Приключения архивариуса - Анна Дашевская

Портал схлопнулся, и я уже привычно закрыл глаза, пережидая яркую вспышку. Потом спустился в кухню.

– Пьер, я буду работать в библиотеке.

– Да, господин Дюпон.

– У меня очень важное задание, поэтому дверь я запру изнутри и попрошу меня ни в каком случае не беспокоить.

– И к обеду не звать?

– И к обеду не звать. Даже если я его пропущу, потом найду что-нибудь.

– Так может, я тогда к сестре в деревню пойду пока? Ворота запру, что поесть, вы в холодильном ларе возьмите… А вечером вернусь и ужин приготовлю.

Отвод глаз с двери потайного кабинета я снял легко, даже не без некоторой лихости. Поднялся на три витка лестницы, спустился в подвал, вошёл и зажёг все светильники, найденные в прошлый раз. Конечно, я волновался – это же не просто несколько книжных шкафов и большой стол, это рабочий кабинет мага. И в шкафах – я посмотрел вчера! – хранится такое, что многие библиотеки передрались бы за эти тома. Очень хотелось продолжить изучение и составление каталога, но я себя одёрнул. Вначале задание номер один, поиск дневников, потом номер два – шифры. А вот если время останется, тогда…

Значит, дневники. Уточняю: более ранние, чем найденный нами. А интересно, какой отрезок времени охватывает эта нетолстая тетрадочка?

Открыть?

Госпожа Редфилд это сделала. Пальцы ей не откусило, никаких неприятных эффектов не последовало. Значит, и я могу попробовать. Не стану лукавить, сердце у меня замерло, а потом решительно двинулось в пятки, когда я надел тонкие хлопковые перчатки, положил тетрадку на стол и открыл.

Ну, одно радовало: буквы были знакомые. Правда, прочесть это было невозможно, текст шёл сплошным потоком, без пробелов и каких-либо знаков препинания. Я попытался вычленить хоть одно знакомое слово, перелистнул… словно в насмешку. В самом низу страницы нашлась дата, чётко написанная на всеобщем: двадцать третье января 2180. Ага, то есть, эта тетрадь охватывает четыре с лишним года…

Ну что же, если одиннадцатый граф де Буа-Жибо придерживался той же лаконичной манеры записи и раньше, мне предстоит отыскать чуть менее пятидесяти тетрадей. Да поможет мне Тимофей Фиванский, покровитель библиотек!

Личное дело покойного графа оказалось неожиданно толстым, Лавиния даже удивилась: она ожидала стандартной папочки, а ей выдали целую стопку, да ещё и плюс кристалл. Сотрудник архива сказал:

– Здесь хранятся магоснимки. Будьте осторожны, это единственный экземпляр.

Она снова поморщилась от его скрипучего голоса. Пока несла всё полученное к дальнему столу, успела подумать, что этот архивариус ведь совсем не стар, ему лет сорок-пятьдесят, но он будто весь съеден пылью. «Ведь и Дюпон вполне может стать таким, – внезапно пришла ей в голову мысль. – Или уже не сможет? Кажется, я его растормошила, теперь надо не упустить процесс».

Она свалила добычу на светлое дерево стола и огляделась.

Большой читальный зал архива военного министерства находился в полуподвале, и здесь даже в яркий августовский день было темновато. За несколькими столами работали посетители, и рядом с ними тьму разгонял свет настольных ламп под зелёными абажурами. Было так тихо, что госпоже Редфилд захотелось совершить что-нибудь хулиганское и здесь, безусловно, запрещённое – громко прокуковать, например, или с треском хлопнуть по столу. Ухмыльнувшись, она уселась поудобнее и ещё раз осмотрела материалы.

Записывающий кристалл с картинками.

Четыре набитых папки, на обложках даты – с две тысячи шестого по две тысячи шестнадцатый, с шестнадцатого по двадцать шестой, потом следующие десять лет, по две тысячи тридцать шестой… Последняя, на которой отчего-то была обозначена лишь начальная дата, оказалась самой толстой, и Лавинию кольнуло любопытство. Определённо, там внутри её ждёт что-то интересное…

Первые десять лет проскочили легко: годичные курсы в военной академии, служба в штабе округа, перевод в другой штаб с повышением… Вторая папка тоже ничего увлекательного не содержала – рапорты, повышения, переводы с места на место. Две дуэли, обе до первой крови. Отпуска в собственном поместье. Обычная скучная жизнь мелкого военного чиновника.

Всё изменилось в две тысячи тридцать третьем, как раз когда начались стычки на границе Союза королевств с Парсом. Назвать это военными действиями было нельзя, но в те времена Лавиния несколько раз побывала в этих местах, находя и обезвреживая поганые магические сюрпризы, и точно знала, что там творилось. До полноценной войны оставались сущие пустяки, и только внезапная смерть шаха Дадунхая III и смена династии это остановила.