Игра теней - Тэд Уильямс

* * *

— Не знаю, ваше высочество, чем приворожил вас этот безносый урод, но отдавать ему меч я не намерен, — пробурчал Вансен. — Возможно, он ловко притворяется вашим другом. Но как только у него будет возможность, он убьет нас обоих. Вы забыли, что его собратья сотворили с солдатами Южного Предела на поле Колкан? Забыли, как они изрубили в куски Тайна Олдрича?

Принц бросил на капитана гвардейцев испепеляющий взгляд.

— Мы вернемся к этому разговору позднее, — бросил он и вскочил в седло.

Безликий Джаир оседлал лошадь позади принца, причем сделал это с ловкостью, не ускользнувшей от внимания Вансена. Про себя капитан стражников отметил, что воин сумеречного племени почти полностью оправился от ран, смертельных для обычного человека.

Вансен тоже вскочил в седло. В отличие от диковинной темной лошади Баррика, кобыла Вансена, несмотря на длительный привал, выказывала явные признаки утомления. Когда Скарн впорхнул к ней на спину и принялся переступать когтистыми лапами, кобыла обеспокоенно вздрогнула. Ворон ничуть не заботился о том, что причиняет лошади неудобство, и самодовольно поглядывал по сторонам.

«Смертные кони не предназначены для этой страны, — угрюмо подумал Вансен. — Как, впрочем, и смертные люди».

Хотя во время привала Вансену удалось поспать несколько часов, веки его были тяжелы, а в голове как будто сгустился туман. Тот же густой туман стоял в лесу, сквозь который они продирались.

— Куда они направляются, повелитель? — с тревогой осведомился норой. — Нам необходимо оставить этот путь. Или они не вняли речам Скарна? Или они не ведают, что вокруг лежат земли Джека Чейна?

— Откуда мне знать, куда они направляются, — пожал плечами Вансен.

Он и раньше чувствовал, что от его воли ничего не зависит, а после того, как к ним присоединился безликий воин, дела пошли из рук вон плохо. Джаир, заклятый враг, представитель племени, уничтожившего армию Южного Предела, несомненно пользовался особым доверием принца Баррика. В то же время к Феррасу Вансену, капитану королевских гвардейцев, человеку, рискнувшему своей жизнью ради спасения принца, неблагодарный юнец относился с откровенным недоброжелательством.

— Напрасно ты досаждаешь мне вопросами, птица. Скажи лучше, известно ли тебе, кто такой этот Джаир.

Ворон беспокойно пригладил перья клювом. Как он ни старался привести себя в порядок, вид у него был до крайности невзрачный, серая чешуйчатая кожа тут и там просвечивала сквозь редкое оперение.

— Мне ничего о нем неизвестно, повелитель. Знаю лишь, что высочайшие владеют искусством изъясняться без слов, недоступным старому Скарну. Смысл их речей мне недоступен. Как и их намерения.

— Значит, мы с тобой — товарищи по несчастью.

Дорога по-прежнему была широкой и относительно ровной, но деревья обступали ее все плотнее, и их верхушки, соприкасаясь, почти полностью закрывали от путников серое небо. Создавалось впечатление, что они едут по бесконечному туннелю. В густых зарослях шуршали, кричали и свистели птицы и прочие твари, которых Вансен не мог разглядеть. Иногда ему казалось, что птицы, как герольды, возвещают об их приближении всем обитателям леса. На память ему невольно приходил Южный Предел и тамошние торжественные процессии, сопровождавшиеся дробью барабанов и ревом горнов. Прочь с дороги, простой народ, королевский сын едет! Люди, толпившиеся на обочине, смотрели на принца с любовью и восхищением. Возможно, здесь им тоже подготовили встречу. Вот только ничего хорошего от этой встречи ждать не приходится.

По мере того как день клонился к концу, ощущение опасности становилось все более настойчивым. У Вансена уже не осталось сомнений в том, что за ними пристально наблюдает незримый недруг. Голоса неведомых птиц и животных постепенно стихли, но воцарившаяся тишина казалась зловещей. Баррик и безликий воин увлеклись своей безмолвной беседой и забыли о его существовании. Даже Скарн потерял свою словоохотливость. Однако напряжение капитана королевских гвардейцев было так велико, что он с трудом выносил общество пернатого спутника. Всякий раз, когда птица позволяла себе пошевелиться и до Вансена доносилось распространяемое ею зловоние, он с трудом подавлял желание сбросить ворона со спины лошади.

— Ваше высочество, ворон был прав! Несомненно, прежде здесь была очень оживленная дорога!

Вансен попытался окликнуть принца и тут же пожалел о своем поступке. Эхо, подхватив его слова, тут же угасло в густых зарослях, словно лес отторгал чужеродный звук человеческого голоса. Перед мысленным взором капитана возникло множество неведомых соглядатаев, внимавших каждому его слову.

— Это не просто лесная тропа, это древняя дорога в Северный Предел, — упорно продолжал капитан. — Если мы будем ехать по ней, скорее всего, мы явимся в гости к не слишком радушному хозяину. Быть может, этим хозяином окажется тот самый Джек Чейн, о котором все время твердит ворон. Думаю, встреча с ним доставит нам мало радости.

Принц повернулся и обратил на капитана гвардейцев ледяной взгляд. Влажные колечки рыжих волос прилипли ко лбу Баррика.

— Мы не хуже тебя сознаем, что нам грозит опасность, капитан. Как только мы увидим еще одну дорогу, мы свернем с этой. А если мы станем продираться сквозь чащобу, беды уж точно не миновать.

— Но до Северного Предела осталось всего ничего! — раздался скрипучий голос ворона. — Обиталище Джека Чейна совсем близко!

Ворон принялся возбужденно подскакивать на спине лошади, а та ответила на это сердитым фырканьем. Вансену пришлось туже натянуть поводья.

— Даже если нам повезет и мы избежим встречи с Одноглазым или с людьми ночи, от Джека и длинноголовых нам не скрыться! — заявил ворон. — Да и преследователи не оставят нас в покое! Они не оставляют в живых никого из обитателей солнечного мира и никого из высочайших! Помяните мое слово, они непременно нас схватят! Бедный старый Скарн, пришла твоя погибель!

— Если мы будем оглашать окрестности криками и воплями, схватки с врагами не миновать, — сердито отрезал Баррик. — Вансен, я не просил тебя сопровождать меня. И уж конечно, я ни о чем не просил эту… ворону. Так что, если ты опасаешься ехать по этой дороге, ты можешь свернуть с нее в любую минуту. Я тебя не задерживаю.

— Я не могу покинуть вас, ваше высочество.

— Напрасно ты так думаешь. Я много раз говорил тебе, что не нуждаюсь в твоем обществе. Ты говоришь, что являешься моим верным вассалом, но отказываешься выполнить простейший мой приказ. Убирайся прочь, капитан Вансен.

Вансен понурил голову, пытаясь справиться со стыдом и гневом.

— Я не могу этого сделать, принц Баррик.

— Поступай как хочешь. Но более не досаждай мне разговорами.

Большая часть дня, проведенного в пути, была уже позади, когда случилось нечто неожиданное. Событие это встревожило не только Вансена и ворона. Даже Джаир Штормовой Фонарь утратил хладнокровие.