Вы все жжете! Часть 2 - Бронислава Вонсович

Я уже немного успокоилась, вспомнила, что метку поставил не только Антуан, но и я сама аж на троих, о чем решила не сообщать, как и о том, что первую метку поставил не Антуан, а Шарль. Ситуация вырисовывалась деликатная: если дежурный преподаватель вдруг обнаружит мою метку, отговориться ревностью не получится. Зато стало понятно, почему столь полезные заклинания не слишком распространены. И их наверняка не проходят в академии. Во всяком случае, маги, собирающиеся нести гражданскую службу. С другой стороны, та, которой меня научил Франциск, может и не определяться обычным магом. Королевская, как-никак. Но проверять почему-то не хотелось.

— Действительно, жаловаться на жениха нехорошо. Новую могу и я снять, — неправильно понял мои сомнения Пьер-Луи. — Это несложно. Старую уже не подцепить, да она и сама уже почти развеялась. Так как?

Я опять задумалась, снимать ли вторую, поставленную Антуаном. С одной стороны, надо бы, но с другой — ему ничего не стоит поставить новую, о которой я уже не буду знать. Нельзя же постоянно пользоваться услугами инора, влюбленного в подругу?

— Но тогда Антуан точно появится, чтобы узнать, почему пропала метка, — возразила Люсиль.

— И поставит новую, — согласилась я. — А мне бы без него попасть домой. И желательно, чтобы он вообще про это не знал.

Конечно, можно воспользоваться порталом, который всегда при мне, но дедушка сказал его не светить и использовать лишь в крайнем случае, которым не может считаться удовлетворение собственного любопытства, пусть даже оно не дает спокойно жить и постоянно подгрызает изнутри. Да и заряжается этот артефакт очень уж долго. Нет, его нужно использовать только в самом крайнем случае.

— Пьер-Луи что-нибудь непременно придумает, — убежденно сказала подруга.

Пьер-Луи, в планах которого было примирение с ней, а никак не помощь мне, только вздохнул, но задумался. В конце концов, когда девушка, в которую влюблен и с которой хочешь помириться, смотрит на тебя таким взглядом, мозги должны работать с удвоенной скоростью. Или даже с утроенной.

— Тебе сколько времени нужно?

— Хотя бы полчаса. Да, — я энергично кивнула. — Полчаса непременно хватит.

— Тетрадь дай.

— Какую?

— Любую. Потом верну. Мы же в читальный зал. А там магичить нельзя. Значит, нужно сделать все здесь.

— Все — это что? — подозрительно уточнила я. — У меня при себе нет ненужных тетрадей.

— Она вернется в целости и сохранности. — Пьер-Луи клятвенно приложил руки к груди. — Мы сейчас перенесем на нее твою метку, а на тебя поставим отвод глаз. Сходишь по своим делам — метку вернем на место. И никто не узнает, что ты была без нее.

На него с восхищением посмотрела не только Люсиль, но и я. Какой талантливый и разносторонний молодой инор! И какой широкий диапазон знаний! Впрочем, было бы странно, не нахватайся Пьер-Луи полезных вещей от дяди. Дядя — один из лучших магов королевства и наверняка щедро делится знаниями с племянником. Во всяком случае, у меня создалось впечатление, что видятся они часто, а при частых встречах непременно должны прилипать и разнообразные знания.

Но Дюваль на этом не остановился. Он еще создал сложный фантом, который остался в читальном зале вместо меня. Как с гордостью пояснил поклонник Люсиль, при необходимости фантом может выдать даже пару фраз моим голосом. Всех троих: Люсиль, Пьера-Луи и фантом — я оставила в читальном зале в компании с жизнеописанием Карла Благочестивого, в которое я все-таки заглянула перед уходом. В самый конец, только чтобы выяснить, что этот монарх действительно никуда не пропадал и умер в глубокой старости в кругу семьи. Значит, в моем монастыре в потайном переходе лежит совсем не он.

Отвод глаз сработал лучше некуда, и до дома де Кибо я добралась не только никем не остановленная, но и не замеченная, сразу воспользовалась телепортом и буквально через пару минут уже стояла перед дедушкой.

— Что-то случилось? — обеспокоенно спросил он.

— Случилось. У меня появились вопросы. Срочные вопросы.

— Все вопросы, не касающиеся короны, по определению не могут быть срочными, — хохотнул Франциск.

— Так они и касаются, Ваше Величество. Ваша дочь не ушла в монастырь, а вышла замуж, — выпалила я. — Правда, дедушка?

Он с интересом на меня посмотрел, улыбнулся и кивнул. Значит, все, что говорил Шарль, правда?

— Огонек, — заволновался призрак, — если ты потом скажешь, что пошутила, я никогда тебе этого не прощу. Но если ты не шутишь и она вышла замуж, значит, у нее могли быть дети?

— По крайней мере один сын есть. А у этого сына есть внучка. Поскольку он, — я указала на усмехнувшегося дедушку, — вам внук, то вы мне, — я невольно хихикнула совсем как Люсиль, — прапрадедушка.

— Что?! — взвился призрак. — Что ты несешь?

— Принцесса Валери поменялась местами со своей подругой. Та была влюблена в отца дедушки, но…

— Нет, — неожиданно сказал тот.

— Как нет? — опешила я. — Ты же только что подтвердил?

— Подруга моей мамы была невестой старшего брата моего отца. Она его очень любила, и когда тот погиб в результате несчастного случая, решила уйти в монастырь. Мама ее отговаривала, но когда поняла, что решение окончательное, то…

— Подождите. — Призрак метался между мной и дедушкой, вглядываясь в наши лица. — Это действительно правда? И вы мои потомки?

— Ваше Величество, — укоризненно сказал дедушка, выглядящий куда старше своего предка, — вы могли бы давно об этом догадаться. Нельзя закрыть призрака от его родственников. Они будут видеть.

— Но мажонок… — растерянно сказал Франциск. — Он что, тоже мой потомок?

— Определенно, нет.

— Но он же меня видит? Робер, как это тогда возможно?

— А еще вас видит Его Величество Филипп Второй.

— Потомок Анны? Конечно! — Франциск стукнул себя по лбу, не причинив, впрочем, себе ни малейшего неудобства: кулак просто частично зашел внутрь его же. — Из-за заклятия Анны или ее сестры меня могут видеть только мои потомки и их.

— В точку, Ваше Величество!

— Но тогда получается, что Шарль — это принц Филипп? — внезапно изменившимся голосом сказала я.

— Получается, — согласился дедушка.

— Но он точно без личины, — заметил Франциск. — В этом меня не обманешь!

— Зато на официальных мероприятиях принц наверняка под личиной, чтобы никто не усомнился в родстве с Лиденингами.

— Так вот почему он так интересовался поцелуем Соланж и Антуана! — осенило меня.

— Да, влюбленность его невесты в другого — это проблема правящего дома, — заметил дедушка. — Но отказаться он не может.

— Почему? — воодушевился Франциск. — Это раньше я не знал, что есть Лиденинг, способный полностью вернуть контроль над Королевским Сердцем, и был готов смириться со столь неподходящим браком. Но сейчас, сейчас, когда у нас есть фактически наследница, которая может заявить права на трон…