Черный Дракон - Елена Коровина

— Знаю! — поняла Рина. — Сама сталкивалась. Вот недавно видела по телевизору актрису, которая уже умерла. То есть времена смешались. И получилось, что сначала она умерла, а потом уже вживую как-то ухитрились заснять её творческий вечер. И ведь никто не заметил!

— Потому что в погоне за наживой и карьерой люди вообще перестали замечать своё время. Нет его у них — они же вечно чем-то заняты. Им кажется, что время идёт так, как развивается их карьера. А на самом деле они просто теряют свою жизнь на бег по кругу. Ведь взобрался на одну вершину — отдыхать некогда, надо лезть на следующую.

— Получается, что время теряется, уходит сквозь пальцы. Перемешивается и путается.

— Умница! Отсюда людям кажется, что прошёл час, а на самом деле прошёл день. Или, наоборот, время тянулось так медленно, а прошло всего пару минут.

— Да, это понятно. Но разве с этим можно что-то поделать? И при чём тут древний бог Египта?

— Бог Тот (а может, он и не был богом, а просто великим изобретателем) понял, что время не всегда может справиться само с энтропией, устраиваемой людьми. И он создал пару простых инструментов, которые помогают времени прийти в себя, — перстень Времени Ал-Наг и закрепу Времени — аграф. В перстне заключены кольца времени. Когда время теряется, энтропия увеличивается, кольца начинают разваливаться. Вот смотри!

Доминик вытащил из-за пазухи кольцо. Рина ахнула. Нет, кольца она ещё не рассмотрела, но ведь ясно видела, что на шее Доминика не висело ничего — ни цепочки, ни ремешка. Да она заметила бы их, когда целовала или когда тыкалась лицом в его грудь. Так откуда же кольцо?

— Я храню его в сердце, — пошутил Доминик. — Но если честно, оно как чип, только я могу его вынуть. Вот!

Быстрым движением он поднёс перстень к груди, приложил к стороне сердца. И тот исчез. Губы Рины скривились. «Сейчас начнётся истерика по поводу моего нечеловечества», — подумал Доминик. Но Рина спросила невероятное:

— Тебе не больно?

— Немножко, но я привык… — Он сбился со своего рассказа. Не знал, как реагировать на её такие вопросы. Мало кто заботился о нём, Драконе. Его же считали зверем.

— Значит, ты — носитель Ал-Нага? — резюмировала Рина.

— Хранитель, — уточнил он.

— Дай взглянуть!

Доминик снова достал кольцо.

Тёмно-алый, не слишком приятный на вид змей, свернувшись в тугие кольца, обвился вокруг белого бутона и пытался удержать в зубах свой хвост. Но выходило у него это как-то вяло. Кончик хвоста уже выпадал из оскаленной пасти.

— Это Уроборус? — спросила Рина. — А почему у него хвост выпадает?

Доминик хмыкнул:

— Ты заметила? Обычно он держит его крепко. Но когда что-то случается со временем, подаёт знак. Показывает, что сил не хватает, чтобы удерживать время. А если хвост вообще выпадет и общее кольцо разовьётся — жди беды.

— Какой?

— Этого никто не знает. Может, человечество по обратному кольцу времён вернётся в каменный век. Может, планета вообще перестанет существовать. Но полного распада времён ещё не случалось. Мы всегда умели ухватить это «начало конца» и исправить. Ведь Ал-Наг, созданный Тотом, — отличный индикатор. По нему видно, когда следует вновь помочь Уроборусу свить тугие кольца и привести Время в порядок.

— Как это?

— Чтобы укрепить время, нужен аграф — заколка, закрепа по-старинному. Твоя бабушка и была Хранительницей аграфа. Теперь это ты.

— Я — Хранительница?! — У Рины чуть глаза на лоб не полезли. — Но бабушка ничего не сказала…

— Думаю, она боялась за тебя. Не хотела пугать, пока ты была маленькая.

— Чем пугать? Хранительница — это же почётно.

— Понимаешь, — Доминик обнял Рину, — не все хотят сохранить привычное время. Наше Братство распалось на Хранителей и Разрушителей ещё перед Французской революцией. А может, брожение началось и раньше. Говорят, уже перед казнью Карла I в Англии кто-то из Братства агитировал за то, чтобы навсегда отринуть старые времена и начать Новое Время.

— А это можно сделать?

— Наверное… Никто, конечно, не пробовал, но если вонзить заколку времён не в бутон, а в самого Уроборуса, думаю, он сбросит кольца и разовьётся. Ну а потом начнёт накручивать новые. Это и будет Новое Время. Только вот каким оно будет? Да и будет ли вообще? Во времена Французской революции адепты Нового Времени усиленно искали перстень с аграфом. Не побрезговали ни пытками, ни казнями. Но найти не смогли. Ал-Наг с аграфом оказались спрятаны надёжно. А потом Хранителям удалось вернуть расшатанное время в его русло.

— Получается, революции происходят, когда начинается временная энтропия? — догадалась Рина.

— Конечно! — Доминик кивнул. — И войны, и эпидемии. После таких глобальных ужасов возвращать время в привычное русло труднее всего. К тому же во времена катаклизмов появляется очень много тех, кто хочет сам завладеть перстнем Времени. Уж как они узнают про него, я не знаю. Но Хранителям приходится отбиваться. И их часто…

Рина ухватила без слов:

— Хранителей Ал-Нага часто убивают?

— Бывает… Адепты Разрушителей устраивают настоящие охоты. Но ведь Хранитель не один.

— Ты защищён силой Братства?

— Да!

— А Хранительница аграфа? А я?

Голос Рины дрогнул.

— Ты тоже! Разве бабушка не говорила?

— Говорила. Что ни с ней, ни с мамой, ни со мной ничего не может случиться. Но ведь она умерла… Почему же?!

И что ответить? Он только стиснул девочку, прижал к себе покрепче. Это ведь не коленку лечить. Тут душа и страх…

— Понимаешь, — проговорил Дракон, — все Хранители — люди. А люди умирают. Мы были уверены, что Варвара Петровна приготовила себе смену. Честно говоря, я думал, это твоя мама Светлина. Не предполагал, что это ты.

— Почему?

— Не знаю. Вернее, знаю. Я не хотел, чтобы это была ты. Я хотел, чтобы ты спокойно жила. Без всяких тайн и секретов. Влюбилась. Вышла замуж. Зажила счастливо. Нарожала детей.

Глаза Рины расширились.

— Дом. Дети. Кухня. Как в Средние века. Так?! Муж — глава и властитель. Так?! А обо мне ты подумал? О моих желаниях, мечтах?

— Я думал, что тебе именно этого захочется. Я старался оградить тебя. Да знаешь ли ты, что однажды, там, в парке, когда ты в самый первый раз разбила свою легендарную коленку, я наложил на тебя защиту — Оберег от несчастий?!

Рина побледнела:

— От несчастий или вообще от жизни? От всех?! Так вот почему парни, познакомившись со мной, подружив немного, уходили. Они не могли даже ничего объяснить. Просто уходили. Подруги давно вышли замуж, а у меня даже парня не было! Вот почему я клюнула на то Страшное Горе. А потом не смогла побыть даже с Олегом. А ведь он был таким хорошим!.. И нравился мне. Ты оградил меня от мужчин — зачем? Ты хотел быть единственным?! Но ведь тебя не было рядом! Да ты и не пришёл бы вообще, если бы не понадобился аграф!