шарик и тут же прорвался – струйка крови потекла вниз.

– Что такое? – Бабуля быстро приподнялась и посмотрела на мою руку. Потом схватила ее и притянула к себе.

– Острый какой, – протянул я, выдавив извиняющуюся улыбку.

– Я же тебе говорила – только рукоятку трогать. – Руна покачала головой и стала водить своей ладонью над ранкой.

Я удивленно замер:

– Вы что, еще и целительной магией владеете?

Но Руна мотнула головой, мол, не отвлекай. Ее лицо стало очень серьезным, губы стиснулись. Она водила почти полминуты, пока наконец кровь не перестала течь. Я наслюнявил указательный на левой и принялся оттирать кожу на второй фаланге, боясь задеть ранку, но Руна, тяжело выдохнув, легонько стукнула меня по затылку. Привычка у нее, наверное, такая.

– Не бойся. Стирай все, – сказала она, улегшись, снова быстренько взбив перед этим подушку. – Ранки нету.

Я аккуратно попробовал. Действительно, никакого пореза.

– Так вы что, и целительную магию знаете? – повторил я вопрос, принявшись безбоязненно оттирать палец от засыхающей крови.

– Только одно заклинание. Да и то для небольших ранок. Владение целительством предполагает определенный дар. У меня на это простенькое плетение сил уходит больше, чем на «молнию» четвертого круга или на «иллюзию».

Я молча кивнул. Альтор говорил о том, что целительство и магия Крови – не для всех. Без определенного дара, увы, не обойтись. В первом случае, он просто дается с рождения. Случайным образом. Во втором, нужно быть благородных, или, как говорят здесь, – «белых» кровей.

Поэтому всё, что ты можешь, – это стихийные ветви. Если есть способности, изучишь полностью одну из ветвей, до седьмого круга и станешь архмагистром. Проще было бы называть «архимаг», но здесь почему-то такого сокращения нет, так и называют полностью – архмагистр. Альтор, к сожалению, до таких высот не дорос, ограничившись пятым кругом Воздуха, четвертым Воды и третьими кругами Огня и Земли. Магистр начинается с владения пятым кругом хотя бы одной ветви, архмагистр – с владения шестым. Не знаю, по какой причине Альтор не продолжил совершенствоваться, но примерно понимаю.

Мы вон с Серым пару лет качалкой серьезно занимались. Жим лежа с сорока до девяносто пяти килограмм за год всего подняли. Шло как по маслу, а потом… а потом вдруг застряло. Видимо, природный ресурс подошел к высшей отметке, и дальше нужно было «рвать». Рвать этот барьер, стиснув зубы, обливаясь потом, сначала с помощью читтинга, потом чисто. Но нам не хватило упорства, и мы потихоньку забили на это дело. Ибо довесить на штангу всего пять килограмм за семь месяцев – это уже несерьезно.

С магией я почувствовал то же самое. «Молнию» первого круга научился плести за месяц, второй круг – уже в два раза дольше, а на третий ушло полгода. И это притом, что Альтор на полном серьезе уверял меня в моих врожденных ресурсах и способностях. Говорил, что он сам до третьего круга добрался только через два с половиной года обучения. Может, и подстегивал просто, хотя… лучше это делать все же критикой.

– А магия Света? – спросил я после непродолжительного молчания. – На нее также нужен особый дар? В смысле мне Альтор объяснял, что, не разобравшись в основах стихий, с ветвями Света и Порядка лучше не связываться. Можно такое наплести, что самому себе навредишь, а то и убьешь.

– Глупость. – Руна улыбнулась. – Твой магистр был просто лентяем. Не добрался до Света и Порядка, вот и наплел тебе про них околесицу. Видимо, чтобы оправдать себя за неумение ими пользоваться. Навредить самому себе можно и стихийными заклинаниями, если делать все абы как.

– Но ведь то, что для этих ветвей нужно знать хотя бы немного стихийную магию, – это же так?

Руна кивнула, поднялась и присела на краешке кровати. Обернувшись, она потянулась к рюкзаку и, покопавшись в нем какое-то время, извлекла клубок серых толстых ниток. На вид шерстяных. Потом достала длинный футляр, обитый бордовым бархатом; а я невольно улыбнулся – такой же футляр был у моей бабушки. Как и предполагалось, в нем оказались спицы. Разной длины и формы, всего шесть штук. Взяв две обычные прямые, Руна закрыла футляр и отложила его в сторону. Я смотрел с интересом, как она принялась вязать. Прошла один рядок, второй. Через пару минут у нее в руках был связанный квадратик.