Мирра. Сердце Зорры - Александра Аливари

— По-моему, вы слишком много на себя берете, адептка Эштер. Пытаетесь указывать мне, как учить студентов? — Декан демонстративно приподнял четко очерченную бровь.

Это движение стало последней каплей. В моей голове что-то отчетливо щелкнуло, и гнев, так долго копившийся внутри, поднялся высокой волной, захлестнув сознание, отчего я окончательно потеряла над собой контроль.

— Вы не учитель, вы изверг, многоуважаемый господин декан. Тешите свое самолюбие, издеваясь над беззащитными студентами? Браво! — Я пару раз демонстративно хлопнула в ладони перед самым дамиановским носом. И абсолютно неважно, что мне пришлось приподняться для этого на цыпочки. Головокружительный по своей наглости жест принес мне особое удовольствие.

— Вы забываетесь, адептка Эштер. Я не позволю какой-то зеленой первокурснице разговаривать со мной в таком тоне. — Декан недобро прищурился, угрожающе нависнув надо мной всем своим огромным ростом.

— Не привыкли, что вам возражают? Ах да! Как я могла забыть. Вы же герой Империи, лучший иллюзорник Восточного континента, — выплюнула я ядовито. — Вот только правила академии не запрещают высказывать свое мнение, достопочтенный господин декан. Я имею на это полное право.

— Имеете, — согласно кивнул Дамиано с настолько зловещим видом, что я невольно сделала шаг назад. — Я же, в свою очередь, имею право наказать вас за срыв занятия и невыполнение поставленной задачи.

— Я помогаю пострадавшей от ваших, кстати говоря, рук подруге, — возмутилась я в ответ.

— В этом уже нет никакой необходимости, ваша подруга ожила. К тому же вы не врач, адептка Эштер, и не можете оказать ей существенной помощи, поэтому я назначаю вам отработку этого занятия. В субботу, в семь часов утра жду вас здесь, на этом самом месте, — отрезал декан. — Свободны. Немедленно покиньте помещение и не мешайте другим работать.

Я открыла было рот, чтобы возмутиться, но, почувствовав, как Эм настойчиво дергает меня за рукав формы, остановила поток возражений. Это бесполезно. Я проиграла, как только потеряла контроль над своими эмоциями, самое время это признать и отступить.

Проглотив все, что хотела добавить к своей гневной речи, я насупилась и посмотрела на декана исподлобья. Мы обменивались напряженными взглядами, пока я, не выдержав, не опустила глаза, расстроенно дернув кончик длинного хвоста. Удовлетворенно хмыкнув, декан развернулся к застывшим посреди зала студентам и рявкнул:

— Работаем, студенты, работаем! Или вы тоже захотели на отработку?

Перепуганные первокурсники ринулись друг на друга, демонстрируя, насколько они усердны в своем стремлении постичь показанный деканом прием.

— Адептка Эштер, захватите с собой подругу и на всякий случай проводите ее в лазарет. Хотя я уверен, что с ней уже все в порядке, — бросил через плечо Дамиано, повернувшись ко мне спиной.

Я молча помогла Эм подняться и повела вяло переставляющую ноги девушку к выходу. Когда мы оказались в коридоре, Эм попыталась освободиться от моей руки, жестами показывая, что может идти сама, но натужный кашель так сотрясал ее хрупкое тело, что мне пришлось подставить ей плечо.

— Не упрямься, Эм. Я тебе помогу.

Кое-как добравшись до лазарета, я с трудом затащила туда Эм и посадила на ближайшую койку. На звук нашей возни из-за перегородки появилась круглая, как сдобная булочка, медсестра с простоватым широким лицом в квадратных очках.

При виде бледной до синевы Эм, на шее которой красовались багрово-синие отпечатки мужских пальцев, женщина всплеснула пухленькими ручками и засуетилась вокруг девушки, громко причитая.

— Да что же это такое! Довели бедняжку! Такую маленькую, такую худенькую. Вы с занятия профессора Дамиано, да? — обратилась она ко мне.

Я кивнула, и медсестра недовольно проворчала:

— Изверг этот ваш декан. Что ни день, то пострадавшие. Я, конечно, все понимаю, подготовка у иллюзорников суровая, но нельзя же так обращаться с молоденькими девушками, — неодобрительно покачала она головой.

— Со мной все в порядке, — попыталась отбиться от рук заботливой медсестры подруга, но не тут-то было.

Медсестра Ришар, так было написано на именной табличке, прикрепленной к белому медицинскому халату, ловко запихнула в рот Эм мерзкую на вид микстуру и зажала ей нос, заставив девушку ее проглотить.

— Бе-е-е! — Эм скривилась и, высунув ярко-синий язык, принялась вытирать его рукавом формы. — Гадость какая!

— Укрепляющая настойка собственного изготовления, — с гордостью произнесла медсестра, поглаживая пузатый бок бутылочки с противным даже на вид зельем. — Через пару минут почувствуешь себя гораздо лучше, вот увидишь. Над вкусом надо еще поработать, но свойства у нее чудесные, поверьте.

— Не сомневаюсь, — пробормотала Эм, сползая с койки. — Я уже чувствую себя гораздо лучше. Можно, мы пойдем?

— Нет, — отрезала медсестра, погрозив девушке пальцем. — Как минимум пятнадцать минут покоя! Проследи за своей подругой, — обращаясь уже ко мне.

— Конечно-конечно, — принялась заверять я сурово поджавшую тонкие губы женщину, при этом пытаясь не слишком подозрительно коситься на Эм. — Давайте я отведу ее в комнату и уложу отдохнуть? Думаю, там будет спокойнее.

— Ладно, но под твою ответственность. Потом не тащи сюда ее бездыханное тело.

Мы с Эм интенсивно закивали головами.

— Идите уже, — махнула рукой расстроенная нашим желанием сбежать женщина. Пользуясь моментом ее доброты, я быстро помогла Эм подняться и потащила наружу.

Уже в коридоре у меня вырвался смешок, потом другой, и через мгновение мы с Эм, хохоча, медленно сползали по стенке.

— Наверное, это нервное, — отдышавшись, выдавила я. — Я действительно за тебя перепугалась.

— Так перепугалась, что накричала на самого декана, — держась за бок, просипела Эм.

— О Зорра, что я наделала, — простонала я, прислонившись спиной к холодной стене.

Мне захотелось постучаться об эту самую стену своей глупой головой. О чем я только думала, нападая на главу своего факультета?

— Да-а-а, подруга, тебе стоит пойти либо на курсы по управлению гневом, либо на глубокую медитацию, — захихикала Эм.

— Я не понимаю, что со мной происходит. В присутствии декана Дамиано я как будто пытаюсь объездить дикую ашару, не могу совладать с собственными эмоциями, — призналась я. — Он бесит меня настолько, что иногда так и хочется отвесить ему подзатыльник.

Эм нервно икнула и вытаращила на меня голубые глазища.