Шанс для дознавателя - Варвара Ветрова

На этом разговор закончен — инквизитор прощается и в трубке раздаются гудки.

Отойти я не успеваю — передатчик пищит вновь. И на этот раз я слышу уже знакомый голос…

— Мейделин?

— Риндан… — я пытаюсь справиться с дрогнувшим тоном, но мне не удается, о чем свидетельствует следующая фраза инквизитора.

— Что случилось? У тебя все хорошо?

— Д-да, — я киваю, плотнее кутаясь в шаль, — устала просто. Как ты?

Поверил. Или сделал вид, что поверил.

— Все в порядке. Звоню сообщить, что вернусь к утру. Заеду за тобой в девять, будь готова.

— Риндан, я не успею к девяти, — сообщаю я и кратко, насколько это возможно, описываю ситуацию с Террой.

И сразу слышу решение.

— Не нужно, лучше выспись. Я буду в крепости к утру, привезу её сам.

— Хорошо, — несмотря на странную информацию от Ирмиса, меня все-таки тянет на улыбку, — спасибо. Что мне с собой взять?

— Что посчитаешь нужным, — связь резко становится хуже: шипение и хрипы заставляют Максвелла ускориться, — мы едем с ночевкой, имей в виду. Я не намерен трясти тебя по колдобинам шесть часов. Мейделин… я должен идти. Уви…

Связь прерывается, оставляя меня в прострации, в которой единственное, что соединяет с реальностью — тяжелая трубка передатчика у уха.

Утром меня будит хлопок двери и приглушенные голоса внизу. Я некоторое время лежу неподвижно, пытаясь осознать себя в этом мире, но затем любопытство берет свое — я отбрасываю одеяло и быстро меняю ночную рубашку на платье. Вовремя — стоит мне потуже затянуть пояс, как дверь спальни открывается, являя мне Риндана.

— Мейделин, — улыбается он, ступая внутрь, — проснулась уже?

Даже вчерашний разговор с Ирмисом забывается, стоит мне увидеть Максвелла. Ироничный прищур зеленых глаз никуда не делся — только под глазами залегли темные круги.

— Ты что, не спал?

— В дороге успеется, — пытается отшутиться мужчина, в два шага достигая меня.

Я отвечаю на нетерпеливый, но безумно нежный поцелуй со всей горячностью, на которую способна. От Максвелла пахнет морозом и табаком — хоть я готова поклясться, что он не курит.

— Я тебе горничную привез, — шепчет он, с видимой неохотой отрываясь от меня, — иди вручай бразды правления.

Терра обнаруживается в прихожей — девушка неловко мнется, но, увидев меня, тут же расплывается в улыбке. Вокруг да около я ходить на намерена — стрелка часов неумолимо движется по кругу, а до Нойремштира порядка трех часов езды. Поэтому я быстро прохожусь по основным моментам включения воды и отопления дома и, миновав короткий коридор, распахиваю дверь во вторую спальню.

Комната действительно маленькая — сюда только и помещается, что кровать, небольшой шкаф и стул. Зато окно выходит на задний двор с яблонями, да и сквозняков нет — не зря же плотник осенью конопатил щели. Но Терра, кажется, в восторге — она проводит рукой по выбеленной стене и, кажется, сейчас расплачется. Растерявшись, я смотрю на неё:

— Что случилось?

Она качает головой:

— У меня никогда раньше не было комнаты.

Мне нечего на это сказать. Невнятно пригласив девушку располагаться, я вылетаю из спальни и, пулей поднявшись на второй этаж, принимаюсь за сборы. Мои глаза, кажется, тоже сдвинулись в сторону мокрого места, но я старательно отвлекаюсь муками выбора. Наконец, сумка готова. Стянув завязки, я подхватываю со стула одно из своих домашних платьев и, спустившись вниз, стучусь к своей новой горничной. Та открывает сразу же и по припухшим глазам я сразу понимаю — потоп сдержать не получилось.

— Ты говорила, у тебя нет вещей, — мягко произношу я, — возьми пока это платье, оно чистое, а там разберемся. Меня не будет до завтра, продукты на леднике. Отдыхай и отсыпайся.

Терра благодарит долго — даже пытается изобразить книксен, но я быстро пресекаю это безобразие. Максвелл не вмешивается — стоит у вешалки, привалившись к двери и, кажется, даже наслаждается воцарившейся суетой. Лишь когда от калитки доносится звон колокольчика, инквизитор все-таки оживает:

— Мейделин, нам пора.