Я (не) ваша Лия! - Илана Васина

— Куда, милок, засобирался-то? В расставленные силки забиться невтерпеж?

Ардо нахмурился и пытливо уставился старухе в глаза. Что стоит за ее словами? Угроза? Предупреждение? Недобрая шутка? Или причина проста — знахарка боится, что он уйдет, не заплатив?

Он нащупал отощавший кошель под рубахой, достал оттуда пару талов и протянул бабке в оплату ее трудов, но та морщинистыми, сильными пальцами отвела его руку.

— Не нужно мне твоих денег. Ты, милок, лучше такую вещь мне скажи! Знаешь ли ты, что на девке твоей печать заклятья лежит?

— Какого?

— Она всем ближним одно лихо несет. Девка-то добрая, ладная. Но против печати разве попрешь? Ты, горемычная, ведь и сама замечала: куда не примкнешься, людям одни беды с тобой, — обратилась старуха к Ринке и та снова вздохнула. — Но ты не горюй, девка! Я тебя к себе возьму, так и быть! Есть у меня защитный амулет. Печати с тебя не снимет, но меня от него охранит. Будешь мне помощницей на старости лет. Травки тебя научу собирать, врачевать научу. Чую, есть в тебе задатки.

— Кто наложил на нее заклятье? — полюбопытствовал Ардо.

— Ведьма, кто ж еще? — подивилась вопросу знахарка.

— Ведьма наложила, ведьма и снимет.

— Ну, как хошь, миленький. Дело твое… Или можа всетки отдашь? Куда девку с собой-то потащишь? Что тебе до нее? Чай не родная тебе?

Ардо помолчал. Даже не увидел — почувствовал, как в этой нависающей тишине у Ринки уныло поникли узкие плечики и подурнело от грусти лицо. Снова оказаться брошенной да еще в столь сомнительном месте — радости маловато.

— Я за нее отвечаю.

— Ладно. Ну отвечай тогда дале, коли так сильно хошь. Раз уж я такая щедрая сегодня, дам те, миленький, добрый совет. Коли надобно вам через границу перейти, на заставу идти не советую. Село у нас приграничное, мы первее всех новости узнаем. Люди сказывают, что какой-то фрийский душегуб вчерася там толпу народа поубивал. Ищут его теперь. Награду предложили. Уж я-то их кровавыми монетами точно умываться не собираюсь, но других желающих вдоволь!

— И как он их поубивал? — натянуто поинтересовался Ардо, проверяя содержимое ситы. Облегченно выдохнул. Все при нем. Честная знахарка им попалась. Порядочная.

— Магией какой-то всех повзрывал. Все полегли.

Кивнул. Вполне предсказуемо. Не признаваться ведь народу, что левийские солдаты столько своих людей, взбунтовавшихся против решения лордов, положили! Всех нежелательных свидетелей небось уже тайная полиция к руками прибрала. Ну и как им теперь, после этого во Фрию перейти? Знахарка, будто подслушав его мысли, продолжила говорить:

— Есть один путь. Через Тощую Гать. Там забора магического нет — берегут власти энергас. Экономят. Поговаривали раньше, будто на дне Гати несметные сокровища спрятаны. Поначалу люди туда толпами валили, охотились за богатством. Но всякий, кто туда уходил, — больше не возвращается. Место гиблое, опасное. Потому люди туда и не суются. Своя шкура-то подороже всякого злата-серебра будет.

Ардо достал из кошеля три тала и вручил старухе. Сунул в ладонь и настойчиво зажал ей пальцы в кулак.

— Спасибо, мать. Если еще и амулет дашь защитный от печати заклятья, то и вовсе цены твоей помощи не будет!

— Да и не за что, милок, не за что. От моей главной помощи ты отказался. В нашем селе ведьмы-то нет, чтоб печать сняла… Амулет мой старый совсем, давным-давно его энергасом не заправляла. Только бесы знают, подействует ли… Как ты со своей бедовой девкой Тощую Гать переживешь — мне неведомо. Ты хоть кашу поди поешь! С набитым животом поди и помирать веселее… Щас вам хлебца в дорогу соберу и амулет разыщу. Вроде и лук у меня где-то завалялся со стрелами. Лучник у меня один раз лечился да так и не вылечился… Обожди-ка… Ох, кости мои старые!

Женщина прихрамывая отправилась перебирать чугунки на печи, бряцая ими друг об друга и что-то в них выискивая. Время от времени находила искомое, выуживала на свет и складывала в мешочек нечто, похожее на сухари разной степени давности. Ринка уселась на лавку по соседству и, наблюдала, как быстро он уминает безвкусную, еле теплую кашу.

— Она ккрасивая? Ттвоя невеста…

Ардо кивнул.

— Красивая. Очень.

— Почему она нне с тобой?

— Ей нужно время, чтобы решиться.

— На что решиться? Чтобы с тобой быть? Она совсем глупая, если сомневается!

— Не суди ее так сурово, — засмеялся Ардо. — Вот вырастешь когда, начнешь женихов выбирать — тоже сомневаться начнешь. Человека себе на всю жизнь выбрать — это тебе не козу подоить!

Ринка вспыхнула на секунду, потом отвернулась. Вздохнула горестно и попросила:

— Оставь мменя. Я одно ггоре ттебе приношу.

— Если строго рассудить, то почти про всякого можно такое сказать, — утешил ее новоявленный философ.

— Ддаже про ттебя?

— Даже про меня.

— Вврешь ты все! Тты ххороший.

— И ты хорошая. Только невезучая. Тебе со мной жутко не повезло.

— Да как ты такое выдумал?! Ммне?! С тобой?! Ты… Тты так от меня избавиться хочешь? Потому что боишься меня… Со мной остаться боишься!

— Остынь, дитя! — Ардо подождал, пока пылкие девичьи эмоции улягутся, пока худые кулачки перестанут взлетать возмущенно, и продолжил, — Не в том беда, что ты невезучая, а в том, что мне предстоит опасная дорога. Собой рисковать я привык, а детей подставлять под удар — совсем не дело. Наверно, права бабка… Лучше тебе с ней остаться. Здесь тебе будет спокойнее.

Глаза у Ринки опять налились слезами, тонкий ротик горестно скривился.

— Спокойнее?! Ты не можешь меня, как собачонку… Я не ребенок тебе! Не страшна мне никакая гать! Если бы ты знал только… Я тебе поверила, а ты! Все врут… И ты врешь… Если я обуза тебе, то честно скажи, без вранья! И я уйду тогда, глазом клянусь! — она даже указала, каким именно клянется, чуть не проткнув себе от избытка чувств правый глаз.

Ардо улыбнулся и задрал вверх ладони в знак капитуляции.

— Если хочешь рискнуть вместе со мной, воля твоя. Значит вдвоем пойдем… Хочешь, расскажу секрет?

Большие серые глазенки радостно зажглись в предвкушении чего-то интересного, и Ринка нетерпеливо закивала.

— Во Фрии, куда мы идем, магия не работает. Твоя печать тоже перестанет действовать. Никакой ведьмы не понадобится, лишь бы границу перейти!

— Ккак? Ссовсем не работает?

— Совсем.

— Там и магические способности не действуют?

— Не действуют. Жизнь без обмана и лжи. Это одна из тех вещей, за которые я люблю Фрию.

Ринка замолчала и мечтательно задрала глаза на потемневшие от времени потолочные доски. Будто видела там не паутину, не грязь, а свою новую, счастливую жизнь. Довольная улыбка преобразила ее лицо, приятно смягчив угловатые обычно черты. Пережить бы теперь Тощую Гать — и ее судьба начнется заново. Она опять взглянула на Ардо и поторопила: